Зачарованный край (СИ) - Макар Авдеев

не хотелось отдавать оружие, без него он чувствовал себя, словно голый, но делать было нечего, пришлось подчиниться. Коль уж явился в чужой монастырь, придётся соблюдать здешний устав, хотя бы для виду. По реакции остальных он сделал вывод, что многим тоже приём оказался не по нраву. Но судя по косым взглядам охранников, особого выбора здесь не предусматривалось. Теоретически, конечно, кто-то мог развернуться и уйти. Но Ярый бы не дал гарантии, что этого «кого-то» не ожидала очередь в спину из пулемёта.

После того, как всех новичков разоружили, они наконец-то оказались внутри. На территории базы было два двухэтажных здания, одно побольше, другое поменьше. То, которое побольше, располагалось в северной части локации, а то, которое поменьше — находилось в южной, практически симметрично напротив первого. На северном здании сверху была надпись большими красными буквами: «СЛАВА ТРУДУ». А на южном аналогичная надпись с текстом: «СЛАВА КПСС». В самом центре базы, ровно посередине между двумя постройками, возвышался типовой памятник Ильичу, кажется, «постниковского» образца. Судя по всему, это место когда-то было центральной площадью городка Светлый Путь.

Ярый с самого начала обратил внимание, что территория базы подразделялась на две внутренних зоны. Первая, самая протяжённая, в которую новички попали после прохождения КПП, охватывала большое здание «СЛАВА ТРУДУ», а также памятник Ленину и площадь, на которой он находился. Как позже узнал Ярый, площадь на жаргоне секты называлась «плац». Сейчас на ней собралось много людей, они что-то вяло делали: одни маршировали, другие выполняли монотонные физические упражнения.

Вторая зона, меньшая по площади, охватывала южное здание и окружавший его участок. Эта зона являлась закрытой для рядовых членов секты. От остальной территории базы она отделялась бетонным забором. Позже Ярый понял, почему. В южном здании жил сам Азазель, а также капитаны отрядов — элитные бойцы, которые спали и питались отдельно от «простых смертных».

Похоже было, что забор вокруг здания построили ещё до появления Зоны. По прошествии многих лет в нём неизбежно образовались различные трещины и прорехи. Но сейчас они были по возможности залатаны. Поверх забора тянулась уже знакомая колючая проволока под напряжением. Единственным входом на дважды закрытую территорию служила неприметная калитка, наглухо запертая изнутри.

Ещё одной любопытной деталью, которую заметил Ярый, когда попал на базу, было то, что внешний забор, который издали выглядел не сильно внушительным, изнутри оказался дополнительно укреплен различными бетонными обломками, камнями, брёвнами, арматурой и прочим. Благо, подобного «добра» на улицах мёртвого города валялось предостаточно. У Ярого вызвало невольное удивление то, с какой старательностью и упорством члены секты, подобно муравьям, тащили на себе хлам со всего города сюда.

После прибытия на базу, в холле первого этажа главного здания состоялось так называемое «знакомство». Каждый член отряда должен был рассказать свою историю: чем занимался в прошлой жизни, что привело его в Зону и так далее. Начинал сам Мурена. Наставник с гордостью поведал, что когда-то в Большом Мире имел всё, о чём только можно мечтать: деньги, шикарный особняк, престижный автомобиль, а грудастые красотки сами охотно прыгали к нему в постель… Тогда Мурена думал, что счастлив. Но где-то в глубине души он, даже живя в роскоши, всё равно понимал, что его дух томится в тюрьме. И вот, в один прекрасный день он решил всё бросить и уйти из этой порочной обстановки. Придя в Зону, Мурена встретил Азазеля и осознал, в чём состоит его истинное призвание в жизни.

Неизвестно, сколько из того, что рассказывал Мурена о своей прошлой жизни, было правдой. Вероятнее всего, ни единого слова. Но рассказывал капитан красиво и убедительно. Говорить он умел, это факт.

Когда Мурена закончил выступать, все неофиты должны были последовать примеру капитана и по очереди «исповедоваться». Излагали они не так складно и красноречиво, видимо, потому, что их истории имели больше общего с действительностью, а правда в 90 % случаев — вещь достаточно скучная и прозаичная. Каждую историю капитан старался интерпретировать в пользу секты. На новичка должно было снизойти «прозрение», что всё пережитое им до этого произошло исключительно ради того, чтобы в итоге он оказался в рядах «серафимов».

Вообще слишком много распространяться о прежней жизни было одним из негласных зонных табу. И сейчас, с подачи капитана, это табу нарушалось. Так что все поневоле становились более раскрепощёнными (капитан постоянно твердил: «Раскройся!..»). Атмосфера в комнате, где собрались неофиты, действительно сложилась более интимная и доверительная, чем на обычных «посиделках» у костра. Многих накрыло. Некоторые даже плакали. Очевидно, это и было целью — инспирировать групповой катарсис.

Наконец, дошла очередь и до Ярого. Ярый вышел в центр круга. Все остальные выжидательно замолчали. Авантюрист не стал выдумывать небылицы и выложил почти всё, как есть. Про то, что в Большом Мире до смерти влюбился в девушку, которая не отвечала ему взаимностью. И, отчаявшись добиться её внимания, он решил отправиться в Зону, найти «лампу Аладдина» и загадать желание, чтобы эта девушка влюбилась в него. Ну, или сдохнуть по пути, уж как повезёт. Но теперь вот Ярый оказался здесь, в колыбели «чёрных серафимов», и задумался — может быть, он долгое время слонялся по тупикам?.. А «Братство» поможет ему найти истинно правильный Путь. Под конец Ярый даже умудрился пустить слезу. Совершенно искренне, причём — ведь, когда он думал о Даше, ему становилось невыносимо грустно, просто авантюрист привык прятать свои чувства под маской. Сейчас же как раз пришло время, когда нужно было их показать.

Когда Ярый закончил рассказ, все захлопали ему. Воистину, умеренное количество правды помогает лжи выглядеть более убедительной. Капитан тут же не преминул истолковать рассказанную авантюристом историю в нужном русле.

— Та девушка появилась не случайно, — сказал Мурена. — Планета Земля специально подослала её к Ярому, чтобы удержать от паломничества в Зону. Эта низменная женская сущность поработила его вольный дух. Но, по иронии судьбы, она же и стала триггером, который привёл Ярого в Зону. То, что должно было сбить нашего брата с истинного пути, в конце концов, наоборот, помогло ему прийти к свету. «Притом знаем, что любящим Бога, призванным по Его изволению, всё содействует ко благу»… Добро пожаловать домой, брат. Поверь, Зона даст тебе намного больше, чем ты сейчас можешь представить, в том числе и в чувственном плане…

Ярому оставалось только удивляться тому, как ловко капитан всё повернул. Авантюрист даже засомневался — а не верит ли Мурена на самом деле во всю ту чушь, которую несёт?.. Вначале Ярый считал его просто талантливым актёром, но сейчас к