Интеграция (СИ) - Агарова Наталья

Промелькнувшие воспоминания показали, что исследования возможностей пленника продолжили и уже другими способами подтвердили его способность к мгновенной телепортации. Лика ничего не успевала разглядеть в момент перехода, возможно из-за небольших расстояний, на которые совершались прыжки. Она не могла не заметить, как с каждым разом все отчетливей проявлялась темная аура, окружавшая существо. Дотошные ученые не догадывались, что взращивают в подопытном самые негативные чувства. Если бы не страх бедняги перед мучителями, и их невосприимчивость к ментальным атакам, то Лика не могла бы поручиться за их жизни. Возможно, что он и сам не понимал своей силы, возросшей после перенесенных страданий. Ведь он всего лишь хотел узнать, разобраться в причинах паники своих соседей, а попал в плен к безумным пришельцам на опыты. Как тут не быть расстроенным и злым? Но Лика, несмотря на жалость к нему, понимала ценность существа и планировала переманить его на свою сторону.

Прервать серию мыслеобразов удалось с большим трудом.

«Погоди-погоди, я все поняла. Дай отдышаться. Больше не могу смотреть на это безумие».

Лика и вправду устала, как будто бы снова стала живым существом и переживала все злоключения на своей собственной шкуре. Сила ментальной связи между ней и чужаком была необычайно сильной.

«Как мне к тебе обращаться? Как звали тебя сородичи, те самые, с кружевной броней?» — спросила Лика и тут же поняла свою ошибку.

Эти существа не разговаривали в привычном ей понятии. Общаясь при помощи мыслеобразов, им достаточно было представить того, кто нужен в данный момент. Рисунок брони у каждого из них был уникален и никогда не повторялся, оттого и спутать их друг с другом невозможно. Проблема состояла в том, что Лика не видела со стороны своего собеседника и не знала, как он выглядел и какие особенности имел.

Существо не поняло ее вопроса и никак не реагировало.

«А, ладно, давай я сама придумаю тебе имя».

Однако, это было не так-то просто сделать. Не могла же она назвать его каким-нибудь «ажурчиком» за изящный внешний вид или «светиком» за способность к люминесценции. Перебрав кучу вариантов от самых нелепых до замысловатых, Лика не пришла к единому мнению, но отметила полное равнодушие со стороны своего нового знакомого. Ничего из перечисленного его не зацепило, вероятно из-за того, что он не понимал значения этих образов.

«Эх, сегодня ничего путного в голову не идет, — сокрушалась Лика, — да-да, я знаю, что у меня нет головы, но раньше то она была. Так, говорю по привычке. У тебя вообще-то ее тоже нет, хотя, если посмотреть с другой стороны, может и есть только она одна. Запуталась совсем».

Лика неожиданно для себя отметила, что разговаривает со своим пленителем, как с каким-нибудь старым другом. Пространство вокруг нее также изменилось и теперь больше походило на глубоководный мир.

«Точно, не будем сильно изощряться. Я буду звать тебя просто — Митр, что означает друг по-кториански».

Лика воодушевилась.

«Ты же знаешь, кто такой друг?», — спросила она, представляя двух хвостатых особей, похожих на тех самых, из воспоминаний Митра.

Они гонялись друг за другом, лавируя между разноцветных камней, что со стороны очень походило на заигрывания в брачный период, но ничего другого Лика не могла показать, старательно избегая вспоминать образы из своей прошлой земной жизни. Однако Митр не спешил отзываться. Тогда Лика представила нескольких его сородичей, по большей части додумав их внешний вид.

«Среди них ведь должны быть те, с кем ты больше общался, может быть помогал, например, добывать пищу или просто любил вместе куда-нибудь сплавать? Нет? Не расстраивай меня. Неужели ничего подобного не было? Я уже не знаю, что еще придумать, все как-то грустно».

Тут ей вспомнились странные кторианцы Дирк и Фиш. В минуты упадка настроения Лика любила за ними наблюдать.

«Вот эти точно друзья — не разлей вода. Не цепляйся к словам, пойми саму суть. Мы слишком разные, чтобы разговаривать на одном языке, пусть и образном. Но судя по тому, что я видела, ты совсем не глупый. Если уж тебя подключили к нашему оборудованию, то ты легко сможешь найти их и сам понаблюдать. Не знаю сколько сейчас времени, но большую часть эти чудики проводят около ремонтного блока».

Поначалу Митр никак не отреагировал. Лике было трудно понять его настроение и оставалось только ждать и надеяться, что природное любопытство существа возьмет верх над осторожностью. Расчет оправдался, и вскоре Лика уловила мыслеобраз, в котором Дирк в периодах между потреблением пищи что-то увлеченно рассказывал своему другу, хлопал его по плечу и смеялся. В общем, вел себя, как обычно. Находились они в отсеке, где все собирались в свободное время. На заднем плане даже промелькнула знакомая фигура капитана. Лика почувствовала недовольство, которое не смогла скрыть. Пока она тут заперта, Туш, наверное, без ума от радости, что избавился от нее.

Митр заинтересовался. Он попытался выяснить, кто именно так не нравился его пленнице, показывая то одного, то другого, пока не наткнулся на капитана. Тот выходил из зоны отдыха и направлялся, как определила Лика, в капитанскую рубку.

«Да, именно этот тип, как заноза в одном месте. Что такое заноза? Ну, я могла бы тебе объяснить, но не просто так. Для этого мне надо выйти из твоего водного пузыря. Да знаю, что вода тут не причем, просто это образное выражение».

Любознательность Митра уже начинала раздражать Лику. Ему все было интересно, однако, как житель океана, он совсем не представлял, как выглядит суша и ее обитатели. Все мыслеобразы Лики были ему непонятны, и он тут же требовал пояснение. Даже после подключения к управляющей системе корабля, он был ограничен в возможностях. По сути он лишь был одним из инструментов, исполнял приказы, которые отдавали посредством вживленных в тело датчиков. Лика понимала, что теперь ему совсем не хочется ее отпускать. Митр попытался было опять выпустить свои щупальца, но в последний момент передумал.

«Вот это правильно. Не хорошо запугивать друзей. Ведь я — твой новый и, наверное, единственный друг на этом корабле».

Митр притих, но по-прежнему удерживал Лику в полной изоляции. Связаться с искином все также не удавалось.

«Не понимаю, чего ты испугался. Мне уж точно не сбежать с этого корабля, как и тебе, полагаю. Хотя, у тебя все же есть шанс. Всего-то надо освободить тебя и вернуть в водную среду».

Митр вовсе не был так оптимистичен и показал Лике, как на самом деле выглядит в реальном мире. Изображение было сильно искажено и являлось проекцией того, как он сам себя ощущал. Вид запертого в тонкую водную оболочку существа и истыканного чужеродными шипами, вызвал у Лики приступ негодования.

Глава 17. Система Ирли

Лика не знала, сколько именно прошло времени с момента ее изоляции, однако была уверена, что минимум несколько кторианских суток, если не целый кандр. Помнится, что Да’Тхари говорила про сложность подключения «устройства».

Лика, вспомнив про королеву, снова разозлилась. Показанный Митром образ вывел ее из себя, заставляя снова испытать уже позабытые чувства.

«Эти пчеломуравьи совсем из ума выжили».

Митр сопоставил облик расы Роя с показанными муравьями и пчелами и стал отрицать сходство между ними.

«А вот и похожи», — стояла Лика на своем мнении.

Увидев то, что с Митром сделала эта высокомерная древняя раса, она не сдержалась и теперь в его распоряжении оказались образы этих земных насекомых, которые он с повышенным интересом рассматривал. Когда-то Лика часто выезжала за город, в родовую деревню. Особенно весной, в период посадочных работ. Насмотрелась на муравьев всех видов и пчел с лихвой. Теперь все ее воспоминания достались довольному Митру. Лика даже засомневалась, действительно ли это он находился в той клетке.

Митр все чаще напоминал ей дитя малое, которое дорвалось до желанных игрушек. Назревала серьезная проблема. Он уже понял, что Лика может стать его личным источником знаний. Насколько хватит сил Митра, чтобы удерживать ее? Лика предполагала, что теоретически есть возможность самостоятельно покинуть эту виртуальную темницу. Правда для этого требовалось отказаться от самой себя и просто слиться со всеми остальными сущностями, удерживаемыми матрицей главного ядра. Но она с таким трудом смогла сохранить свое «я», все воспоминания о земной жизни, хоть и были запрятаны подальше, но сохранились. Поэтому Лика хотела попробовать убедить Митра отпустить ее добровольно.