Сильнодействующее лекарство - Хейли Артур

Лишь потом Селия подошла к проему в стене и посмотрела вниз.

То, что она увидела, было ужасно.

Искореженный до неузнаваемости автомобиль, еще недавно такой элегантный, лежал кверху колесами. Очевидно, машина ударилась о землю радиатором с такой силой, что мотор вошел в корпус. Затем машина перевернулась и ударилась крышей, которая также сплющилась. От груды обломков поднимался дым, но пламени видно не было. Одно изуродованное колесо продолжало бешено вращаться.

К счастью, место, на которое упала машина, под стоянку не использовалось и людей там не было. Никто и ничто не пострадало, если не считать кустов и газона.

Несколько человек уже мчались к разбитой машине, Селия услышала нарастающий вой сирены. Было очевидно, что живым под останками «роллс-бентли» остаться никто не мог.

Так оно и оказалось.

Потребовалось больше часа, чтобы высвободить из-под обломков тело Сэма. Пожарные-спасатели особенно и не торопились со своей суровой работой, пока не подоспел врач. Протиснувшись под обломки автомобиля, он подтвердил очевидное: Сэм был мертв.

Взяв инициативу в свои руки, Селия позвонила Лилиан. Рассказав ей о случившемся так, чтобы по возможности смягчить удар, она умолила Лилиан не приезжать на место аварии.

— Если хотите, я сама к вам приеду, — предложила Селия.

На другом конце провода наступило молчание, потом Лилиан ответила:

— Нет. Мне необходимо побыть одной.

Говорила она отрешенно и так тихо, словно голос доносился с другой планеты. Ей и так пришлось настрадаться вдоволь, а теперь ее ждали новые испытания.

— Я отправлюсь к Сэму немного позднее, — сказала Лилиан. — Селия, вы ведь сообщите мне, куда его отвезут?

— Да. Я могу заехать за вами или встретимся уже на месте.

— Спасибо.

Селия пыталась, но так и не смогла дозвониться Джулиет и ее мужу Дуайту.

Затем она вызвала к себе в кабинет Джулиана Хэммонда, вице-президента по связям с прессой.

— Немедленно сделайте заявление для печати по поводу смерти Сэма, — распорядилась она. — Все должно быть представлено как трагический несчастный случай. Именно как несчастный случай, чтобы пресечь возможные кривотолки. Обрисуйте все как возможное последствие неполадки с педалью акселератора; ее могло заклинить, и машина вышла из-под контроля.

— Но в это же никто не поверит, — запротестовал было Хэммонд.

Едва сдерживаясь, чтобы не разрыдаться, Селия резко приказала:

— Прошу не возражать! Действуйте, как я велела, и немедленно!

Последнее, что она может сделать для Сэма, решила Селия, когда Хэммонд вышел, это постараться по возможности уберечь его от позорного клейма самоубийцы.

Но для тех, кто знал его близко, сомнений на этот счет быть не могло.

По всей вероятности, Сэм, окончательно раздавленный гнетом отчаяния и вины из-за трагедии с монтейном, увидев впереди себя стену гаража, подумал: вот он, кратчайший путь свести счеты с жизнью! — стоит лишь надавить до предела педаль акселератора и направить машину в сравнительно хрупкую стену. Как говорили потом между собой друзья Сэма, он успел подумать о том, чтобы никого, кроме себя, не подвергнуть опасности: он знал, что за стеной гаража — пустырь.

Селия и сама задавалась неразрешимыми вопросами. Ее мучило чувство собственной вины. Не замышлял ли Сэм то, что совершил, еще раньше, во время их предыдущих встреч? А что, если, увидев Селию в тот трагический день, такую уверенную в себе, что, если именно в эти секунды он принял роковое решение? Она так и не смогла додумать этот вопрос до конца. Ответа на него она уже никогда не сможет узнать.

Селию не оставляла и другая мысль: память настойчиво возвращала ее к разговору в кабинете Сэма в первый день ее возвращения; тогда он сказал: «Но есть еще одно обстоятельство. О нем ты не знаешь». И добавил: «Лучше тебе не знать».

Так какая же еще тайна была у Сэма? Селия пыталась докопаться, но безуспешно. Что бы это ни было, все его секреты умерли вместе с ним.

По настоянию родных Сэма на похоронах присутствовали лишь самые близкие. Из компании не было никого, кроме Селии. Ее сопровождал Эндрю.

Сидя на неудобном складном стуле в часовне при похоронном бюро, пока никогда не знавший Сэма священник елейным голосом гнусавил банальные молитвы, Селия мысленно вернулась в прошлое, к наиболее ярким его эпизодам. Двадцать два года назад Сэм берет ее на работу в компанию коммивояжером… Вот он на ее свадьбе… Она принимает решение строить свою карьеру в компании по примеру Сэма… Съезд коммерческого персонала в Нью-Йорке, когда Сэм встал на ее защиту, не побоявшись подвергнуть риску себя самого. «Я прошу занести в протокол следующее: если мы позволим ей покинуть этот зал так, как это ей было предложено, то будем полными идиотами»… Сэм, вступивший в противоборство с оппозицией и добившийся включения ее в число кандидатов на ускоренное продвижение… Благодаря ему ее назначили директором отдела готовой продукции, а затем главой латиноамериканского отделения «Фелдинг-Рот». Любовь Сэма к Англии, его дальновидное решение создать научно-исследовательский институт в этой стране и сказанные при этом слова: «Селия, ты должна стать моей правой рукой…» Сэм, допустивший ошибку и поплатившийся за это своей репутацией, своей жизнью.

Она почувствовала рядом с собой какое-то движение. Это Эндрю достал сложенный носовой платок и дал его ей. Только тут Селия поняла, что по ее щекам текут слезы.

По настоянию Лилиан и Джулиет только они вдвоем сопровождали гроб на кладбище. Перед тем как уйти, Селия обменялась несколькими словами с матерью и дочерью. Лилиан была мертвенно-бледна, словно жизнь едва теплилась в ней. На лице и в глазах Джулиет застыло жесткое выражение; она не проронила ни слезинки во время похоронной службы. Дуайт был подчеркнуто замкнут.

В последующие дни Селия настойчиво продолжала добиваться, чтобы смерть Сэма была официально представлена как следствие несчастного случая. Ей это удалось в основном, как она сказала Эндрю, — ни у кого не поворачивался язык это оспаривать. Жизнь Сэма не была застрахована, так что финансовых проблем тут не возникало.

Выдержав ради приличия интервал в две недели, совет директоров компании «Фелдинг-Рот» собрался, чтобы избрать нового президента. В компании это восприняли как чистую формальность. Никто не сомневался, что назначение получит Селия.

Через несколько минут после окончания совещания совета директоров в кабинет Селии вошел Сэт Фейнголд. Вид его был мрачным.

— Мне поручено сообщить вам следующее, — обратился он к Селии. — Мне это крайне неприятно, но президентом вас не избрали.

Селия на эти слова никак не отреагировала, и тогда он заговорил снова:

— Вам, наверное, трудно в это поверить, и, клянусь Богом, это вопиющая несправедливость, но у нас в совете директоров до сих пор существуют мужчины, которым претит мысль, что компанию может возглавить женщина.

— В этом я не сомневаюсь, — ответила Селия. — Некоторым женщинам всю жизнь приходится сталкиваться с подобными открытиями.

— Разговор там шел долгий, временами даже жаркий, — сказал Сэт. — Среди членов совета произошел раскол, несколько человек решительно высказались за вашу кандидатуру. Но их противники не сдавались. В конечном итоге нам пришлось пойти на компромисс.

Из объяснений Сэта стало ясно, что был избран так называемый временный президент. Им стал Престон О’Халлоран, бывший руководитель банка и давний член совета директоров «Фелдинг-Рот». Ему было семьдесят восемь лет, и передвигался он, опираясь на трость. Он был личностью уважаемой, хорошо разбирался в финансовых вопросах, однако его познания в области фармбизнеса в основном сводились к тому, что ему удавалось узнать на совещаниях совета директоров.

Селии несколько раз доводилось встречаться с О’Халлораном, но этим их знакомство и ограничивалось.

— Что означает временный президент? — спросила Селия.

— О’Халлоран дал согласие не больше чем на полгода. Где-то месяца через три совет директоров назначит постоянного президента. И вот еще. — Тут Сэт скорчил гримасу. — Поговаривают о том, чтобы подыскать кого-нибудь на стороне.