Королева украденных безделушек (СИ) - Штольц Саша

Улыбка Лины моментально съехала с лица, и она поморщилась.

— Неправда!

— Что значит неправда? Если бы не ты, они так и поженились бы рано или поздно.

— Они бы расстались и без меня.

Аня лыбилась так широко, что было сразу понятно, что она уверена в обратном. Лина, к сожалению, не знала ничего наверняка о том, что реально произошло между Глебом и Лерой, но ей нравилось думать, что расставание было неизбежным. Карты же показывали!.. Ладно, это не аргумент. Куда важнее было то, что Глеб с ними согласен. Он даже в видео-раскладах до прихода к ней умудрился увидеть, что что-то не так. Ну не судьба ли?

— Думаешь, он знал о том, что Жрица означает тайный интерес? — спросила Аня. — Поэтому тебя выбрал для нее?

— Он выбрал меня, потому что в “78 дверях” увидел гадалку.

— Тогда в яблочко попал.

— Ага.

— Совет да любовь! — хихикнула Аня.

Лина смущенно пихнула ее плечо и опять начала против воли улыбаться.

В ближайшие четыре дня увидеться с Глебом не получалось: оба работали. Зато они созванивались каждый вечер по деловым вопросам, обсуждали дальнейшие съемки, и Лина помогала ему с составлением образов моделей. Потом голос Глеба терял всю серьезность и становился расслабленнее, глубже и нежнее. Он спрашивал ее о том, как прошел ее день, и рассказывал о том, что делал сам. Правда Лине не удавалось толком насладиться звучанием его мягких интонаций, потому что он неизменно умолкал, чтобы она продолжала читать ему на ночь.

— Ты даже не представляешь, каково это после нескольких лет регулярных бессонниц спокойно засыпать, — говорил он.

— Ты слишком загружаешь себя. Как насчет того, чтобы попробовать останавливать работу в определенное время? По будильнику, например? Со временем должен наладиться и график сна.

— Не могу, — выдохнул Глеб. — Пробовал. Это как со сном по утрам. Еще пять минут… А если все-таки заканчиваю, иду спать и опять не могу уснуть, начинает казаться, что я теряю время зря, валяясь на кровати и пялясь в потолок и лучше вернуться к делам.

— Больше в потолок не надо пялиться. Закрывай глаза, а я почитаю.

Лина достала Кинга и открыла на заложенной в прошлый вечер странице. До конца оставалось еще немного — так и дочитают вместе, похоже.

— Закрыл, — умиротворенно произнес Глеб. — А ты не думала записать что-нибудь типа гипноза или медитации и выложить у себя на канале?

Аня как-то шутила про чтение сказок и асмр-видео, но всерьез Лина идею не воспринимала, поэтому вопрос Глеба немного ее озадачил.

— Нет. Даже не в голову не приходило.

— Я уверен, что даже если бы ты читала новости, оценили бы многие. Я заранее ставлю лайк.

— А ты ставил мне лайки?

Глеб глухо засмеялся — видимо, уже в подушку.

— Ставил. А ты мне?

Лина тоже засмеялась.

— Нет, я на тебя даже не подписана. У меня палевный ник, я думала, что ты заметишь.

— Я оскорблен.

— Я подпишусь.

— Уж будь добра.

Когда Глеб уснул, Лина нажала на завершение вызова не сразу. Зачем-то вслушивалась в тишину, будто могла расслышать сонное дыхание, и думала. Думала о том, что чтение новостей на ее канале будет перебором, а вот медитации контенту в целом не противоречили бы. Особенно если мудрено назвать. Что-нибудь про чистку от негативных мыслей или высвобождение энергии…

Отогнав бессонницу от Глеба, Лина нагнала ее на себя, поэтому проворочалась еще часа полтора, разглядывая тусклые светлые пятна от уличных фонарей, просвечивающих сквозь шторы, и не переставая представлять себе комментарии от подписчиков на видео с ее усыпляющей болтовней: и хорошие, и не очень. Рисковать не особо хотелось, но, с другой стороны, она знает как минимум одного человека, который оценит.

“Я вас слушал, но не слышал”. Хм. Возможно, даже двоих.

Утром Лина проснулась сонной и разбитой, но приободрилась, когда увидела сообщение с желтым сердечком от Глеба.

“Спал, как младенец! Спасибо большое”.

До прихода Оли она приготовила себе огромную ленивую сковородку сырных макарон, которую планировала есть весь день, а остатки скормить Ане вечером. В ящике, конечно же, затаился кенгуру, о котором Лина помнила и без напоминаний, но снова увидеть его было неприятно, поэтому она слегка не рассчитала силу и хлопнула дверцей с жутким громким звуком.

За завтраком она напечатала в телефонных заметках примерные слова для медитации и успела прийти к досадному выводу: технологический прогресс уничтожил всю реализацию творческих мук в виде безжалостно смятых листов и сожженных текстов, поэтому ей оставалось только без какого-либо удовлетворения безжалостно стереть написанное.

К звучанию собственного голоса она давно привыкла, и он ей тоже, как и многим, в принципе нравился, но, пробормотав вслух несколько банальных фраз вроде “медленно закройте глаза и расслабьтесь”, Лина тут же скривилась. Когда она работала оператором, один из клиентов посоветовал ей уходить в другой колл-центр, где мужчины были бы счастливы платить ей за болтовню. Лина тогда была еще не очень прошаренной и слегка наивной, поэтому с интересом уточнила, что же это за место такое и, естественно, впоследствии пожалела об этом.

Идею было решено отложить на потом. Но точно не отбросить.

После обеда пришла Оля. Судя по замученному виду и набитой учебниками сумке, которая даже не застегнулась толком, она пришла сразу после школы. Лина отстраненно подумала о том, что учит гадать школьницу — до чего же нелепо.

— Я, конечно, знаю, что мои успехи пока так себе, — заявила Оля, как только устроилась в кресле, — но ты же не думала, что я настолько лохушка и не замечу двойку кубков в раскладе рядом с моим братом?

Как ни странно, Лина ничуть не беспокоилась по поводу ее реакции на происходящее между ней и Глебом и вела себя как обычно, так что на лице у нее точно ничего не было написано. Однако Оля захотела немедленно прояснить то, что она не лохушка и вообще-то правильно поняла последний расклад.

— Молодец, — сказала Лина со смешком.

— Он мне давно уже рассказал. Только попросил не лезть и не палить его.

Лина понятливо кивнула. И поэтому Оля решила дождаться момента, когда все станет определенно, чтобы наконец развязать язык.

— Пришлось соглашаться тогда, чтобы он меня, как малолетку, к тебе привел. Мои подружайки бы узнали — засмеяли бы! — продолжила она. — О! А ты знаешь, что ты у него типа вторая девушка? Прикинь! Мне кажется, он не напрочь забыл, как отношаться!

Мило, подумала Лина. Если Глеб со школьной скамьи встречался с одной девчонкой, с которой до этого долго дружил, то выходило еще интереснее: он практически впервые завязывал отношения с нуля.

— Ты уж ему помоги, — сказала Оля. — А я благословляю.

— Ага, спасибо…

Сегодня Лина снова планировала поскорее разобраться с раскладами, но мало ли чего она хотела. Оле всегда было о чем рассказать, поэтому короткие беседы в начале встречи с ней были не просто бесполезны, но и опасны, потому что она могла отвлечься на любую тему и говорить: долго и без умолку — так, что и слова не вставишь.

Лина уже подумывала пустить Олю в свободное плавание, поздравив ее с успешным прохождением ее курса обучения Таро, который она придумывала на ходу, но именно сегодня с гаданиями вообще не задалось. Она разложила семь случайных карт и попросила составить складную историю на основе изображений, но Оля сразу потонула на первых двух и ужасно тупила даже со своими записями.

Лина натянуто улыбнулась. Эти яблоки точно с одной яблони — сестра хитрила так же, как брат.

— Понятно, — протянула она. — Давай к гаданию перейдем.

Оля оживленно потерла ладони.

— Отношеньки посмотрим?

— Нет.

— Что? Как нет?

— Я не обращаюсь к картам по любому чиху.

Она так-то вообще к ним практически не обращалась, пока Оля не появилась.

— Слушай и запоминай, — твердо сказала Лина. — Ничего полезнее уже не посоветую. Чем меньше ты раскладываешь себе карты, тем лучше. Не вздумай каждый свой шаг смотреть.