Сбываются другие мечты - Евгения Горская

– Впусти на минутку, – попросил Бородин.

В лифте Глеб поднимался вместе с какой-то тёткой, и ему стало неудобно перед ней, когда Ирина бросилась ему на шею прямо на глазах любопытной соседки.

– Глеб, – шептала Ира, – я так тебя ждала!

– Что ты затеяла против моей жены? – Он оторвал от себя её руки, не заметив, что сжал их очень сильно.

– Ты что, Глеб? – Радость в её глазах сменилась удивлением и непониманием. – Пусти, мне больно.

– Что ты затеяла против моей жены? – повторил он тише, отпуская её.

Она повернулась, шагнула в прихожую, он вошёл вслед за ней.

– Я не могу больше слышать о твоей жене! – закричала Ирина, когда дверь захлопнулась.

– И не услышишь, – сказал он. – Ни о ней, ни обо мне, когда всё расскажешь. Что ты затеяла против Кати?

– Ты что, спятил? – уже спокойно спросила Ирина. – Что я могла против неё затеять?

– Ира, – почти шёпотом произнёс Бородин, – деньги решают не всё. Я опасен, если дело касается моей семьи.

Когда он упомянул про семью, она поняла, что всё закончено. По-настоящему, бесповоротно. Навалилась тупая усталость, ей даже стало всё равно, здесь он или ушёл навсегда.

Ира поплелась на кухню, включила чайник. Подумала и сунула в посудомоечную машину одиноко стоявшую в мойке чашку.

– Почему твоя мачеха гримируется под мою жену? – спросил Глеб.

– Понятия не имею, – стоя к нему спиной, пожала плечами она.

– Ира!

– Что значит гримируется? – повернулась она к нему.

– То и значит. – Бородин видел, что она действительно не понимает. – Говори, моё терпение сейчас лопнет.

– Я не знаю, – равнодушно произнесла Ирина. – Понятия не имею.

Нужно немедленно дозвониться Алке. Господи, если с этой проклятой Катей что-нибудь случится, Глеб сразу укажет на неё, Ирину.

– Когда и зачем ты показала мачехе мою жену?

– Не произноси слово «мачеха»! – закричала она. – Я его не люблю.

– Мне плевать, что ты любишь. Когда и зачем?

– Мы однажды ехали вместе с Алкой в машине, а вы с Катей шли по улице. – Ира опять от него отвернулась, ей было тошно его видеть. – Я показала тебя и твою жену. Я тебя любила.

– Когда это было?

– Летом.

Кажется, он поверил. Хорошо, если поверил.

– Ты ей говорила, что моя жена врач?

– Говорила, – кивнула Ира.

Откуда он узнал про Алку? И зачем та гримируется под его Катю?

– А откуда ты знаешь, что она врач? Как узнала, где она работает? Я никогда об этом не упоминал.

– Бабы на работе говорили. – На этот раз Ира сказала правду. – Ты думаешь, про тебя никто ничего не знает?

Больше Бородин ничего не спросил. Постоял у неё за спиной и ушёл, хлопнув дверью.

Почему-то ей было трудно повернуться от полок, которые она пристально разглядывала. Она любила свою кухню, но сейчас ей показалось, что всё в ней убого и на неё противно смотреть.

Нужно немедленно позвонить Алке, затея может закончиться так плохо, что даже деньги отца не помогут. Она может обмануть кого угодно, но не Глеба.

Ира, вытирая рукой слёзы, набирала и набирала то домашний, то мобильный номер, но оба телефона не отвечали.

Катя открыла, и Глеб обнял её, не дожидаясь, пока дверь закроется, и даже не заметил, что впервые за много дней жена не отталкивает его и не каменеет под его руками.

– Катя… – прошептал он.

– Ты хотел сделать мне предложение, – напомнила она.

– Я его уже сделал. – Он крепче прижался щекой к её волосам.

– Я принимаю твоё предложение.

Ему хотелось рассказать, как сильно он измучился, и как немыслимо ему остаться без неё, и теперь он знает точно, что она – самое ценное в его жизни.

– Ты никогда об этом не пожалеешь, – сказал Бородин.

– Обедать будешь? – Катя высвободилась из его рук, подумала и чмокнула его в щёку как прежде, до казахстанской командировки.

– Буду, – решил Глеб. – А потом мне надо будет уехать.

– Куда?

Он замялся.

– На работу?

– Нет.

– Я с тобой, – твёрдо сказала Катя, расставляя тарелки.

Этого ему очень не хотелось. Дело было связано с Ириной, и он мечтал покончить с непонятной историей сам.

– Я поеду с тобой, Глеб. – Катя слишком долго была одна и не хотела больше быть одинокой даже десять минут.

Бородин молча поглощал обед, который она ему приготовила.

– Ты знаешь, блогер Перовский – сын Аркадия Львовича, – сообщила вдруг Катя.

– Я вообще не знаю, кто такие Перовские, – удивился он.

– Аркадий Львович работал с мамой, я тебе сто раз о нём рассказывала.

– А… – припомнил Бородин. Ни до Перовского, ни до его сына ему не было никакого дела.

Катя собрала тарелки, поставила в мойку.

– Поехали. – Глеб не стал дожидаться, пока она вымоет посуду, Катя послушно начала одеваться.

Им здорово повезло, красный «Мерседес» выезжал из ворот, когда Бородин начал искать место, где бы приткнуться около элитного жилья.

– Мы следим за машиной? – улыбнулась Катя. Не заметить, что они повисли на хвосте у красной машины, было невозможно.

– Да.

– Зачем?

– Не знаю, Кать, – признался Бородин. – Мне не нравится эта баба, она хочет стать на тебя похожей.

– Что? – не поняла Катя. – Как это?

– Помнишь, я увидел, что тебя мужик провожает?

– Помню.

– Потом я подвозил Лену до работы и заметил этого мужика в компании с девкой. И припомнил, что видел, как эта особа шла за тобой, когда…

– Глеб!

– Короче, я узнал, что это жена банкира. И она под тебя гримируется. Это точно, Кать.

– Мужика зовут Кирилл, – сказала Катя, не глядя на Глеба. – Его подослала твоя подруга.

– У меня нет подруги!

– Ну тогда скажем так, – поправилась Катя, – некая девушка, которой очень хотелось, чтобы я до безумия влюбилась в Кирилла и ты оказался свободным для нового брака. Кстати, в него вполне можно влюбиться, он не дурак и очень красивый.

– Не знал, что мужики бывают красивыми, – не сдержался Бородин. – Откуда ты знаешь, что его подослали?

– Догадалась. Да и он не отрицал. Между прочим, он пришёл ко мне под чужим именем.

– Зачем?

– Думаю, для того, чтобы я, влюбившись в него, не слишком ему досаждала, когда он меня бросит.

– Ладно, чёрт с ним. Надо разобраться с этой дамочкой. – Глеб кивнул на красную машину впереди. – Что-то здесь не так.

Обычно Аркадий Львович вниз по лестнице ходил пешком, но сейчас лифт раскрылся прямо перед ним, и Перовский шагнул в кабину.

– Привет. – Елизавета тоже направлялась домой после долгой смены, подкрашенная, слабо пахнувшая духами.

– Привет, – кивнул Аркадий Львович. – Ты знаешь телефон дочери Ксении? – спросил он.

– Кати? – удивилась Елизавета. – Знаю.

– Она обещала вернуть Ольгин ноутбук, – объяснил Аркадий Львович, пропуская коллегу вперёд. – Да что-то не звонит.

Елизавета замялась, словно хотела что-то ему рассказать, но промолчала, достала телефон из сумки, тут же сбросила Перовскому эсэмэской номер мобильного Кати. Аркадию Львовичу вдруг стало интересно, что же Елизавета хотела сказать ему про Катю. Но не спросил, конечно.

– Ты иди, Аркаша, – кивнула Елизавета, видя, что он замедляет шаг, подстраиваясь под неё. – Я хожу медленно, мне за тобой не угнаться, а тебе со мной плестись одна морока. Пока.

– Пока, – кивнул он.

Начался мелкий дождь. Можно было поднять капюшон куртки или достать зонт, но Аркадий Львович не сделал ни того ни другого.

Летом дождей было мало. Ему не повезло только однажды, в тот день он ехал на дачу на электричке, потому что была пятница и стоять в пробках не хотелось. Дождь сильный, с холодным ветром, неожиданный для тёплого дня, начался, когда он вышел из вагона. Туча была небольшой, и Аркадий Львович спрятался под навесом на платформе вместе с другими пассажирами, а потом медленно шёл к даче, обходя лужи.

Ольгу вместе с соседским парнем Аркадий Львович увидел издалека, прежде чем жена его заметила, и тогда впервые подумал, что никогда её не ревновал. Ни разу, ни одной минуты. И не потому, что она не давала повода, умные женщины вообще редко дают мужьям повод для ревности, если не делают этого специально, конечно. Он не ревновал Ольгу, потому что был абсолютно в ней уверен. Даже больше, чем в себе, как бы парадоксально это ни звучало.

Парень – Стас, вспомнил его имя Перовский, – отошёл от Ольги, как только его увидел, а жена пошла Аркадию Львовичу навстречу и уцепилась за его рукав.

Он тогда так обрадовался, что она за него уцепилась, он соскучился, не видя её с утра, и не обратил внимания, что Ольга выглядит озабоченной.

Вообще-то он это всё-таки заметил и спросил:

– Этот дурачок тебя чем-то расстроил?

– Нет, – улыбнулась Ольга.

– О чём вы с таким интересом разговаривали?

– Да так, ни о чём, – усмехнулась она.

– Оль, ну скажи, мне же любопытно.

– Да правда ни о чём. – И жена перевела разговор на другое.

Ему не пришло в голову, что его жену сосед Стасик шантажировал, и она ему платила.