Докричаться до мира - Оксана Демченко

Коридор. Дверь.

Вожак удивленно осмотрелся. Это и есть комната? Мягкий пушистый пол, высокая просторная лежанка, картинки на стенах, смутно похожие на воспоминания Сидды о ее нездешней жизни. Пахнет приятно, очень тепло. А это? Ах, кресло, слово слышал, но предмет увидел впервые… и стол, хоть одно знакомое понятие. Рядом: штора, шкаф, полка… хватит пока. Первый сел в кресло: просто не удержался, любопытство заставило. Ощупал стол, тронул подстилку. Ах, одеяло? Конечно, разве можно это называть подстилкой!

Ника устроилась рядом, устало потерла лоб. Вздохнула, удивленно призналась: она ожидала со стороны волвеков отчетливого шока при встрече с кораблем. Страха, изумления, нервного неприятия, бешеного азарта, неконтролируемой радости…

Для нее «Тор-а-мир» — чудо. А для волвеков он — совершенно новый мир, полный неизвестного. Первый вслушался в сознание, уточняя для себя ее малопонятные опасения. Честно признался: он не знает, что такое суеверия или страх перед новым. У волвеков нет подобного. Да к тому же купол похож на корабль во многом: технологии, приборы, транспорт — привычны. Непонятны, но это вызывает лишь желание поскорее разобраться, уж никак не страх. А неконтролируемая радость…

При вожаке и Четвертом? Со стороны взрослых волвеков? Не ранее, чем удастся вытащить из купола всех остальных.

— Устали вы сегодня, — посочувствовала бледная до синевы Ника.

— А ты — нет?

— Очень, — призналась она. — Но до отдыха еще далеко. Времени у нас очень мало.

Ты прав, мы-то здесь, а должны думать про тех, кто пока в Гнезде. Идем?

Нима они оставили у большой лежанки. Первый нехотя вышел, последний раз оглянувшись на спящего. Нахмурился, поймав свое несбывшееся ожидание щелкнувшего позади замка. Нет, тут двери не запирают. Ника разобрала его напряжение и хихикнула: еще как запирают, но изнутри, чтобы соседи не донимали и не мешали отдыхать. Изнутри? Совсем странная идея!

Соседняя комната. Очень похожая. Его дом. Первый сел на лежанку, называемую кроватью, и снова огляделся. «Если хоть один назовет это загоном, изобью», — лениво подумал он. Ощутил, что безмерно хочет остаться наедине с собой и впасть в ту самую «неконтролируемую радость», хоть ненадолго. Ощупать все поверхности, обнюхать, рассмотреть… Но неугомонная Ника уже снова тащила к двери. Их ждут?

Да, конечно, он знает, что уже утро.

В коридоре почти сразу навстречу из бокового коридора вынырнул айри, подхватил девочку на руки, уютно и ласково прижал, понес вперед, на ходу негромко рассказывая Первому, что времени нет. Надо много сделать, а для начала разобраться, кто к чему склонен. Есть способы очень быстро учиться, наверняка подходящие для волвеков, он покажет. А Ника спала.

Первый устало и слабо удивился новому большому залу со столами и креслами, вместившему всех с огромным запасом. Свету, приятному и яркому. Высоким потолкам.

Незнакомой разнообразной еде, разложенной в тарелки для каждого, на столе. Своим братьям, чудно одетым и странно пахнущим. Под куполом им редко позволяли мыться, вода ценная, незачем столько тратить на вещи. А на людей? Они же теперь — «экипаж».

Хорошее слово, хоть и непонятное пока.

Эл устроился в уголке, по-прежнему придерживая свою спящую Нику. Щенок Хо встал в середине зала и торжественно раскрыл большой лист. Имена, — вспомнил Первый.

Хо косо глянул в угол, на Нику, вздохнул и начал.

— Эрим… Ринк.

— Красиво, — пожал плечами Четвертый. Неуютно ему в одежде, но в целом брат очень доволен. — Беру.

— Вообще-то еще бывают родовые имена, но у вас их пока нет, — виновато пояснил Хо. — У детей уже будут. Так… Лайл.

— Беру, — Первый сам удивился резкости своего голоса. Хорошее слово, короткое и волчье, будто зевнул.

— Риан.

Эл охнул и попытался пересадить спящую, выражение лица у него стало совершенно зверским. Что-то не так? Волки промолчали, угадав недовольство айри. Хо чуть попятился и, на миг усомнившись, все же совсем тихо добавил следующее слово.

— Най.

Одновременно с этим коротким выдохом, глянувшимся многим, только что мирно спавшая Ника взвилась и одним движением перелетела стол. Хо, явно ожидавший и опасавшийся чего-то такого, уже развернулся и собрался метнуться к двери, но куда ему, не та реакция…

Вожак сам едва примечал ее движения. Хо коротко охнул на полу, рука ненормально вывернута, список у сидящей верхом самки. Точно волчица! Коротко глянула в лист.

Ноздри недобро дрогнули, но айри уже накрыл ее плечи руками, разом успокоил, предотвратил неизбежную трепку глупого детеныша. Забрал бумажку, помог встать и торопливо задвигал бровями, советуя Хо убираться с опасного места. Сам сел в свободное кресло, не отпуская Нику. Вздохнул.

— Видите ли, у всех есть имена. Вы их выберете детям, они тоже — своим детям.

Тогда имена становятся родными. А если кого-то из вас будут знать и очень уважать, его именем могут начать называть детей совсем чужие люди. Это нормально, но в то же время и чуть обидно. Например, когда глупый щенок предлагает вам выбрать имя не своего, а чужого предка, ничего не объясняет толком и считает это шуткой. Най — очень известное имя, к тому же сокращенное по-домашнему от полного, Наири. Его уважали. Он один из тех, кто спас наш мир много поколений назад. И имя постоянно пытаются использовать для разных названий, а Ника злится, он ведь был против. Не обижайтесь, ладно?

— Мы не будем его выбирать для себя, — кивнул Лайл. — Но для детей — я подумаю.

Красивое, и если решу, пойду и спрошу у Ники.

— Спасибо. Кстати, Ник, ты в курсе: Ринком звали любимого пса князя Риннарха Карна. Давно, в годы последней войны. Да, к вашему сведению, князь — это такой вожак у людей. А Ринк, его охранник, тот еще был зверюга! Черный и здоровый, очень похож на Четвертого. Несколько покушений князь пережил только благодаря ему, мне Най рассказывал.

— Приятно, — сощурился новый Ринк. — Это точно мое имя, все верно.

— Называю дальше? — айри удобнее перехватил листок. — Сэй. Хватит уже родовые княжеские-то выкликать. Хо, я, как декан, обязательно проверю, что у тебя за оценка выставлена по истории Карна. Видимо, «отлично». То есть — не повезло нам…

Нет, ирнасских князей мы не станем злить, лучше уж пусть будет — Сай.

— Мне.

— Это… длинновато, пропущу. Хо, ты что, историю последней войны решил в подробностях вспомнить? О, и мое приплел старенькое — Тарин. Злое имечко.

Ньяллад, я тогда ох как кнутом студентов порол… за лень и глупость. Вашему Второму бы подошло. Щенков учить.

— Ну и пусть его дождется, — кивнул Сай, бывший Седьмой из второго восьмика. Да, имя куда удобнее.