Кодекс Крови. Книга Х - М. Борзых

знаю, можно ли было считать их божествами в привычном значении этого слова, но то, что они смогли сделать магов полубогами, — это факт. А потому попробовать стоило.

«Ковчег, а вот такое общими силами всех ковчегов снять можно?» — я передал картинку дальше.

Ответа не было около минуты, но ковчег всё же ответил:

«Вообще, возможно, но зачем им на это тратить силы? Уж не подумал ли ты, что они теперь будут выполнять все твои просьбы? Уже одно то, что тебя удостоили знакомства, было неимоверной честью».

«В смысле просить? — несказанно удивился я. — Ваша братия питается любой другой магией, как паразит. Так что я не собираюсь просить. Я хочу предложить вашим ковчегам подпитаться божественной силой старых богов. И всего-то. Не захотят они, найду других».

Свои же проклятия я смог снять самостоятельно. И тут у меня сложилась картинка из разрозненных фактов. Когда на меня накладывали сковывающую печать, делали это силами дюжины ковчегов, используемых главами орденов. То есть, по сути, проклинали меня всё те же ковчеги. То-то они удивились, когда магия крови не только во мне не погибла, но ещё и прошла инициация магии Рассвета.

М-да. Что-то мне взаимодействие с ковчегами нравилось всё меньше. А если взять во внимание, что ещё во время просмотра памяти крови Альба я заметил некоторую закономерность, то и вовсе выходила безрадостная картина. С одной стороны, сами маги, пришедшие из другого мира, не были безгрешными, но всё же золотой век их правления пришёлся на первую тысячу-другую лет после перемещения. А вот дальше… То ли вседозволенность и всесилие сыграли злую шутку, то ли ковчеги поспособствовали, но грань адекватности все сильнее отдалялась от глав орденов.

Поэтому уж что-что, а просить я эти странные могильники душ точно ни о чём не буду, а то долгов навешают столько, что не расплачусь.

«Передай предложение, а я пока другими делами займусь».

Невесте же я ответил следующее:

«Похоже, что воздействие местной магии вошло в резонанс с проклятием и начало его разрушать. Без обновления оно имеет шансы разрушиться, где-то через несколько сот тысяч лет».

Света печально вздохнула:

«А я надеялась… И, кажется, Хельгу обнадёжила».

«Не волнуйся, для неё уже это большой шаг к избавлению, поверь. Скажи ей, как есть».

Тем временем Агафья отвела меня в сторону, указывая на сложенных в ряд работников родильного этажа:

— Я тут успела побеседовать с местным лекарским составом. На удивление, из десяти человек шестеро не были в полной мере в курсе происходящего и ни в чём предосудительном не были замешаны. Выполняли задачи из разряда «принеси-подай». А вот четверых я бы с радостью сначала кастрировала, а затем уже головы открутила за их деятельность.

— И что тебя останавливает?

— Ну мало ли решишь в показное правосудие поиграть? — пожала плечами вампирша. — Я твоих планов не знаю, поэтому и уточняю.

— Об инкубаториях знал очень ограниченный круг лиц. Паладины даже не задумывались, откуда брались женщины и что с ними потом происходило. Так что показательный суд здесь вряд ли сработает. Вычищаем эту дрянь тихо.

— Куда трупы девать? — деловито уточнила Агафья.

— Я уничтожу.

Вампирша нахмурилась, услышав последнюю фразу.

«Ты… — она перешла на общение через кровную связь, не решаясь произносить что-то подобное вслух, — ты вошёл в полную силу? Они же все мертвы».

Я кивнул, ничего не отвечая. Меня радовало, что к Агафье начала возвращаться память. Далеко не все воспоминания я смог поместить в кровные макры. Моей задачей было дать толчок, и, кажется, подействовало.

«Какой у тебя уровень?»

«В магии крови? Думаю, что-то в районе пятнадцатого-шестнадцатого, а вот в магии Рассвета не представляю».

У вампирши глазки стали размером с пятирублёвые золотые монеты.

«Ты же практически…» — она не договорила, не решаясь произнести последнее слово.

«Я — человек, эрг и ещё теперь боги знают кто после обретения собственного родового накопителя».

«Стоп! Та штука на вершине обители… Это алтарь? Ты смог создать родовой алтарь? Род ведь слишком молод для этого, и мир этот отрезан от силы Комаро. Нереально».

«Комаро не имеет к этому никакого отношения. У меня вышло нечто, что местные называли „устройство переноса и хранения генетических и ментальных баз данных нулевого носителя рода“. Слышала о чём-то подобном?»

Вампирша покачала головой.

«И всё равно, на алтарь похоже».

«Похоже, но не то. Оно разумно, может помогать в рамках поставленной задачи, используя знания в магии Рассвета, которых у меня не было и быть не могло. И имеет паршивый характер», — не удержался я от комментария.

«На свой посмотри! — тут же не остался в долгу ковчег. — Моя личность сотворена из твоей. Ты у нас нынче нулевой носитель рода».

«А ты вообще не подслушивай!»

«Чем бы оно не было, договорись с ним, чтобы скрыл тебе уровни. А то дома будут проблемы. У тебя и так там седьмой уровень мелькал во всех документах, а шестнадцатый… Сам знаешь, жизни не дадут: либо на службу империи поставят, либо убьют. Второе, скорее».

«Пусть теперь попробуют!»

«Утопишь империю в крови?»

Мне нечего было ответить на этот вопрос. Даже в родном мире, уничтожив глав орденов, я не убил всех орденцев, опасаясь оставить мирное население без защиты. Что уж говорить об империи? Стоит развязать гражданскую войну или сменить династию на троне, как к дележу пирога тут же присоединятся все соседи. А от этого тошно уже станет всем.

«Постараюсь избежать этого».

* * *

Пока Серв в компании Милицы, Агафьи со Светой и эргов разбирался с местным инкубаторием, я отправился обратно в Каролийские горы. Во-первых, стоило появиться и приободрить опустошенную армию, а, во-вторых, мне предстояло прощание.

Легионы двигались на марше гораздо медленней, чем шли в битву. Сказывалось отсутствие благословений, которыми постоянно поддерживали своих бойцов главы орденов. Не опустошенными осталось чуть менее двух десятков паладинов. Они-то и сидели в отдалении от своих воинов у отдельного костра.

Эйфория от победы постепенно рассеивалась. Настроение у всех было безрадостное. Паладины из легиона Тимоса вспомнили про приказ убивать всех выживших опустошенных из легиона Альба. Сейчас же от их подразделений осталось от силы десятая часть боеспособных магов. Да и как-то вся история с сыном Ирликийского Ангела казалась им притянутой за уши. Тел глав орденов тоже никто не видел. Вспомнились страшилки, что когда-то водились твари, способные менять своё обличье. Вдруг возрождённый Кровавый был из их числа? Вдруг Трай и был тем