Истинный Жнец - Сергей Леонтьев

на пару метров дальше от первичного места и ошарашенно смотрели, попеременно переводя взгляд с «поджига» на яблоню, в стволе которой зияло приличное отверстие со рваными краями.

Трубку ощутимо раздуло, но слава Тьме она выдержала. А вот диаметр и количество порошка надо было брать меньше. Хрустнув, бедное дерево начало заваливаться прямо на гномов.

Блин, неудобно вышло как-то, взял и сгубил плодовое. Первым делом все трое направились осматривать ствол, как оказалось, шарик пролетел дальше и плотно вгрызся в скальную породу.

– Вот это да! И как мы сами до этого не додумались? – восхитился Толбан, когда подошёл ко мне, взял «поджиг» и принялся его осматривать, – Сторин, Коруд, вы видели что-нибудь подобное прежде?

– Первый раз! – ответили они хором.

– У данной хреновины определённо есть потенциал! Знаешь, виконт, я за эти два раза проведённого в твоём окружении времени, насмотрелся столько, сколько за все прошедшие десятилетия не видел! Пойдём-ка обратно, обсудим, что ты там ещё придумал, – сказал Толбан, не отрываясь от изучения «поджига», и направился в кузницу.

Кажется, демонстрация удалась, а значит, появилась вероятность оснащения моего флота полноценными орудиями! Эта мысль прошла по всему телу волной эйфории. Замечательно! Просто замечательно!

* * *

Уточнив некоторые детали, Сторин оставил нас и поспешил собираться в Предгорья. Мы же расположились на металлической лавке, где я поведал суть своей задумки. Толбану эта идея показалась просто восхитительной, и он принялся выпытывать у меня всё, что мне только известно про пушки, порох и огнестрельное оружие в целом.

Мои познания о корабельных пушках находились где-то на уровне «они действительно были и могли стрелять ядрами на большие расстояния». Из истории вспомнился случай, как Пётр I осуществлял приёмку данных орудий и какие требования предъявлял. Что они должны выдерживать заряд значительно больше положенного.

Толбан слушал очень внимательно и старался не перебивать. Когда лекция о развитии тяжёлого вооружения была окончена, он сам озвучил, что флот требуется оснастить данным оружием.

Эту задачу он тут же поставил Коруду, и сразу отправил его начинать изготавливать первые образцы и проводить их испытания на открытом воздухе. Когда новоиспечённый оружейник покинул кузню правителя, мне снова атаковали вопросами.

Особо я не распылялся, до ракетостроения и реактивных двигателей тоже решил не доходить. Старался давать знания, реализация которых не требовала значительных временных затрат и сложного оборудования.

Про полуавтоматическое оружие тоже не стал упоминать, но вот про пороховые бомбы, или про самодельные взрывные устройства с поражающими элементами, всё же поведал. Мало ли.

К тому же мне показалось, что Толбан буквально с полуслова всё понимал и схватывал на лету, что ему не скажи. Больше всего его интересовало именно ручное оружие, но вариант предполагаемой перезарядки правителя категорически не устраивал.

Он буквально извёлся, пытаясь решить эту проблему. Даже варианты готовых засыпок ему не зашёл. Пришлось углубиться в кремнёвые ружья, затем капсюльные и, в конце концов, дойти до унифицированных патронов.

Первый раз видел, чтобы Толбан что-то слушал с подобной жадностью. Но больше всего удивляли его уточняющие вопросы, бьющие точно в цель. Казалось, что он уже достаточно свободно ориентируется в оружейной тематике.

Когда правитель услышал про унифицированный патрон и его смысл, то сразу отказался от всех предыдущих вариантов и принялся настаивать, чтобы я на пальцах объяснил производство оружия для данного типа боеприпасов.

Я уже было собрался прямо сказать о невозможности этого без необходимого оборудования, как вспомнил про револьверы – относительно простой принцип действия вполне мог быть реализован в данных обстоятельствах.

Благо в детском доме как-то привезли сборные модели этого оружия, поэтому имел представление о механизме и взаимодействии частей. Толбан заворожённо выслушал меня, а затем приволок кусок пергамента и графитовый стержень.

– Нарисовать сможешь?

– Думаю, да. Только вот за качество не ручаюсь.

– Разберёмся, – отмахнулся он, – Рисуй же, виконт.

Спорить с ним в этот момент было бессмысленно. Потратив не менее часа, мне удалось более или менее изобразить оружие целиком, а также сделать зарисовки отдельных деталей и механизмов.

Стоило мне отложить графит, как Толбан тут же схватил с верстака пергамент и принялся его изучать, периодически что-то бормоча себе под нос. Минут пять он рассматривал мои каракули, изредка цыкая и фыркая.

– Масштаб не соблюдён, – ну офигеть, наблюдательный какой, – Но это мелочи. Главное, общий принцип ясен. И всё? И это ты называешь сложной работой? – усмехнулся он, – На вид гораздо легче, чем мне показалось на первый взгляд.

– Надеюсь, у вас получится, – сперва на его «и это всё» хотел рассказать про автоматическое оружие, но удержался. Ибо ну его нафиг – я не объясню толком, а он хрен отстанет ведь.

– О, даже не сомневайся. Сегодня же кузнецы приступят к изготовлению первых образцов, а там уже остановимся на оптимальном варианте, и поставим это дело на поток! Ух, виконт, ты даже не представляешь, что получится, если это получится! – какое знакомое выражение, однако.

* * *

– Толбан? – позвал я, продолжающего рассматривать рисунок правителя.

– М?

– Можешь сказать что-нибудь про это оружие?

– Что? О, откуда у тебя этот лук? – он тут же отложил пергамент в сторону и принял у меня лук, доставшийся мне от Драконов подземелий.

– Достался по случаю. Где он находился и был добыт, мне не известно. Единственное, если не соврали, его хотели передать Инквизиции.

– Кто бы сомневался! Только этим шакалам он и мог понадобиться. Надо же, я думал, это оружие было окончательно утрачено. Выходит, что нет.

Сам по себе лук Рассвета, так он назвался, мало чем отличался от любого другого. Но стоило к нему прибавить особенные стрелы, наручи и амулет, как тот превращался в грозное оружие против «тёмных».

Сетовый предмет был создан в пламени Света, как остальные