Ты мой кошмар - Милана Стоун

Переварив его слова, во мне вспыхивает ярость и я решаю, что ей срочно нужно выйти наружу.

– Не смей мне врать! – замахиваюсь насколько могу и даю ему пощечину, но он даже не дергается. – Я все своими глазами видела! Ты ее целовал…

То, как потемнели его итак карие глаза, меня по-настоящему испугало и я вжала голову в плечи в напряженном ожидании, что он все же сделает мне больно в ответ. Наверное, я перегибаю, но ничего сделать с собой не могу, мне было чертовски неприятно видеть их вместе.

– Да, бля! – прикрикивает он, прижимаясь ко мне телом. – Успокойся ты, пока я…

– Пока ты, что? – не пасую и смотрю прямо ему в глаза. Я не сдамся. Он не сможет меня запугать. – Не взял меня силой?

Как только вопрос соскальзывает с моих губ, то его злость сходит на нет и он самодовольно ухмыляется. Грачёв кладет руки по обе стороны от моей головы и наклоняется максимально низко, так что я чувствую его сбившееся дыхание на щеке. Мое тело охватывает дрожь.

– Дорогая, я бы очень хотел это сделать, ведь ты прямо-таки нарываешься на неприятности, – говорит Макар севшим голосом. – На самом деле я пиздец как тебя хочу. Это практически невозможно контролировать и знаешь, что?

Мне это не нравится. Его тон, голодный взгляд и напряжённый вид в целом.

– Что? – спрашиваю обеспокоенно.

– Я больше не хочу это сдерживать, – шепчет он.

С этими словами его жёсткие губы накрывают мои, одной рукой он хватает меня за волосы, а вторую располагает на моей заднице, вжимая меня в своё горячее тело.

Грачев берет несдержанно, это даже нельзя назвать поцелуем, потому что я не могу нормально дышать, не могу сопротивляться или отвечать на его страсть.

Макар полностью контролирует данное совокупление его языка с моим ртом. Это совершенно не романтично, скорее, напоминает секс, хотя откуда я могу знать, но чувствую, что если ещё немного, то он точно возьмёт меня силой. Однако я не уверена в том, что мне может не понравится, хоть это может быть моим первым опытом.

Карина, ты правда собралась отдать свою девственность в грязной раздевалке этому предателю?!

Ты сошла с ума, в тебе нет ничего святого, но на самом деле я не виновата в том, что влюбилась в этого плохого парня, не виновата, что мое тело так реагирует на его мужскую сексуальность.

Я ощущаю себя крошечной, желанной и такой беззащитной, что в груди появляется режущая боль, я слаба перед ним и он этим хорошо пользуется.

Я же обещала себе, что такого больше не повториться, предала саму себя, за что обязательно буду себя винить. Потом…

Даже не понимаю, как моя нога оказалась на его бедре и того, что он давит на мою промежность своим внушительным по размерам членом.

Ох!

Я не могу вздохнуть, не могу справиться с его мощью, напором, но ловлю момент, когда он сам отрывается. Толкаю его со всей своей силы, но он сдвигается только на несколько сантиметров.

Глаза дикие. Губы красные и мокрые от нашей слюны, мои же чувственно пульсируют, так же, как и между ног.

Что это со мной, неужели такое состояние может вызвать один лишь поцелуй. Но зато какой… Неповторимый и незабываемый.

Глава 42

– Не трогай меня, я сказала! – прикрикиваю на парня звенящим голосом, пытаясь вернуть свою ногу на место, но Макар только сильнее впивается в неё пальцами. – Ты не имеешь право меня целовать!

Грачёв, гад такой, самодовольно фыркает, стреляя в меня своими хитрыми глазенками.

– Я имею на это полное право, – говорит так уверенно, что сложно не поверить. – У меня ничего не было с твоей сестрой, я был в доску пьян, а она…

Снова он о Марине! После того, как его язык побывал во мне. Желание в который раз треснуть его просто невыносимое. Между нами так и искрит, но как только он открывает рот, меня бросает то в жар, то в холод. И никак с этим не справится.

– Что, она? – перебиваю. – Прямо-таки запрыгнула на бедного парня и изнасиловала? – спрашиваю с ядовитым смешком. – Ты мне противен!

В глазах Грачёва в который раз вспыхивает агрессия, чего раньше точно я за ним не замечала, ведь он всегда был спокойным, но сейчас парня словно подменили.

Может, у него тоже есть брат-близнец, который не умеет контролировать свои живые эмоции.

– Зря ты это сказала. Зря ты выводишь меня на такие эмоции, – чуть ли не рычит он на меня.

Я знаю, что хожу по тонкому льду и скоро упаду в бездну неизвестного, но гордость не даёт моим чувствам выйти наружу. Я так хочу, чтобы он был рядом, но говорю противоположное неадекватным желаниям.

– От-ва-ли! – толкаю, освобождаясь. Ещё и ещё раз.

С каждой минутой держаться становится все сложнее. Мы сейчас либо поубиваем друг друга, либо переспим. Ни первого, ни второго допускать нельзя, однако Макар не хочет меня отпускать, пока не получит желаемое.

– Стерва, какая же ты стерва, – шипит, поджав пухлые от поцелуев губы. Выдыхает. – Желанная. Моя.

Его слова отдаются громким стуком в израненном сердце. Я готова заплакать, ведь всегда их хотела услышать, быть чей-то, иметь человека, который будет со мной навсегда. Глупые, наивные мечты.

Грачёв наклоняется, с чувством хватает меня в охапку и сжимает так, что ещё немного и кости захрустят.

Раздается щелчок. Выстрел в голову. И все. Мы падаем в бездну. Мы смотрим друг другу в глаза, идёт нешуточная борьба взглядами. Я подмечаю, как он сжимает челюсть и чувствую, как его пальцы впиваются в мои бока.

Проходит несколько секунд. Бах. Наши тела вновь сливаются и это перерастает в бесконтрольную страсть. Я утопаю в эмоциях, в его объятиях и сладко-горьком поцелуе, который приносит боль и наслаждение.

Не сдерживаюсь и отвечаю так, как умею, со всей страстью, открытая только для него, поддаюсь мужскому напору, ощущая, как в груди просыпается безудержное желание отдать ему все, что у меня есть: сердце, душу и тело. Искренне желаю ему всецело принадлежать.

Его крепкие руки ползут вверх и нагло расстегивают одну пуговицу за другой, а когда он распахивает мою рубашку, все же отрывается от моих губ, чтобы посмотреть на то, что было спрятано под хлопковой тканью.

– У тебя очень красивая грудь, – делает он мне комплимент, который вгоняет меня в краску. – И мягкая…

Бессовестно трогает ее через тонкую ткань нижнего белья, щупает с таким кайфом на жестком лице,