Тайна атолла Муаи. Научно-фантастические повести и рассказы - Александр Шалимов

— Не терзай меня, Рут! — Она попыталась высвободить руки. — Время уходит. Мы сейчас расстанемся, а я еще не успела ничего сказать.

— Расстанемся?..

— Это необходимо, Рут. Если нас теперь увидят вместе, плохо будет не только тебе, но и мне… Те, кто послал тебе письмо… они… способны на все. Они повсюду… Никто не осмелится помешать им…

— Кари, дорогая, поверь, я смогу…

— Ты ничего не сможешь, Рут.

— Если обратиться в полицию?

— О, как ты наивен!

— Или к самому министру космических исследований.

— Рут, ты ничего не хочешь понять. Все еще воображаешь себя в космосе, а ведь ты шестой день на Земле… Слушай, — она снова перешла на шепот, — я должна буду сейчас уйти. Вот здесь, — она сунула ему в руку маленький кусочек плотной бумаги, — написано, как разыскать меня. Но обещай не делать этого, пока сам не окажешься в безопасности. Обещаешь?

— Обещаю…

— А теперь прощай, Рут. Больше я ничего не смогла сделать.

— Подожди, Кари. Я все еще ничего не понимаю! Во-первых, как ты узнала?..

— Неважно, ой, все это неважно, Рут. Ну допустим, что это получилось случайно. Важно, чтобы ты мне поверил. Ты мне веришь, Рут?

— Верю… Верю и буду ждать! Но постой, Кари, тебе, наверно, нужны деньги?

— Ой, нет-нет-нет… Мне ничего не нужно… Я выйду через комнату хозяина… Ты посиди немного, допей пиво и потом иди. До «Парадиза» не более десяти минут хода… Постарайся уехать сегодня же… — Она быстро поцеловала его, выскользнула из его рук и убежала.

Допить пиво он не успел. За окном послышался шум, топот бегущих ног, кто-то громко закричал. Руту показалось, что он узнал голос Кари. Опрокинув по дороге стул, Рут стремительно выбежал на улицу. У соседнего дома уже собралась толпа. Движимый непреодолимым предчувствием, Рут растолкал собравшихся и увидел Кари. Она лежала навзничь, запрокинув голову. Ее черные волосы разметались по тротуару, глаза были закрыты. С криком «Кари!» Рут бросился к ней, наклонился, хотел приподнять и замер, почувствовав, как что-то ледяное сдавило грудь. Из-под обнаженного плеча Кари на асфальт медленно выплывали темные струйки крови. Сзади кто-то сказал:

— Не трогай ее. Это конец…

И какая-то женщина прерывающимся голосом добавила:

— Ее ударили ножом. Парень в темных очках… Несколько раз…

Рут осторожно приподнял Кари и посадил. Легкий стон вырвался из ее плотно сжатых губ, и голова бессильно упала ему на грудь. Ее пестрая блузка сзади уже вся пропиталась кровью.

— Ну, что вы стоите! — крикнул Рут. — Найдите врача, позвоните в ближайший госпиталь…

Никто не шевельнулся, некоторые отвернулись.

— Сейчас приедет полиция, — пробормотал кто-то.

Толпа вдруг расступилась, и вперед выступил пожилой человек в длинной темной сутане, с кружевной накидкой на плечах. Он опустился на колени рядом с Рутом и, воздев руки, негромко сказал:

— Помолимся за нее, сын мой.

— Подите прочь! — крикнул Рут, отталкивая его. — А лучше помогите мне!..

Человек в сутане испуганно отполз в сторону, встал на ноги и исчез в толпе.

Рут осторожно прислонил Кари к теплой шершавой стене дома; не поднимаясь с колен, сбросил куртку и рубашку и, разорвав рубашку на длинные широкие полосы, обернул ими Кари поверх блузки. Потом, стянув концы, крепко завязал их на груди. Кари снова застонала, что-то попыталась сказать, не открывая глаз. Он склонился к самому ее лицу, пытаясь разобрать слова. Кажется, она узнала его, потому что ему послышалось его имя… Но она тут же снова потеряла сознание, и он с ужасом услышал, что дыхание ее прервалось.

— Кари, Кари! — в отчаянии зашептал он. — Подожди, Кари…

Послышалась сирена полицейской машины, толпа стремительно расступилась, какие-то люди оттеснили Рута. Над телом девушки склонился врач, но тотчас выпрямился и махнул рукой.

— Не может быть! — крикнул Рут. — Она только что дышала…

Врач мельком глянул в его сторону, что-то сказал полицейскому. Полицейский кивнул. Появились носилки, тело Кари довольно небрежно бросили на них и накрыли простыней.

— В комиссариат, — сказал полицейский, — а потом как обычно. Вы поедете с нами, — обратился он к Руту. — Еще кто-нибудь видел, как это произошло?

Но люди уже расходились.

Кто-то накинул на плечи Рута его куртку и подтолкнул к машине. Рут пригнулся, пролезая в низкий, длинный полицейский фургон. Справа там уже стояли носилки, на которых лежало тело Кари. Ему указали место на скамейке слева. Рядом сели врач и полицейские. Дверцы захлопнулись, взвыла сирена, и машина стремительно сорвалась с места.

На одном из крутых поворотов рука Кари выскользнула из-под простыни и свесилась на пол к ногам Рута. Никто из сопровождавших не обратил на это внимания. Рут нагнулся, нашел тонкие пальцы. Они были холодны как лед. Ощущение холода показалось ему знакомым… Ну да, конечно, такими же холодными и безжизненными были пальцы Джейн, когда ее привезли на базу… Как давно это было… Рут медленно поднял упавшую руку, прижал к губам и осторожно положил на край носилок, под простыню.

В комиссариате его заставили долго ждать. Он сидел недалеко от входа за барьером на жесткой неудобной скамье. Мимо сновали какие-то люди, громко разговаривали, смеялись. Носилки с телом Кари унесли куда-то в глубь длинного, сумрачного коридора. Дверь напротив без конца открывалась и закрывалась. Кто-то сидевший у переговорных экранов, спиной к двери, разговаривал с невидимыми собеседниками. До Рута доносились лишь отдельные слова, обрывки фраз. Кажется, это были сообщения о дорожных происшествиях. Смысл их не доходил до сознания Рута. Что-то где-то произошло и все… Думать ни о чем он не мог… Внутри были пустота, горечь и холод. Окружающее казалось однообразно-серым, как в бесконечно затянувшемся сне. Только однажды слова, доносившиеся из комнаты напротив, привлекли внимание Рута. Он даже поднялся со скамьи и сделал шаг к барьеру, чтобы лучше слышать.

Полицейский, сидящий спиной к двери, кричал кому-то:

— Да, приобщили еще одну в сороковом квартале… Нет — ножом… Какая-то студентка… Ну конечно…

Дверь захлопнулась, отрезав окончание фразы. Рут снова опустился на скамью и застыл без движения и мыслей.

Наконец его вызвали к комиссару. В кабинете было несколько полицейских чинов. Они разговаривали между собой вполголоса и не обратили на Рута никакого внимания. Комиссар, пожилой полный человек в очках, сидя за столом, читал какую-то бумагу. Рут стоял у стола довольно долго, пока комиссар, даже не взглянув на него, начал допрос.

Однако едва Рут назвал себя, в комнате воцарилась тишина и все взгляды обратились в его сторону. Комиссар сделал знак рукой, и тотчас появилось кресло, Рута пригласили сесть.