Денег нет, но ты держись! - Кристина Юраш

Глава десятая. Волков бояться - в лес не ходить

Принцесса была прекрасная,

Погода была ужасная.

Днем, во втором часу,

Заблудилась Принцесса в лесу.

М.ф. «Принцесса и людоед»

Пар вырывался изо рта, а сил идти куда-то уже не было. Все тело тряслось от холода, и я молча прислонилась к обледеневшему дереву. Снег срывался крупными хлопьями, застилая сероватой дымкой сумрачный лес. Вокруг ни души. Я подышала на озябшие руки и поняла, что это равносильно клизме при холере.

- Гуманизм, доброта, забота о ближнем... - вырвалось у меня облаком пара, - Наказание полегче, денежки для лечения ребенка. Инна, ты прямо сестра милосердия! О твоей доброте легенды сложат, правда, в легендах ее назовут «глупостью»! Все! Кончилось душевное тепло! Боженька, если ты меня слышишь, если мне удастся выбраться отсюда живой... Если удастся.... Пусть они пеняют на себя! Я им устрою праздник жизни! Да у меня все тюрьмы будут переполнены. А те, кто особо провинился, станут передовиками производства на рудниках! Черт, до чего же здесь холодно!

Почему - то хотелось спать, но детская присказка «не спи, а то замерзнешь», отгоняла сон. Такое ощущение, что замерзает не только тело, но и все чувства... Как же холодно... Главное - не спать! Я щипала себя за замерзшую руку, но чувствовала, как мои глаза слипаются, а тело постепенно становится каким-то непослушным и вялым. Такое ощущение, будто это ни здесь, ни сейчас, ни со мной, а с кем-то другим, а я смотрю на это все со стороны.

Я вздохнула, чувствуя, что еще немного и мне конец. Любовь меня не греет. Увы... Смесь страха и благодарности, смесь уважения и зависти... Примерно тоже самое испытывает собака к своему хозяину. Я - маленькая дворняжка, которую нашли на улице, но вместо того, чтобы выкинуть обратно на мороз, приютили, при условии, если она будет слушаться и вести себя так, как этого требует хозяин. И знать свое место, разумеется.

Но если бы у меня было бы последнее желание, то я предпочла бы умереть у него на руках... Чувствую, что мое желание вот-вот может сбыться, правда не так романтично, как я предполагаю. У меня больше шансов умереть от его руки.... Я зажмурилась, отгоняя от себя такие мысли.

«Вот и осталась одна. Ты никому не нужна!» - пронеслась строчка из забытой песни. Я скорчилась, словно от боли. По привычке я стала шарить руками в поисках сигарет и зажигалки. Эх, сейчас бы я перекурила...

- Перевешаю половину, - вздохнула я, согревая себя мыслью о мести, - Интересно, здесь на кол сажают? Если еще нет, тогда мы идем к Вам! Лес кольев под моими окнами лучше будет украшать утренний пейзаж, чем мой окоченевший труп лесной массив. Денег нет, но будут зрелища! Это я гарантирую. А кое-кого я заставлю смотреть на все это! Кончилась добрая принцесса. Кончилась. Какая разница, какой я буду? Добренькой и милосердненькой или жестокой и кровожадненькой? Им на меня плевать! Любовь или уважение? Я искала любви, но, увы, добрыми делами прославится нельзя, а вот ковровую дорожку в ад выстелить - легко.

Я посмотрела на ночное небо. Ну, хоть бы одна звезда упала... Желание у меня уже есть.

Главное - выбраться живой. Любой ценой. Я пересилила себя и пошла дальше. Может быть, стоит вернуться на дорогу? Хорошая мысль, только где дорога? Направо пойдешь - смерть найдешь, налево пойдешь - пропадешь, прямо пойдешь - мучительно умрешь, назад вернешься - на гибель нарвешься. Ничего, весной оттаю... И с первыми лучами солнца вместе с подснежниками и медведями из сугроба покажется моя окоченевшая рука.

И тут из-за деревьев появился огромный черный волк. Отлично. Интересно, он предпочитает тепленькую или вполне может погрызть ледышку?

Есть предположение, что придется побегать и согреться перед неизбежным.... Но бегать в платье по сугробам - это уже дисциплина специальной олимпиады.

- З-з-зубы сломаешь... - мрачно выдохнула я, отогревая пальцы, - Лучше оставь меня здесь до весны. Я с удовольствием побуду консервой... До весны...

Волк, завидев меня, тут же рванул в мою сторону. Какое непуганое здесь зверье! Я дернулась и побежала. Правда далеко я не убежала. Волк бросился на меня, и повалил на снег. Он наклонился надо мной и... стал лизать лицо. Правильно! Перед тем как есть, добычу не мешало бы помыть... Волк вилял пушистым хвостом и жалобно поскуливал. А потом, подняв морду, вверх пронзительно завыл. Нет... Это не совсем волк... Я обняла его и прижалась к нему, гладя шелковую шерсть, припорошенную снегом. Вот теперь мне стало действительно страшно. Не так страшен волк, как его хозяин.

У меня хватило сил поднять голову и увидеть черный силуэт хозяина. Среди черных деревьев, на белоснежном снегу, стоял демон. Снег был на его плаще и на его черных волосах, но снег меня не пугал. Меня пугал лед, застывший в его глазах.

- Неплохо устроилась, я смотрю... - с издевкой произнес дядя, снимая с себя черный, подбитый мехом плащ, - Снег на ресницах так тебе к лицу, моя дорогая! Если я тебя сейчас не убью, то можешь отмечать этот день, как второй день рождения.

Он поднял меня на руки, завернув в плащ. Я почувствовала, что меня куда - то несут.

- Извинятся уже поздно, я так понимаю? - поинтересовалась я, понимая, что замерзнуть насмерть - это легкая и приятная смерть, по сравнению с той, которую сулил мне этот недобрый взгляд.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍