Охотники на героев - Никита Сахно

нужны подкрепления. Но я слышал, что королева-мать со свитой решила пройтись с визитом по всему северу. А впереди себя пустила несколько важных героев.

Ей показалось, что Гуго все время говорит с каким-то двойным смыслом, что они с Антаром рассуждают о вещах, которые могут понять только двое. От бессилия у Виктории сжимались кулаки. Некоторые названия или имена звучали очень знакомо, но она никак не могла вспомнить, что те в точности означают. Лишь мигрень разыгралась пуще прежнего.

– Для чего ты все это спрашиваешь, Антар? Уж кто-кто, а ты должен знать эти вещи не хуже меня.

– Скажем так, в последние годы я немного отстал от жизни. Теперь наверстываю. Последний вопрос. Где в городе есть мастерская, в которой не любят задавать вопросы?

– Ну, тут таких хватает, особенно в гоблинском квартале. А что конкретно тебя интересует?

– Ключ-монолит, – вставила Виктория, но по пристальному взгляду Антара поняла, что сболтнула лишнее.

Гуго оживился и даже слегка приподнялся в своем кресле, не скрывая любопытства.

– Монолит. Надо же! Большая редкость. Даже не знаю, где их могут изготовить.

– Это не так сложно, как кажется. Можно сделать почти вез…

– Ты можешь назвать конкретную кузню или мастерскую? – с жаром вмешался Антар, сверкнув на Викторию глазами.

– Могу назвать даже парочку. Но лучше все-таки подойдет мастерская Хато. Эти ребята занимаются самыми разными делами, возьмутся и за ключ. Только учти, Хато очень недоверчив, даже для гоблина. Скажи, что пришел от меня, и тогда он поможет. За стоящую плату.

– Где его найти?

– Не так далеко: в начале гоблинского квартала, возле башни с часами.

Тут произошло то, от чего Виктория едва не вскрикнула. Антар схватил Гуго за ворот и наклонился вперед. До той поры их разговор напоминал встречу старых знакомых, но теперь она уже не была так в этом уверена.

– Ты всегда был сообразительным парнем, Гуго. Если ты хоть кому-то расскажешь обо мне или о том, что услышал, то я начну в тебе сомневаться. Нам ведь этого не надо?

Гуго покраснел и что-то с трудом прохрипел. Антар еще пару мгновений не ослаблял хватку и только потом разжал пальцы. Гуго закашлялся, хватаясь за воротник, и чуть не выплеснул остатки сока на пол.

– Я схожу на разведку, – повернулся к ним Антар, и под его взглядом Виктория поневоле сжалась. – Из дома ни ногой, и за ним приглядывайте. Скоро вернусь.

Вряд ли Антар ожидал, что они станут задавать вопросы. Тут же, натянув свою шляпу пониже на лицо, он широкими шагами спустился вниз. Лишь после того, как тяжелая поступь смолкла и дверь скрипнула, Виктория смогла выдохнуть. Видимо, остальные тоже испытывали схожие чувства. Гуго мрачно разглядывал их.

«Зато ты в своем доме, а я толком не знаю ничего о себе. И кто из нас узник?» – подумала она, разглаживая грубую ткань одежды на коленях. Эта роба жутко кололась и мешала даже подумать спокойно. Чтобы хоть как-то разрядить обстановку, Виктория решила заговорить первой.

– Он всегда был такой мрачный?

Гуго выдержал долгую паузу, прежде чем ответить. В какой-то момент ей показалось, что его презрительный взгляд прожжет в ней дыру.

– Не думаю, что на свете есть человек, способный его понять, – Гуго отпил из чашки и на этот раз даже не поморщился.

Из приоткрытой комнаты выбежал пушистый кот, недоверчиво их разглядывая. Его широкая морда напомнила Виктории мужика, что допрашивал ее в тюрьме, и она скривилась. Кот тоже явно был не рад встрече, подергивая хвостом. Чего она никак не ожидала, так это того, что Имва вскочит и прижмет к себе петуха. Округлившимися глазами он следил за котом. Поняв, что все удивленно на него смотрят, Имва неловко улыбнулся и очень медленно сел.

– В наших краях это опасный зверь, – сказал он, не сводя взгляда с животного.

Гуго лишь покачал головой и дернул ногой в сторону кота.

– Уходи, ты, шерстяной мешок. Мешаешь.

Кот презрительно отвернулся, сверкнув переливающейся полосатой шерстью, и ушел на кухню. Виктория решила продолжить свои расспросы.

– Как его зовут?

– Это Велюр. Почти такой же древний, как и я.

– С каких времен вы с Антаром были знакомы? Кажется, вы хорошо друг друга знаете.

– Время – не гарантия того, что можно узнать человека. Впрочем, вы оба наверняка знаете его совсем недавно, так?

– С чего вы взяли? – Имва не торопился вступать в разговор, выглядел он растерянным, поэтому общаться приходилось Виктории.

– Ха! Если бы вы хоть немного знали Антара, то вас бы тут не было. Я вас, кстати, не держу. Дверь открыта.

Гуго встал, неопределенно махнув чашкой, и принялся рассматривать пару платьев, раскиданных прямо на столе. Он повернулся к ним спиной так, будто и забыл про их существование. Или просто был позером.

– С чего вдруг мы должны сбегать?

– Что ж, если вам недостаточно того, как он со мной общался, то прозвища Мясник или Черная смерть должны быть вполне… понятными. Боги, это же Рантар Два Топора!

– Он просить звать его Мэлви, – заговорил Имва.

– Мэлви? Ха! Кому рассказать – не поверят. Я всегда говорил, что отсутствие фантазии – проблема большинства людей.

– Что такого он сделал? – Виктория заметила, как непроизвольно подалась вперед и отшатнулась, чтобы не слишком явно демонстрировать заинтересованность. Кто знает, как этот человек захочет использовать информацию?

– Проще сказать, чего он не сделал. Антар, или вернее, Рантар натворил по всей Истрии такого, что волосы встают дыбом. Серьезно, на вашем месте я бы ушел отсюда и никогда не возвращался. А если вы его увидите, то бегите в другую сторону.

– У тебя получилось не очень хорошо.

– Хех, – Гуго издал крякающий звук и слегка улыбнулся. – Твоя правда. Но если я что-то и знаю про Антара, этот человек создан для неприятностей.

– Это как-то связано с черными тюльпанами?

Гуго прищурился, потом перевел взгляд на Имву и изобразил непонятное движение рукой.

– Вы что, последние лет десять в спячке были?

– Мы приехать издалека. В наш дом не любят новости, – ответил Имва.

– Оно и видно. Что ж, мы с Антаром знакомы – ох, боги, столько лет, что и не вспомнить, – Гуго запустил руку в редкие волосы. – Раньше он был немного другим. А потом война. Мы думали, что все безумие кончится вместе с ней, но всерьез просчитались. Недооценили королеву.

– Доротею? – произнеся имя, Виктория будто слегка ожила.

Королева-мать. Так ее все зовут. И все про нее знают, и она тоже! Эта женщина правит обоими королевствами, ну конечно! Вспомнить что-то, пусть даже такой пустяк, оказалось очень приятно,