Драконий оборотень - Евгения Витушко

— Грейн нас убьет, — негромко констатировала я.

— Обязательно убьет, — подтвердил оборотень. — Но не раньше, чем вернется. А пока я лягу, посплю. Предпочитаю умирать на ясную голову.

И он с удовольствием растянулся на еще утром облюбованном участке травы.

Воспользовавшись выдавшейся свободной минуткой, я снова создала Вестника, нацарапав Норраэль несколько слов на найденном в сумке обрывке бумаги. От эльфийки по-прежнему не было никаких вестей. Может, предыдущий Вестник просто не долетел? Хотя с чего бы это… Для того, чтобы передавать письма Вестниками, не нужно даже знать адреса получателя — достаточно только имени. Я надеялась, что хоть это мое послание отыщет, наконец, своего адресата.

Вестник жизнерадостно трепыхнул крылышками и взмыл в прозрачную синеву неба.

Немного подумав, я улеглась рядом с Севом. Понаблюдала за лениво плывущими по небу облаками. Последила взглядом за перелетающей с ветки на ветку сойкой. Поворочалась с боку на бок. Потом приподнялась на локте и принялась разглядывать умиротворенный профиль дремлющего дарга.

— Сев?

— М-м? — он, не открывая глаз, вопросительно изогнул бровь.

— Ты спишь?

Выдержав небольшую паузу, оборотень обреченно вздохнул и сдался.

— Нет. Не сплю.

— Отлично, — я проигнорировала его полный укоризны взгляд из-под ресниц. — Тогда объясни мне, пожалуйста, почему ваши географические карты полные, а на наших нанесены только человеческие поселения? Разве людям нельзя знать, где вы живете?

— А зачем? — спросил в свою очередь Сев. — Меньше знают, крепче спят. — И, подумав, с сожалением добавил: — Счастливчики…

— Но ведь это могло бы частично избавить от предрассудков и, возможно, улучшить отношение людей к вашей расе. Ведь они, по сути, просто вас боятся — так, как боятся всего неизвестного. Исчезла бы целая куча причин для конфликтов…

— И тут же возникла бы новая куча, — убежденно сказал оборотень. — Думаешь, мы это не проходили? — Он перевернулся на бок и приподнялся на локте, сбрасывая с себя остатки дремоты. — Еще два столетия назад все карты были полными — и наши, и ваши. И к чему, ты думаешь, это привело? Люди решили, что хорошая земля в хозяйстве пригодится, и попытались изгнать нас из наших долин. Пятилетняя Война — может, слышала? Ее еще называли Волчья Бойня. Даргов тогда истребляли, словно бешеных собак. Только ничего у людей не вышло, а потом к делу подключились эльфы и позаботились о том, чтобы впредь и желания подобного не возникало.

— Каким же образом?

Сев, не поднимаясь с земли, протянул руку к сложенным поблизости сумкам и, наугад пошарив в одной из них, выудил на свет карту.

— Смотри.

Он сел, расстилая карту на коленях, и мы вместе склонились над ней.

— Видишь эти горные хребты? — он проследил пальцем цепочку гор, кольцом охватывающую одну из долин на краю Проклятых Земель. Такие же горные кольца окаймляли еще две долины, судя по обозначениям, принадлежавшие той же расе. Вместе они образовывали почти равнобедренный треугольник с вершинами Орак-Омтар (на юге), Кайтранн (на севере) и Сорбронн (на востоке).

— Они были здесь не всегда. Эти горы поднялись из земной тверди примерно сто восемьдесят лет назад — для того, чтобы оградить нашу жизнь от завистливого людского взгляда. Тогда же возникла знаменитая Топь, охраняющая эльфийскую столицу Диагон.

И правда, в центре упомянутого треугольника на многие квадратные версты расстилалась знаменитая эльфийская долина Фьерр-Эллинн, о красотах которой у людей сохранились сведения лишь в старинных двухвековых манускриптах, а моя мать всегда рассказывала не иначе, как с ностальгическим блеском в глазах. В ее центре виднелись стилизованное изображение золотолиственного ясеня, обозначающее столицу долины, и витиеватая подпись под ним — «Диагон». По всему периметру долины проходила широкая серо-зеленая полоса, отделяющая Фьерр-Эллинн от всего остального мира. Видимо, это и была та самая Топь.

— Кто же создал эти горы и болота? — спросила я, продолжая изучать карту. — Ведь для этого нужна была колоссальная мощь. Не знала, что эльфийские маги способны на такое.

— Эльфийские не способны, — согласился Сев. — Однако нашлись и другие умельцы.

— И кто же они были? — удивленно вскинула я брови. Что-то не верилось, чтобы в разгар войны дарги взяли да и обратились за помощью к человеческим магам. Да и вряд ли чародеи Коббе-Ренвина смогли бы сотворить нечто подобное.

— Триединые, — спокойно ответил оборотень. — Такие же, как ты.

— Как я?!

— Именно.

Я недоверчиво уставилась на Сева. Мне казалось, что он вот-вот улыбнется и скажет, что это шутка, однако оборотень оставался спокоен.

— Этого не может быть! — решительно заявила я ему.

Дарг невозмутимо пожал плечами.

— Тем не менее, это так. Думаю, что даже в коббе-ренвинской литературе должен как-то объясняться тот факт, что за одну ночь на ровном месте образовались три горных массива и гигантское непроходимое болото. Это ведь не шило в мешке — не утаишь.

— Но, послушай, — я пыталась осмыслить ситуацию, попутно роясь в собственных школьных знаниях на этот счет. Знания виновато разводили руками. — Но ведь это означает, что триединых должно было быть… ну, немало!

— Пожалуй, так и было, — немного подумав, подтвердил оборотень. — Кажется, кто-то когда-то упоминал при мне число «двадцать пять».

Я недоверчиво покачала головой.

— Это какая-то ошибка. Во-первых, сложно поверить, что двадцать пять магов могли охватить такую огромную площадь, да еще для столь энергоемкой работы. Это же не дождь с градом вызвать! А во-вторых…. Ну как, объясни мне, могло такое количество триединых бродить по Террану, и никто их не преследовал? Да за мной одной целый отряд Егерей снарядили!

— На самом деле, тогда рэтриаров еще никто и не думал преследовать, — невозмутимо пояснил мне Сев. — Дело в том, что до этого времени никто и не догадывался об их реальной мощи и силе. Вне закона их объявили уже после войны.

Его последняя фраза словно повисла в воздухе.

— О, — обескуражено выдавила я, в конце концов. — И что же они такого натворили?

Однако оборотень только пожал плечами.

— Я бы и рад просветить тебя на этот счет, однако сам немного знаю. Эльфы не любят об этом распространяться. Впрочем, если захочешь, спроси об этом у Норраэль, когда мы приедем в Сорбронн. Она уж наверняка знает больше моего.

— Обязательно спрошу, — твердо пообещала я. И снова задумалась над картой. — Ну, хорошо, предположим, триединым действительно удалось создать и горы, и болота. Но ведь и то, и другое — на самом деле не преграда для достаточно жадных завоевателей, не так ли? Или есть что-то еще?