Кодекс Охотника. Книга XXXIII - Юрий Винокуров

вообще, больше всего эта пещера напоминала мне огромный пульт управления, в котором по периметру находились многочисленные пульты и мониторы, невиданные мной раньше, но определённо маготехнические. И вот именно с их помощью здесь и происходило что-то странное.

Куски миров, следуя приказам операторов, перемещались туда-сюда. Похоже, я нашёл этих самых строителей. Вот только эти самые «кирпичики», которыми я назвал осколки миров, служили для какой другой цели.

На одном из экранов было видно, как по желанию операторов весь Разлом с находящимися внутри существами мгновенно исчезает, превращаясь в энергию. После чего эта энергия бьёт ярким лучом из загробной приблуды, висящей на потолке, похожей на гигантскую люстру.

А вот куда она бьёт — вот это было реально интересно!

На невысоком постаменте лежало что-то наподобие большой книги. Причём, страницы у неё были чёрного цвета, буквально сотканные из тьмы. А при ближайшем рассмотрении было видно, что эти страницы то ли пожевали, то ли покусали, то ли немножко подожгли. Дырявые, короче, были эти страницы.

Похоже, книга где-то попала в приключения. Хотя…

Я почувствовал знакомую энергию и еле сдержался, чтобы не рассмеяться. Конечно, эта книжка встретилась с Кодексом. По остаточному энергетическому фону это стало понятно на сто процентов. И, конечно же, плохо пережила эту встречу!

И как только я это понял, человек в чёрной мантии, сидящий напротив книги в позе, как будто молясь, внезапно вскинул голову и безошибочно посмотрел прямо мне в глаза. Блин, кажется, заметили. Эта мысль, на удивление, пришла мне в голову с большой долей пофигизма.

Я успел увидеть немногое, но то, что я увидел, явно требовалось рассказать Кодексу и братьям. Кто-то или что-то из этого мира одновременно ворует куски нашего, условно «хорошие» куски, а обратно отправляет отработанный материал.

Я успел заметить, что выжатый от энергии кусок мира (или Разлом), энергия которого была передана в книгу, отправился куда-то дальше, и сам он теперь был похож на маленькую чёрную дыру, способную пожрать любую материю и энергию, рядом с которой возникнет. И вот его как раз-таки явно забрасывали в другое измерение!

Что ж, если мне отсюда надо валить, то уйти нужно с салютом, без всяких сомнений.

Сражаться я точно не готов, потому что эта потрёпанная книга превосходила силой всё, что я когда-либо видел. Это кроме того, что находящиеся вокруг разноцветные человечки также были щедро напичканы этой силой.

Сначала я использовал иллюзии, изобразив всё, что пришло в мой измученный последними путешествиями разум: твари, взрывы, катастрофы. Сразу за этим бросил уже техники, повторяющие эти самые катастрофы. Ну, и на закуску вниз полетели души. Да, я пока что ещё не придумал, как держать «на поводке» всех призванных тварей в этой Вселенной, но прямо сейчас мне было пофиг. Оставаться здесь я не собирался. Так что пусть развлекаются!

— Раб Кодекса!!! — внезапно проревел чувак в чёрном, отбиваясь от последствий моего сюрприза.

Ну ни фига себе, в этом мире уже узнали, что такое Кодекс. Это хорошо. Вот только, какой же я раб?

— Я Охотник, дебил! — весело крикнул я. — И я ещё вернусь, обязательно вернусь…

Я хотел изобразить ещё злодейский смех, дабы придать своим словам убедительности, но не успел, потому что чувак в чёрном меня атаковал. И мне пришлось спиной назад выпрыгивать из этого мира, дабы не быть размазанным.

Честно говоря, я вообще ожидал, что он бросится за мной в погоню. Но, видимо, то ли сюрпризы я оставил серьёзные, то ли чувак дорожил своим окружением, потому что некоторые из «разноцветных» пострадали, я точно видел. В общем, погони за мной не было.

Я достаточно быстро добрался до той «форточки» и выкатился через неё кубарем. Яркое солнце светило мне в глаза, а передо мной стояла вооружённая до зубов весёлая компания.

— Ну и куда вы намылились, такие нарядные? — хмыкнул я, глядя на своих товарищей. — Хотя, вы-то мне и нужны!

Иркутский Эпицентр

— Са-а-андр!!! — с протяжным воплем Волк пришёл в себя, рывком переводя своё тело в вертикальное состояние.

— Тихо, тихо, боец, успокойся, — раздался знакомый голос.

Волк с удивлением перевёл глаза и увидел сидящего рядом с ним и крепко держащего его за плечи Андрея Андросова. А руки Андрея светились белым светом. Было видно, что удержать его сейчас было той ещё задачей.

Волк моргнул раз, другой. Его зрение странно изменилось. Картинка перед глазами стала ярче и сочнее, звуки, доносящиеся до его ушей, получили дополнительные полутона, и даже запах, что накрывал поляну плотным покровом из тысячи оттенков, при желании он мог разложить на отдельные составляющие.

— Что здесь… — начал Волк, а потом к нему разом пришли воспоминания и осознание того, что произошло.

Он ведь прямо сейчас не был в обычном отрубе. Нет, он только что парил в центре Вселенной, а его тело пронизывали голубые молнии Кодекса. Не сказать, что это было приятно, но и дискомфорта он тоже не испытывал. Больше всего это напоминало своеобразную идентификацию или привыкание, когда Кодекс изучал каждую клеточку его тела и каждую мысль в его сознании, чтобы…

А вот тут вот у Волка не хватало знаний. Он точно понимал, что Кодекс его принял точно так же, как сам он принял Кодекс. Теперь они — одно неразделимое целое.

Вот только зачем все эти знания скромному Андрею Потапову?

«Не Андрею Потапову, а брату Волку», — раздался в голове у него тихий шелест незнакомого голоса с нотками сарказма.

Тут-то к Волку и пришло окончательное осознание, что теперь он никогда не будет один. У него есть Кодекс и… у него есть многочисленные братья. Да-да, прямо сейчас он не может до них дотянуться, но точно знает, что в определённое время это будет доступно.

Ведь Кодекс действительно находится в душе и сердце каждого Охотника, объединяя их в единое целое. И от этого единения и понимания обретённого могущества, у Волка невольно навернулись слёзы на глазах.

— Слышь, Волчара, ты не впадай из крайности в крайность, — а это был уже Макс Самохвалов, который сидел с другой стороны от него. — То ты орёшь, теперь рыдать собрался? У тебя там кукуха на месте?

— А в глаз? — лениво поинтересовался Волк, скашивая глаза на слишком разговорчивого Паладина.

— Да не, вроде нормально всё, — хмыкнул Самохвалов.

— Волк, ты как? — спросил Андрей Андросов. Но спросил без беспокойства. Он явно понимал, что с ним