Королева френдзоны (СИ) - Варвара Корсарова

луки. Выглядели они не как в кино про эльфов. Тут были штуки серьезные — сложные механизмы с тросами, шкивами и рычагами.

Федор принялся объяснять, что к чему, но Тина ничего не запомнила с первого раза. По его просьбе хозяин подобрал для Тины традиционный лук, как у Робина Гуда, легкий и изящный. Но обращаться с ним оказалось непросто, и Тина чуть не отрубила себе кончик носа, когда спустила тетиву.

Федор встал сзади и стал учить. Тине удалось загнать стрелу в деревянную стену в метре от мишени и она сочла это достаточным успехом. Почувствовать себя ловкой лучницей не вышло, но удовольствие она получила, потому что когда Федор помогал, он стоял рядом, ее спина прижималась к его груди и животу, а его твердые руки уверенно обхватывали ее запястье, и в этот момент Тине думалось вовсе не о том, чтобы попасть в яблочко.

От дальнейших упражнений Тина отказалась, и потом просто ходила за Федором. Он показывал ей, как обращаться с разными видами оружия, а Тина обмирала от восторга.

Оказалось, Федор прекрасно умеет стрелять из всего на свете: из винтовки, из пистолета, из арбалета. А уж когда они перешли в комнату, где метали ножи, у нее даже слов от восхищения не осталось.

— Да ты просто командос какой-то! — изумлялась она.

У Федора взмокла рубашка между лопаток, лицо раскраснелось, в глазах появился острый блеск, а когда он без промаха кидал нож с девяти метров, его губы растягивались в хищной улыбке. От взгляда на него у Тины заходилось сердце.

— Устала? — спросил Федор, смахивая капли пота со лба. — Тут есть бар, где можно взять чая или кофе и отдохнуть. Пойдем туда… закажи себе, что хочешь, а я пока отвечу на звонок.

Ему беспрестанно звонили. Пару раз он коротко поговорил тихим голосом, прикрывая трубку рукой, а потом и вовсе перестал отвечать, но, видимо, у него было полно дел, которые требовали его решения. Всем был нужен Федор! Тинино любопытство разгорелось. Удивительно, что человек без постоянного места работы так востребован.

Тина устроилась на низеньком диванчике в тихом уголке и, попивая чай, терпеливо ждала, когда Федор наговорится.

Он вернулся, сел рядом и взял ее за руку. Его ладонь была большая, теплая и шершавая: У Тины по спине побежали мурашки, и ей захотелось смеяться и болтать разные глупости.

— Ну, как тебе тут?

— Брутально, — улыбнулась Тина. — Мне нравится. Где ты научился так стрелять?

— В разных местах.

— А конкретнее?

— Довелось бывать в горячих точках. Не как военнослужащему, а так… по другим делам. Я проходил специальные курсы. Да и позже нахватался всякого…

— Как тебя начало носить по свету? Что случилось после того, как ты окончил школу и стал отцом?

Немного волнуясь, Тина крепче стиснула чашку похолодевшими пальцами. Ей очень хотелось услышать продолжение истории жизни Федора, которую он начал рассказывать ей вчера да не закончил.

На миг ей показалось, что Федор уйдет от ответа, но он крякнул, потер лоб и сказал:

— Так, на чем мы остановились? Да. Я готовился поступать в вуз, когда выяснилось, что Нина беременна. Как понимаешь, все сразу переменилось. Отношение ко мне переменилось. Я разочаровал семью, не оправдал их ожиданий. Но тогда не это меня беспокоило. Мне нужно было обеспечить Нину и дочь, дать им комфортную жизнь. И я старался. В вуз не поступил, завербовался работать на севере, чтобы быстро получить хорошие деньги, хотя Нина была против. Она рассчитывала, что я помирюсь семьей и они нам помогут. Но отец не захотел. «Сам решай свои проблемы. Настоящий мужчина должен рассчитывать только на себя», сказал он. «Головой надо было думать, а не другим местом. Теперь крутись, как знаешь». Я уехал на полгода. А когда вернулся… выяснилось, что Нине я не нужен. Она встретила другого, который мог дать ей больше, чем сопливый девятнадцатилетний пацан.

Он в упор посмотрел на Тину и негромко произнес:

— Нина сказала, что встретила настоящего мужчину. Ответственного, взрослого и серьезного. Который сможет обеспечить и ее, и нашу дочь. А я… пока еще не настоящий мужчина. Не тот, кто ей нужен. Ее ожиданий я тоже не оправдал.

— Ты любил ее?

— Да. Поэтому сделал так, как она попросила: отказался от прав на Ульяну. Тогда… мне было плохо. Я чувствовал, что всех подвел. Родителей, Нину, дочь. Потом сильно разозлился. Понял, что больше не хочу соответствовать ничьим ожиданиям. Не хочу сидеть на одном месте, тянуть одну лямку всю жизнь. Вот так, по молодости и дурости, я и стал одиноким волком и кочевником, — он усмехнулся. — Втянулся в такую жизнь. Привык. И вот… теперь я тут, — он широко улыбнулся и хлопнул по коленям. — С родней я все-таки помирился спустя время. И высшее образование получил, заочно. По специальности «журналистика». Меня в детстве учили, что мужчина не должен говорить вслух о своих проблемах, но говорить мне все-таки хотелось, и на бумаге сделать это оказалось проще. Чем я сейчас и занимаюсь. Ну, я ответил на все твои невысказанные вопросы?

— Да, спасибо, — пробормотала Тина и поболтала остатками чая в чашке. — Почти все прояснилось. Теперь мне есть над чем подумать.

Федор смотрел на нее выжидательно, с прищуром.

Зазвонил телефон — на этот раз Тинин.

— Прости, отвечу… это мама.

— Тина! — закричала мама в трубку. — Где тебя носит? Никак не могу дозвониться!

Тина поморщилась и отвела руку с телефоном от уха — мама всегда кричала в трубку так, словно звала паромщика через реку.

— Ты поговорила с тетей Ксенией? Ее зек Эдуард приезжает уже завтра! Надо что-то делать! А папу, как назло, отправили в командировку! Немедленно отправляйся к ней и постарайся вправить ей мозги! Или поживи у нее с недельку, чтобы она не была одна!

— Мама, вряд ли я смогу что-то сделать, она же взрослая женщина!

— Ну, возьми с собой Глеба, он ей нравится, она к нему прислушается, если не прислушается к тебе! Он такой рассудительный, уравновешенный!

— Ладно, я подумаю, что можно сделать, — поморщилась Тина.

— И не забудь о Полине! У нее экзамены на носу, а с лабораторными по-прежнему завал! Помоги ей решить задачи! Если она провалится, ты же представляешь, что будет!

Тина хорошо представляла. Будут слезы, истерики, и звонки в два часа ночи со стенаниями и просьбами, чтобы ее пожалели. Кузине постоянно требовалась моральные поглаживания, чтобы кто-то ее утешал, говорил комплименты и вел за руку по жизни. Ну, и решал за нее задачи. Тина хорошо в этом преуспела.