И дорога к себе так длинна - Ксения Баштовая

Сама же дриада была задумчива и грустна. Она мерно вышагивала рядом с Элиашем, но, если юноша внимательно смотрел по сторонам, опасаясь попасть в новую ловушку, то юная путешественница была полностью погружена в свои мысли. Девушка сама не могла понять, что ее так беспокоит. Казалось бы, все просто и понятно, эльф попросту заблуждается, но мысли вновь и вновь возвращались к вчерашнему разговору.

Впрочем, даже вся наблюдательность Элиаша не очень-то ему помогла. Парень нечаянно запнулся о высунувшийся из-под земли корень, по инерции прошел вперед — дриада шагала рядом — и замер, оглядываясь по сторонам. За какую-то пару секунд изменилось все: река, до этого текущая прямо, изогнулась, образовав излучину, деревья расступились, появилось большое количество подсохших в связи с осенью лиан.

Летисия, замершая рядом с парнем, ошарашено заозиралась вокруг:

— Где это мы?

— Хороший вопрос, — фыркнул юноша. — Похоже, через новый портал прошли.

Впрочем, Летти его уже не слышала.

— Мяу! Мяу, где ты?! — громко звала она.

Ей было совершенно безразлично, что они могли пройти через нестабильный портал и перенестись Лес знает куда. Сейчас ее гораздо сильнее беспокоило, что где-то там далеко остался беззащитный заглотик.

Мяу действительно остался за множество вар от путешественников. Впрочем, увидев, как задумавшиеся странники медленно растворяются в воздухе, переносясь куда-то в чужие земли, зверек не стал ждать, что произойдет дальше. Сжавшись в тугую пружину, он прыгнул вперед… И, материализовавшись в воздухе перед перепуганной дриадой, рухнул ей под ноги пушистой змеей.

Девушка радостно охнула и, опустившись на колени рядом с запыхавшимся существом, принялась нежно гладить его шерстку.

Эльф мрачно покосился на эту идиллическую картинку, но промолчал. Сейчас его гораздо сильнее беспокоил вопрос, где же они оказались. Радовало одно: река здесь, кажется, была той же, по берегу которой путешественники шли до этого. А раз так, значит, либо это просто другой приток, либо они оказались выше по течению — то есть как раз там, куда направлялись. Плюс ко всему, по внутренним ощущениям эльфа, луч направления к родному Караиму чуть сдвинулся: если раньше казалось, что, чтобы попасть домой, нужно отклониться от реки градусов на пятнадцать — двадцать, то теперь все ощущения буквально кричали, что идти нужно перпендикулярно течению реки. А может, вся проблема была исключительно в этой странной излучине, начинавшейся чуть впереди? Подумав, парень вытащил бережно сложенную в несколько раз карту. Если верить небрежно набросанному рукой Матея плану, получалось, что подобная излучина могла иметься на Серой реке в двух местах: у самого устья (и тогда это очень и очень плохо, потому как придется заново проделать весь путь) и практически возле самого Эске-Кермена.

О том, что это может быть совсем другая река и тогда карта попросту бесполезна и даже скорее сбивает с толку, Элиаш решил не думать.

Наконец дриада перестала обнимать своего любимого, драгоценного и жизненно ей необходимого заглота и радостно повернулась к парню:

— Ты так и будешь стоять? Или мы все-таки пойдем?

Эльфу дико хотелось рассказать Летисии все, что он думает о ней вообще и о ее высказываниях в частности. Элиаш открыл было рот, но… посмотрел в наивные глаза дриады и шумно выдохнул, так ничего и не ответив.

Правда, дриаду его молчание не остановило. Девица радужно улыбнулась:

— Я ведь правильно поняла — мы куда-то перенеслись? А куда? Ты не знаешь?

Тут парень уже банально не успел ответить: над головами путешественников раздалось оглушительное хлопанье крыльев. Эльф метнулся в сторону, автоматически выхватывая из-за пояса нож. Вскинув голову вверх и прикрывая глаза от ярких солнечных лучей, он судорожно всматривался в небеса, пытаясь понять, откуда доносится звук. Казалось, он слышался со всех сторон.

А потом стих так же внезапно, как и возник.

— Что это было? — осторожно поинтересовалась перепуганная дриада, прижимая к себе заглота. Пушистая змея судорожно подергивалась, но вырваться не пыталась.

— Хороший вопрос, — медленно протянул Элиаш. Огляделся по сторонам и крикнул в пустоту осеннего леса: — Кто здесь?

Откуда-то из крон деревьев раздался чуть слышный смешок. И еще один, и еще.

Как парень ни всматривался в переплетение далеких ветвей, он так никого и не увидел.

— Кто здесь? — повторила вопрос дриада.

И в тот же миг со всех сторон раздался мелодичный перезвон голосов:

— Кто здесь? Кто здесь? Кто здесь?

Эльф уже решил, что это эхо, однако вопрос изменился:

— Кто вы?

— Путешественники! — громко выкрикнула девушка. И вновь по ветвям пронесся легкий шепот:

— Путешественники… путешественники… путешественники… Откуда вы?

На этот раз первым ответил Элиаш. Прежде чем Летисия успела сказать хоть слово, парень поспешно спрятал кинжал в ножны и, мягко прикрыв ладонью рот дриаде, выкрикнул:

— Издалека.

— Издалека?.. Издалека… издалека… Что вам здесь нужно?

На этот раз эльф дольше подбирал ответ:

— Мы идем домой.

— Домой?.. Домой… домой… — перешептывались где-то в ветвях невидимые девушки. — А как оказались здесь?

— Случайно, — ответил эльф.

Он не собирался больше ничего говорить, но дриада оттолкнула его руку и звонко выкрикнула:

— Мы заблудились.

Вновь понеслось перешептывание:

— Заблудились… заблудились… — И словно что-то решили. — Ждите! — И все стихло.

— Что это было? — удивленно поинтересовалась дриада, пытаясь понять, откуда недавно раздавались голоса.

— Юварки, наверное, — пожал плечами Элиаш. — Они всегда такие.

— Какие? — не поняла девушка и, прежде чем эльф успел ответить, задала новый вопрос: — Подожди, то есть ты с самого начала знал, кто с нами разговаривает?

— После второго вопроса догадался, — хмыкнул эльф.

Летисия возмутилась:

— А мне почему не сказал?

— Когда с ними общаешься, нельзя прерывать разговор.

— Почему?

— Обидятся. А юварки в гневе — лучше тебе этого не видеть.

Девушка зло поджала губы, посчитав, будто от нее что-то скрывают, но решила оставить разборки на потом и мрачно поинтересовалась:

— И что дальше?

— Ждать. Понимаешь, похоже, случайно сработавший портал, вроде тех, из которых мы с тобой появились в день нашей встречи, закинул нас к самому Эске-Кермену — юварки больше нигде не живут, насколько мне известно. Это плюс — мы сэкономили несколько дней пути. Но это и минус — у юварок весьма своеобразное мнение по вопросам гостеприимства… Подожди, ты же вроде говорила, что от мест обитания юварок до дриадского Леса совсем недалеко? Ты их никогда не видела, что ли?

— Нет, — вздохнула Летти. — Я же говорила, я Лес никогда не покидала. А к нам только кельпи заходили да пару раз пе-нангглан, А о юварках я лишь слышала. Знаю, что их Эске-Кермен находится к югу от Леса, в двух днях пути.

Эльф вздохнул, поправил лямки рюкзака и улыбнулся:

— Ну если нас примут, полюбуешься на них.

— А если нет? Ну в смысле, если не примут? — Раздражение медленно уступало место новой волне любопытства.

— Значит, не полюбуешься.

Ждать пришлось не так уж долго. Буквально через несколько минут вновь раздалось хлопанье крыльев, и на землю перед путешественниками, не всколыхнув ни одного листочка, лежащего на земле, мягко опустилось странное существо. Это была высокая, ростом с Элиаша, крепко сложенная женщина. Все ее тело было покрыто белоснежными перьями, а руки плавно переходили в крылья. Лишь лицо было свободно от оперения. Из одежды на ней была только короткая набедренная повязка.

— Вам разрешено войти в Эске-Кермен, — мелодично обронила женщина-птица. — В ваших сердцах нет зла.

Летисия не отрывала зачарованного взгляда от местной жительницы. Юварка была по-настоящему прекрасна: идеальные пропорции, гладкая кожа лица, черные волосы, спадающие до пояса. Но ее красота, в отличие от столь же совершенного облика кынсов, не вызывала страха.

Женщина-птица помолчала несколько мгновений и, по-птичьи склонив голову набок, тихо продолжила:

— Идите вперед. За излучиной начинается Эске-Кермен. Вас примут в городе. — После чего она вскинула руки-крылья к небесам и взмыла в воздух.

Летти проводила ее зачарованным взглядом и тихо вздохнула:

— Красивая… — В ее голосе не было никакой зависти, лишь легкое сожаление.

Эльф пожал плечами:

— Ничего особенного. Ты симпатичнее.

Дриада вспыхнула как кровавиков цвет, но ничего не ответила. А Элиаш продолжил:

— Ты лучше скажи, зачем ты со своим рассказом полезла?

— В смысле? — не поняла девушка.

— Отвечать им зачем пыталась?

— Так они ж спрашивали.