Красный рассвет. Иноходец - Сергей Извольский

подо мной легко. Раз-два-три-четыре, я даже посчитал, и тут же налетел — на уровне этажа третьего-второго, на толстую ветвь. От удара из груди вышибло весь воздух, реальность вокруг крутануло вокруг своей оси, и спиной вперед я рухнул на газон. Открывая рот как рыба, смотрел как на фоне неба по ветвям следом за мной мечется второе тело.

«Я вообще нормальный?» — несколько мгновений еще слышалось эхо крика, оборванное, когда неподалеку в газон мешком ударился Дэвид.

Дыхание ко мне пока не вернулось, но попробовал перекатиться на живот. Считанные секунды остаются до того момента, как находящиеся в здании могут понять где мы. Если кто-то сейчас выглянет в окно есть шанс, что нас расстреляют как в тире.

Мы приземлились со стороны сквера, в котором совсем неподалеку продолжали рваться гранаты. Мимо — отступая, пробежало несколько гангстеров, с матерными испуганными криками. Нас заметили, но внимания не обратили — ну корячатся двое под деревом, похоже раненые, ну так сейчас много кто в сквере на земле лежит, некоторые вообще не шевелятся. Тем более что мы в раскатанных на лицо масках, на нас не написано, что это мы — диверсанты с крыши.

Я с сиплым стоном наконец перекатился на живот, поднялся на колени, потом на ноги и потянул Дэвида вверх за плечевой ремень разгрузки. Он что-то сипло пытался мне сказать. Скорее всего, что не может идти — но выбора у него не было, вопрос так не стоял. Нам нужно было идти, поэтому встать ему пришлось.

— Вставай, Дэвид, ты же комсомолец! — с натугой выдохнул я, наконец поднимая его на ноги.

«И вновь застрочил пулемет!», — подсказал внутренний голос окончание анекдота.

Подхватили оружие и поковыляли под стену здания. С трудом переставляя ноги, но при этом двигаясь насколько возможно быстро. Зашли внутрь, двигаясь по разбитому стеклу. Мимо пробежало еще несколько орущих бандерлогов, совершенно не обращая на нас внимания.

Чуть поодаль раздались громкие крики. Не испуганные, даже почти уверенные. Надо же, гранатометчики, целый расчет — трое. Один с супербазукой на плече, второй с выстрелом к ней в руках, третий командует. Как раз сейчас он что-то громко крикнул, авторитетно размахивая руками.

Стрелок повернулся к нему на крик и в этот момент явно случайно нажал на спуск. Яркий сноп выхлопа из раструба ударил прямо в стоящего за его спиной заряжающему — я увидел, как густые курчавые волосы факелом полыхнули; граната же пролетела над плечом орущего командира, влетела в дальнюю стену и взорвалась. Заткнувшийся командир расчета только кровью плюнул, когда ему осколок в спину прилетел.

Озадаченный стрелок, единственный оставшийся невредимым, рухнул на четвереньки и уронив дымящуюся трубу, в недоумении смотрел на воющего заражающего, который катался по полу, хватая руками воздух перед обожженным лицом.

«Не зовите меня на штурм советского представительства, если ваша вечеринка не похожа на эту», — снова подсказал внутренний голос.

Пока рядом разворачивалось такое веселье, мы уже, хрустя стеклом под ногами прошли сквозь здание и вышли на освещенную фарами машин улицу. Здесь крики, активно движение — бегают бандиты с оружием, лежат раненые, кто-то пытается оказывать кому-то первую помощь.

Я шел уже более-менее, да и Дэвид расхаживался — сипло на ходу высказывая мне все, что он думает по поводу прыжков с пятого этажа. Совсем не улыбался кстати при этом — может ему почаще так прыгать?

Мы почти бегом перешли улицу и заскочили в проход между двумя заборами неподалеку от магазина, ставшим центром притяжения бандерлогов. Пробежались через узкий проулок, направляясь на параллельную улицу. Выскочив на тротуар широкого проспекта, вдруг увидели потрепанный пикап с крупнокалиберным пулеметом. Похоже, после стрельбы Дэвида водитель пикапа от испуга загнал его аж сюда, уходя из-под огня.

У машины суетилось сразу несколько человек. Один — белый, в маске-балаклаве как и мы, осматривал побитую пулями ствольную коробку Браунинга, двое гангстеров вытаскивали из кузова убитого пулеметчика. Тоже белого, отметил я, увидев безжизненно болтающуюся руку.

Белый парень из кузова посмотрел на нас очень внимательно и явно вознамерился что-то спросить. Я среагировал первым, вместо слов начав стрелять — убив его, а также одного из тех, кто вытаскивал раненого.

Дэвид застрелил третьего, а четвертый — молодой гангстер, успел выскочить из кабины. Он был без оружия и улепетывал так, что пятки сверкали. Причем буквально — правда только одна пятка: он, когда выпрыгнул из машины, один кроссовок потерял. Дэвид вскинул СКС, прицелился, но стрелять не стал, опустив оружие.

«Милосердие — грань тупости», — как говорила одна моя хорошая подруга.

Хотя я не был с ней полностью согласен. И сейчас, наверное, Дэвида бы больше поддержал, чем нет. Сам Мэйсон-младший, судя по закушенной губе, опустив СКС и провожая бегущего взглядом явно погрузился в короткие, но глубокие рефлексии — куда там героям русской классики.

Отвлекая, я хлопнул его по плечу и быстро прошел к пикапу. Машина на ходу, а значит пора бы уже отсюда уехать — мавры сделали еще одно большое дело, экстренно покинув здание, маврам определенно пора отсюда сваливать.

Дэвид мою идею понял и уже заскочил на пассажирское сиденье. Двигатель пикапа работал, но я завис — сразу не понял, где тут рычаг коробки передач. Помог Дэвид, показал — рычаг оказался на руле, надо же. Все у этих американцев не как у людей, ну почему нормально не делать?

Так, а где здесь задняя? — поискал и подергал я рычагом. В ходе поиска воткнул что-то переднее, движок загудел, разгоняя машину. Ладно, вперед так вперед, тоже вариант. Воткнув уже вторую передачу, разглядывая под рулем систему переключения, я развернулся, перепрыгнув через разделительную и помчал прочь от пятиэтажек, в которых мы столь замечательно провели время.

Едва миновали один перекресток, как на другой стороне изгибающегося в плавном повороте проспекта, вдали, я увидел двигающуюся нам навстречу колонну машин. Нажав на тормоз, присмотрелся. Ну да, дело к утру, национальная гвардия конфедератов выдвинулась к советскому представительству, как и было обещано.

Ну, все хорошо, что хорошо заканчива… а чего это Дэвид так орет?

Ледяное спокойствие сыграло со мной злую шутку. Я как-то очень уж серьезно затупил: совсем не подумал, что пикап-тачанка с пулеметом на силовых дугах может быть идентифицирован конфедератами как цель. А парни, которые двигались сейчас колонной по улице нам навстречу, в переделках в городе уже явно побывали. И сейчас, я это очень хорошо заметил, в нашу сторону двигалось жерло тридцатимиллиметровой пушки. Также нас прицелом искал ствол крупнокалиберного пулемета