Я забуду тебя завтра... - Анастасия Колмогорова

— Не знаю.

Он усмехнулся и перевёл взгляд на руку в таком же 3D гипсе, как и моя нога.

— Что ж. Раз уж мне придётся терпеть твою доминантную сторону, то нужно хотя бы привести себя в порядок. Будешь помогать мне мыться.

А вот это неожиданно…

Глава 19

Грешник

Марина поставила передо мной табуретку и пару раз постучала по сидению ладошкой, приглашая сесть.

Она изменилась. Стала увереннее в себе, требовательнее и появилось что-то ещё такое еле уловимое, но достаточно сильное, чтобы признать — такой она мне нравится больше. Мне нравились её повелительные нотки в голосе и точность в движениях, которым хотелось подчиняться.

— Давай, давай! — насмешливо поддела меня девушка, уже регулируя воду в душе. — Что ты мнешься, как девчонка?

Это я-то девчонка?!

— Кто бы говорил, — буркнул, усаживаясь посреди кабинки.

Стянул с себя больничную одежду, которая напоминала платье с двумя веревочками сзади, и стал ждать её реакции, но тут же пожалел. Чёрт бы меня побрал. Во мне был, наверное, литр обезболивающего чтобы не чувствовать последствий столкновения, но от увиденного на затылке зашевелились волоски. Раны успели более или менее зажить, но то, что от них осталось радости не приносило. Под рёбрами шёл большой рубец от бока до солнечного сплетения. С правой стороны до пояса с левой тоже шёл не менее мощный рубец, который ещё не зажил. И грудь пересекала толстая полоса. На мне и так немало шрамов и ещё парочка роли не сыграют, но их вид мог напугать Марину.

— Котёнок.

— Ммм? — отозвалась девушка, не поворачиваясь ко мне.

— Дальше я сам.

Хорошо что додумался сесть спиной, но возникшая после моих слов тишина уже давила на мозг, а Марина и не думала отвечать. За неё ответили её пальцы на моих плечах и тёплая вода от поясницы по позвоночнику вверх. Мягкие ладошки скользили по коже огибая некоторые участки, и я мысленно выматерился. Спина тоже изувечена. Но как же чертовски хочется отдаться её прикосновениям. Таким ласковым и нежным, что мозги уплывают в нирвану. Меня буквально уносит на волнах блаженства, порабощая и пленяя обычным мытьём.

Никогда не позволял никому к себе прикасаться именно так. Запрещал это в любом виде. И теперь понимал почему. Может быть, я и выбирал себе из толпы товара лучших из лучших, но такое дикое удовольствие могли принести только одни руки. Её. Моего маленького Котёнка.

— Сам будешь мыться, когда полностью поправишься, а пока молчи и принимай моё милосердие.

Мелкая засранка. Дразниться ещё. Но я полностью согласен с этим, хоть и могу сейчас пойти и принять первоначальный образец N-13 без каких-либо рисков, но ради такого я готов стерпеть всё.

— Ты хоть училась всё это время? — спросил, уходя от опасного поворота событий.

Не в том я состоянии сейчас, чтобы… А хотя, почему бы и нет? Пока лошадиная доза морфина ещё в крови.

— Конечно! И добилась неплохих результатов. Лучшей в потоке, правда, не стала — здесь интернет не ловит, чтобы поспевать за остальными, но Романович отметил, что скоро обучать меня будет нечему.

— Ты молодец.

— О Боже! Это была похвала? От тебя? Я, наверное, сплю!

Я тихо рассмеялся её наигранному удивлению и тут же задумался. Н-да. А ведь и правда, говорить что-нибудь плохое у меня всегда выходило лучше, чем хорошее. Отчитать, унизить, оскорбить — ради бога, а вот похвала давалась мне с трудом.

Поймал её пальцы, когда они снова оказались на плече и немного сжал. Хотел поцеловать их. Каждый пальчик, каждую подушечку, но не посмел. Не имею я права владеть ею, пока не решу, что делать с ногами. Добраться до душевой и так оказалось не просто, а обузой для молодой девушки быть не хочу.

— Прости меня. За всё что тебе говорил. Я был полным идиотом.

Снова тишина, давящая на мозг, а затем её тяжёлый вздох. Она положила насадку на пол кабинки и осторожно обняла меня за плечи, прижимаясь щекой к моей щеке.

— Только не прогоняй меня, хорошо? Я хочу быть рядом.

— Котёнок…

— Нет, послушай! Ты не инвалид и не калека. Сейчас делают отличные протезы, и когда привыкнешь, даже не заметишь его. Мы справимся с этим. Вот увидишь.

— Я не заслуживаю тебя, — наконец высказал то, что крутилось на языке всё это время.

И это было правдой. Кто я без неё? Владелец стрип-клубов, которые устраивает кулачные бои по выходным и подсовывает тёлок под шишек за бешеные бабки. Меня и самого можно отправить за решётку за многие мои делишки. А с ней я хочу быть другим. Я хочу быть лучше.

— Хех, — насмешливо протянула девушка, и я почувствовал кожей её улыбку. — Учитывая мою болтовню и мой характер, именно меня ты и заслуживаешь! — она немного отстранилась, всё так же лучезарно улыбаясь. — Каждой тваре по паре, помнишь?

Я усмехнулся, проводя пальцами по её острой скуле и останавливаясь взглядом на полных губах. Такая молодая, энергичная и полная жизни. Так сильно отличается от меня. Но я буду полным кретином, если позволю ей уйти.

Не давая ей возможности опомниться, перетянул её к себе, придерживая за талию, но вышло, что буквально кинул девушку в свои руки. С испуганным визгом Марина плюхнулась на мои колени, и огромные блюдца стали ещё больше. Не отрываясь от этих изумительных глаз, собрал длиннющие волосы в кулак и сжал на затылке.

— Будет тяжело, Котёнок. Очень тяжело, иногда даже невыносимо и больно, — усмехаюсь тому как она задержала дыхание, как вспыхнула надежда в её взгляде и как он туманится от близости моих губ. — Но ты сама только что признала что я тварь. И я хочу. Тебя. Себе. Ты моя.

Впился в её губы, испытывая болезненное и одновременно больное удовольствие. Дикое, необузданное, животное. Настолько яркое и чистое, что разум взрывается тысячью эмоций, дыхание вырывается из груди, а в голове только одно её имя. Марина. Мариночка. Моя маленькая девочка. Такая сладкая. Такая хрупкая. Такая прекрасная.

Я уничтожу всех, кто причинит ей вред! Разорву, закопаю живьём, размажу или скормлю бешеным псам! Никто и пальцем её не тронет пока я жив! Найду всех и убью, заставлю умолять о пощаде всех богов мира, а потом к чертям собачьим отправлю. Никого не помилую.

Дьявол, знал же что не удержусь и поцелую её тут. Понимаю что надо остановиться и отмыться до конца, но не могу. Сжимаю её плечи, ласкаю щеки, плечи, прижимаю к себе и схожу с