Карт-бланш - Света М.

— Мистер Блэк, доброе утро, — в комнату зашла молоденькая медиведьма в лимонной мантии, и до Регулуса дошло, что он в Мунго. Что же с ним случилось?

— Доброе, — голос не слушался, выдавая невнятные хрипы.

— Не напрягайтесь, — она поправила подушку и одеяло, чтобы ему было удобнее. Потом взмахнула палочкой, производя крайне неприятные медицинские манипуляции, чтобы пациенту не нужно было вставать в уборную. После наложила очищающие чары на тело, но лицо освежила влажной губкой.

— Пить, — попросил Регулус, едва ворочая языком.

— Вам придется подождать, пока вас осмотрит доктор Сметвик, — она отрицательно качнула головой. — Он придет примерно через полчаса. Вот после осмотра я принесу вам воды, а чуть позже и завтрак.

Регулус кивнул и снова повернулся к окну. Через полчаса, как и обещала медиведьма, в его палату вошел доктор. Регулус его ни разу не видел, он не болел и не попадал в больницу до этого момента.

— И как себя чувствует мой самый необычный пациент? — мягко, совсем не соответствующе телосложению, спросил доктор и, не дожидаясь ответа, принялся колдовать над ним. — Прекрасно, прекрасно. Вы на удивление крепкий молодой человек.

— Можно? — в двери вошла девушка в простой мантии, и Сметвик метнулся к ней, целуя кончики пальцев.

— Мартиша, вам можно куда угодно, — ворковал Сметвик над пришелицей, — в моем отделении для вас нет закрытых дверей.

— Как себя чувствует наш пациент? — она подошла к кровати, приложила ко лбу прохладные пальцы, посмотрела в глаза и улыбнулась Регулусу, отчего у него заныло сердце, настолько материнским выглядел этот жест.

— Восстанавливается, — ответил Сметвик.

— Мама? — Регулусу вдруг стало очень важно увидеть маму.

— Все позже, — Гиппократ отвел взгляд. Он не был тем человеком, кто должен был сообщать трагические новости.

Девушка — Мартиша поколдовала над ним, кивнула довольно каким-то своим мыслям и сказала:

— Разговаривать нужно. Гиппократ, велите принести книжку, пусть мистер Блэк читает вслух. Вставать только с чьей-нибудь помощью и под присмотром. Зелья…

Она постучала указательным пальцем себе по подбородку, и Сметвик тут же сориентировался:

— Я закажу. А сейчас у вас сеанс массажа, молодой человек, — добавил он, и оба доктора вышли из палаты, а вместо них вошел огромный медбрат, внес кушетку и подошел к Регулусу, чтобы переложить его.

Брок шел по коридору к палате Регулуса, когда услышал мученический стон из-за двери. Он ворвался внутрь и увидел…

— Охуел?! — рявкнул Брок, кидаясь на громилу, жамкающего Регулуса.

Патрик, как представился громила-медбрат, мял его уже так давно, что Регулус потерял счет времени. Сначала он аккуратно разработал каждый сустав от пальцев ног до пальцев рук. Причем делал это вдумчиво и медленно. Потом занялся связками, сгибая и разгибая несчастного Регулуса под самыми немыслимыми углами, а потом взялся проминать мышцы.

— Нужно все тщательно размять, — тихим бубнежом сопровождал свою экзекуцию Патрик, — чтобы все мышцы заработали, чтобы кровоток восстановился, чтобы каналы расправились.

Он перевернул Регулуса на спину и плеснул ему массажного масла на живот.

— Если мы пропустим что-то, — говорил Патрик, проминая живот Регулуса до позвоночника, как тому казалось, — то потом проблемы могут вылезти… и прочие неприятности…

Патрик внезапно схватил член и мошонку Регулуса в горсть, а тот от неожиданности хотел завизжать, но вышел именно тот громкий стон, который услышал Брок.

— Охуел?! — Брок думал, что убьет придурка на месте, но тот оказался на диво проворным. Он мастерски уходил от ударов, сбивая мебель и производя этим жуткий грохот. Брок гонял его по всей палате, но они оба крайне аккуратно обходили кушетку, где лежал Регулус.

— Стоять! — рявкнул Сметвик, влетая в палату, из которой доносился странный шум. Патрик тут же шмыгнул, что при его габаритах смотрелось очень комично, за спину Гиппократа, а Брок двинулся на них, намереваясь убить нахрен того, кто пытался… Сука!

— Что происходит?!

Сметвик словно не замечал Брока, обходящего его по кругу и готового кинуться и растерзать обидчика. Он, зная о буйном нраве любого Блэка в принципе, старался по максимуму сгладить ситуацию.

— Я делал массаж и это, ну… член-то тоже нужно размять, чтобы потом работал как надо.

Патрик сбивчиво объяснял ситуацию, а Гиппократа разбирал смех от того, до чего комичная получилась ситуация. Он поднял руки, показывая Броку пустые ладони и надеясь, что тот сможет остановиться.

— Блэк, это был массаж, — Сметвик хохотнул. — Обыкновенный массаж на всё, я подчеркиваю, на всё тело. Никто не покушался на твоего родственника.

Брок мотнул головой, сбрасывая мутную пелену с глаз, посмотрел на Сметвика, перевел взгляд на громилу, который пытался скукожиться за спиной своего начальника, и выдохнул.

— Дебилы, блядь! — выдохнул он и присел к Регулусу на кушетку.

— Сириус? — вдруг раздался голос из-за спины.

— Так, — Гиппократ подтолкнул Патрика к дверям, говоря ему, что с массажем можно будет закончить позже, — мы вас оставим. Вам есть, что обсудить.

Глава 27

Разочарованию Дамблдора не было предела. Он сидел на острове посреди проклятого озера, рядом с ним стоял истуканом трансфигурированный из мыши министр Фадж, которому и было выпоено зелье, в котором лежал медальон с крестражем. Вернее, должен был лежать, Мордред побери! Дамблдору хотелось орать и крушить, но он знал об инфери, которые, задень он воду чем-то кроме лодки, тут же выползли бы из-под воды.

— Твари! — шептал он, отменяя трансфигурацию и пряча оглушенную заклинанием мышку в карман. — Кто посмел? Кто-о-о-о!!!

«Тёмному Лорду.

Я знаю, что умру задолго до того, как ты прочитаешь это, но хочу, чтобы ты знал — это я раскрыл твою тайну. Я похитил настоящий крестраж и намереваюсь уничтожить его, как только смогу. Я смотрю в лицо смерти с надеждой, что, когда ты встретишь того, кто сравним с тобою по силе, ты уже снова обратишься в простого смертного».

Издевательская записка была почти цела, только там, где стояла подпись, размокла, и чернила поплыли. Ничего! Он восстановит ее, вот доберется до кабинета и обязательно восстановит, чтобы узнать, кто оказался таким умным и шустрым! Ну и изъять у него крестраж, естественно. Дамблдор ни на секунду не поверил, что автор записки мертв. Если неизвестный смог пробраться сюда, не нарушив охранные заклинания, значит, он смог и выбраться. Осталось только узнать, кто это.

— Убью! — грозил он неизвестному сопернику, садясь в лодку, чтобы переправиться к выходу из пещеры.

Находясь на взводе и плохо себя контролируя, Дамблдор не заметил, как от его нервных движений из кармана вылетел и плюхнулся в воду лимонный леденец. Лодка медленно плыла к берегу, в ней сидел, кипя гневом,