Последний герой (СИ) - Федоров Константин

— Так это и для тебя я Саш, а для остальных «господин Саш Ас Штеен, Гранд Адмирал…» ну, и прочее. Так что не забывайся, Брис, не забывайся!

— Я все помню, господин Гранд Адмирал! — серьезно кивнул Брис, — Но я помню тебя и сопливым энсином, сдуру сунувшимся…

— Не напоминай! — поморщился Ас Штеен. — Я был молод, глуп и чересчур самонадеян!

— А что изменилось сейчас, если не брать в расчет молодость? — ухмыльнулся Брис. — Разве не глупо было выдергивать меня аж в столицу и встречаться практически на виду у всех? Да и выделять десяток кораблей для моего сопровождения? Если это не самонадеянность, то что? Если вскроется…

— Не нагнетай! Ты проходишь как особо ценный курьер, доставивший очень важные данные. Обратно своим ходом пойдешь, уже без сопровождения.

— Саш! — угрожающе произнес Брис. — Если ты таким образом решил от меня избавиться…

— Сядь спокойно! — рыкнул Ас Штеен, правда, вполголоса. — Хотел бы избавиться — давно бы избавился! Разговор у меня есть. Такой, который лучше лично.

— Это я уже понял, потому и примчался. — прищурился Брис. — Так что же хочет сказать бывший лейтенант своему бывшему мастер-сержанту?

Ас Штеен наклонился к собеседнику, поманив того к себе ближе.

— Есть отличное дело! — шепотом начал он. — Кораблей очень мало, людей катастрофически не хватает. На ближайшем заседании будет поднят вопрос о привлечении на службу частных военных корпораций. Так что регистрируй контору и готовь экипажи, Брис!

— Потому, что эти отсеки рядом! — буркнул Кот. — Если что-то случится, ни одна система не должна остаться «голой»!

— Ага… ага… смысл я понял, но нам придется платить полуторную ставку каждому члену экипажа! — выдал вердикт Зул. — И так платим «один-и-двадцать» за то, что наши спецы контрабордажные и пехотные навыки получают, но это разумно, а «двойные» спецы потребуют увеличения оклада!

— Продумай, как заинтересовать людей так, чтобы и учились, и не уходили! — отрезал Кот. — Пусть базы за наш счет пойдут!

— Командир! Давай не сейчас, а? — взмолился Зул. — Одни базы на всю эту ораву в сотню миллионов обойдутся! А текущие расходы? А обслуживание? Оклады те же самые! Платить скоро нечем будет! И… это… я до тебя достучаться не мог, а решение пришлось срочно принимать…

— В чем дело?

— Наш друг Гай испытывал трудности с окончательным расчетом, и предложил вариант, на который я согласился. Он предложил в часть суммы выплатить оборудованием… Дело показалось мне выгодным, и теперь у нас есть ИскИн высшего класса, приобретенный за полцены. Совершенно новый, чистый, легальный! Мы с легкостью продадим его, когда найдем покупателя! — радостно улыбнулся Зул.

— Сколько? — только и спросил Кот.

По давней договоренности, про всякие «мелочи» эскадренный бухгалтер и не заикался.

— Триста пятьдесят. Миллионов… — отвел глаза Зул. — Но дело выгодное!

— Сколько?! — поперхнулся Кот.

— Ну-у-у… Мы же когда-то говорили про собственную станцию, да? — заюлил «бухгалтер». — А этот как раз станционного класса. Вот я и подумал, что предложение своевременное, и согласился…

— Зул! — схватился за голову Кот. — Это два-три новейших линкора! НОВЕЙШИХ!!

— Это управление целой станцией! — возразил Зул. — Он тебе понравится, я уверен!

— Знаешь… Давай-ка ты, друг мой, вылетай вместе с группой, которую Минош ко мне отправляет! На месте разберемся. — отвернулся Кот. — Боюсь, что твоя идея «покупки за полцены» всякого барахла в приграничной зоне выйдет нам боком… Да у нас и не торговый конвой! Нечего захламлять боевые корабли!

— Понял тебя, командир… — поник Зул, осознавший, что со своими идеями он… слегка переборщил. — Конец связи!

Проекция погасла, оставив капитана наедине со своими мыслями.

— Триста пятьдесят миллионов… — простонал Кот, схватившись за голову. — Ну, Зул… Ну, удружил…

63

Дмитр Ван Крыж, Предвестник «Встречающих Спящих», стоял практически за спиной ничего не замечающей секретарши, заложив руки за спину и мягко перекатываясь с пятки на носок. Девушка была занята чем-то своим, полностью отключившим ее от реальности. И пусть перед ней, личной секретаршей Предвестника, было еще несколько «отсекающих» приемных, призванных не допустить к Дмитру никого лишнего, пусть! Настолько манкировать своими обязанностями было просто недопустимо!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

За прошедшее время обычная «секта» разрослась до официальной «церкви». Дмитр сам, лично, оплатил все причитающиеся государству налоги и сборы, переведя свое детище на совершенно новый уровень! И теперь к его мнению прислушивались даже в Совете Федерации…

— Ой, Дмитр! — очнулась секретарша. — А я тут сериалом засмотрелась… Знаешь, очень интересно! Называется «Последний Рубеж», так там имя главного героя как раз похоже на…

— Принеси мне… тоник. — оборвал ее Дмитр. — Я хочу пить.

— Да сейчас сделаю! — отозвалась что-то почувствовавшая секретарша. — Какой лучше? Фрейповый, или, как ты любишь, мойсовый?

— Просто тоник. — выходивший из приемной Дмитр даже не обернулся.

«Девочку пора менять», подумал он.

Ему, как главе большой и официальной Церкви, от важных и значимых людей недавно пришло интересное предложение… Эти люди хотели хорошо вложиться в дальнейшее развитие, но в то же время и хотели иметь «своего человека» в ближайшем окружении Предвестника, который мог бы быстро доносить до Ван Крыжа… м-м-м… маленькие просьбы. А кто, кроме личной секретарши, был ближе? Никто. Да и девочку эту, хоть и симпатичную, но недалекую, пора бы уже и сменить…

И этот случай станет прекрасным поводом!

64

— Бегом, бегом! Тол-лстые сл-лупы! — поторапливал, улыбаясь, надзиратель.

Надзирателю явно нравилась его работа. Он самозабвенно покрикивал на своих подопечных, растягивая букву «л», отчего лицо его расплывалось вширь. Стороннему человеку, наблюдающему издалека, показалось бы, что надзиратель постоянно улыбается… Но так подумал бы лишь тот, кто не знал истинного положения вещей. Не надзиратель — надсмотрщик. И его «подопечные», по сути, были рабами.

Рабы, хоть и без рабских ошейников. Попавшие в плен и «простые» должники, «перекупленные» у многочисленных пиратских капитанов и кланов — все они ждали своей участи, выполняя самые грязные работы. Работы, выматывающие и физически, и морально… Специализированные сервы частенько выходили из строя, стоили дорого, да и ремонт их был совсем не дешев — вот и использовали бесплатный труд бесправных людей, а грязных работ хватало всегда: и ассенизация, и очистка отстойников… Да мало ли дерьма можно найти для того, чтобы люди буквально выли и просили поскорее вызволить их из плена?!

— Я сказал-л: бегом! Сл-лупы л-ленивые! — надсмотрщик подгонял отстающих словами, подкрепленными легкими тычками выкрученной на минимум дубинки-шокера. — С вами хочет говорить сам господин барон! Не заставл-ляйте его ждать! Бегом!!

Тычки дубинкой хоть и были болезненны, но травм не наносили. Каждый пленник хоть что-то, да «стоил», а впустую портить товар, упуская возможную прибыль, барон строго запрещал. Правда, из пленников уже мало кто надеялся на выкуп или обмен — большинство находились в плену достаточно долго, чтобы понять: выкупать их никто не собирается!

— Восьмая группа на месте! — доложил надзиратель, загнав пленников в какое-то помещение.

Ответа ему не было, да надзиратель, похоже, этого и не ждал. Он привел подопечных к назначенному времени, выполнил свою работу — и успокоился.

— Что от нас еще надо? — мрачно поинтересовался пленник в заляпанном техническими жидкостями комбинезоне.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— А это я не знаю! — ответил надзиратель, прислонившийся к стене и игравший переключателем мощности на дубинке. — Господин барон что-то сказать хочет, а что именно — скоро и узнаете.

В открывшиеся двери забежал еще один десяток пленников, подгоняемый насквозь пропотевшим толстяком.

— Двадцать третья на месте! — выкрикнул толстяк и согнулся, пытаясь отдышаться.