Крымский цугцванг 1 (СИ) - Леккор Михаил

Оказать сопротивление такой прорве, они, конечно, не могли и незаметно отошли, передав примерные данные о количестве людей и техники.

Поэтому американцы карабкались по тропинке без всякого сопротивления. Правда, природа оказалась против техники. Подразделения растянулись на несколько километров.

Они сумели кое-как выйти в довольно обширную долину и начали там медленно накапливаться.

К этому времени путь атакующим преградил спешно собранный заслон — неполный самоходный дивизион (9 машин), потрепанная танковая рота (5 машин), батарея 105 мм орудий и мотострелковая рота, охранявшая штаб дивизии.

Командование, оказавшись в безвыходной ситуации, как бывает зачастую, отправило этот отряд в бой с сакраментальным приказом — стоять до последнего, но американцев не пропускать. ТРИ ЧАСА.

Им предстояло быть в аду ТРИ ЧАСА.

Гаррисон, стремясь спасти остатки попавших в засаду грузинских войск, нанес правильный и очень тяжелый удар в мягкую тыловую подбрюшину российских войск. Танковый щит был обращен к грузинским войскам, а здесь, кроме несколько рот тыловиков никого не было. Неполный танковый полк (два батальона) пришлось два часа назад отправить в Джаву. И вот, как специально, Гаррисон одумался и нанес коварный удар.

Командовавший этим сборным российским отрядом подполковник Курдюмов прекрасно понимал, что в долине американцы их легко сомнут. И он выбрал единственно правильное решение — закрыл выход из долины, через который можно было выйти в тыл ущелья — в том, где сейчас бездарно погибали грузинские войска.

Выдвинутая вперед разведка американцев не только легко обнаружила позиции только что подошедших российских войск, но и почти правильно определила их численность. И после авиационно-артиллерийского удара американцы двинулись вперед. У них было мало времени, впереди находились гибнущие войска союзников, а позади ждал сообщения нетерпеливый командующий.

Единственно, что не позволяло сразу смять русских — в атаку могли идти только часть сил.

Командир атакующих бригадный генерал Ален Гуверман поначалу прощупал позиции пехотой, а затем, дождавшись подхода достаточного количества техники, нанес таранный удар тяжелых танков при поддержке имеющейся артиллерии. Железный кулак ударил в незащищенный тыл российских войск, предварительно, как ему казалось, преодолев неплотный заслон. В нем было немного бронированных машин.

Потом еще раз… и еще раз…

Русские держались до последнего, выдержав пять атак на протяжении четырех часов.

Это было нецивилизованно, не культурно. В XXI веке войска, как на маневрах, сообразно силам либо сдаются, либо побеждают. Американские войска имели больше примерно в десять раз только по бронетехнике. Русские должны были пострелять, определить перевес американцев и сложить оружие.

Им несколько раз на приличном русском языке предлагалось сдаться. Лейтенант из роты пропаганды честно объяснял, что война вот-вот закончится. Зачем же погибать?

Однако русские предпочли умереть.

Заслон погиб почти весь. Техника сгорела, люди были убиты или ранены. Когда боеприпасов не осталось, ставший старшим капитан Ташко (Курдюмов был убит от прямого попадания в пушку, когда наводил ее на танк) приказал отходить всем оставшимся — всем пятерым, захватив, кого можно, из еще не эвакуированных раненых. Сам он остался за пулеметом и бил до тех пор, пока на него не наехал танк. Тогда он подорвал его вместе с собой последней гранатой.

Только после этого войска двинулись дальше.

Эта была победа. Но…

Американцы лишились более восьмидесяти танков и самоходок и большую часть пехоты, потеряли драгоценное время. За четыре часа русские успели разбить грузин в ущелье и построить мощный заслон на пути группы Гувермана.

Победа ли это?

Американцы предпочли бы промолчать про это сражение у Джавы. Или, по крайней мере, наплести три короба о блестящих действиях своих янки и их доблестных союзниках. Но сражение было почти полностью зафиксировано своими же журналистами. Понятно, что «свободной прессе» тут же заткнули рот, но информация успела утечь в интернет и Запад притих. Русские по-прежнему не умели воевать, не сражаясь, а умирая. Но умирая, они прихватывали с собой слишком много врагов. К этому Запад не был готов.

И хотя до конца войны таких сражений больше не было, но все понимали — случись новое столкновение, большой крови не миновать. Русские — не иракцы. Переброшенные к российской — югоосетинской границе две свежие российские дивизии встревожили не только домохозяев.

Но заканчивать войну надо было в любом случае. Это понимали обе стороны, особенно российская. Военные сумели своей кровью обеспечить победу. Но общее положение России в мире было таким, что политики и дипломаты не могли их поддержать.

Глава 22

Российский МИД в целом и сам Ларионов лично не сидели в ожидании развязки. Активно зондируя обстановку и ведя переговоры и со странами третьего мира и с западными, в том числе и с США, российские дипломаты стремились прекратить боевые действия. Европейские страны собственно Западной Европы в войну особо не лезли, и на переговоры пошли охотно. И хотя прекращение войны от них не зависело, но, по крайней мере, враждебный западноевропейский барьер российские дипломаты временно прорвали.

Американцы поначалу и слышать не желали ни о каких неофициальных контактах. Они хотели сначала насладиться военными победами, поставить Россию если и не на колени, то, по крайней мере, в положение проигравшей. И потом, захватив побольше территории на Кавказе, часть великодушно вернуть. А остальное передать своему союзнику. А может создать еще одну страну — марионетку.

Но затем они передумали. И подействовало на них не красноречие российских дипломатов. Плевать они хотели на их доводы! Нет, подействовали российские солдаты, которые погибая в Осетии, создали для США невыгодную военную обстановку и невеселое информационное положение в мире. Президент и так уже устал объяснять, почему, во-первых, американские войска оказались на Кавказе и означает ли это, что США в состоянии войны с Россией. И, во-вторых, почему доблестные американские войска, в которые вложены миллиарды долларов налогоплательщиков, терпят поражение за поражением. За неделю боев американцы потеряли уже три тысячи только убитых

Чувствовалось, что еще одно-два таких сражения и уровень популярности администрации упадет до предельно низкого размера. А до выборов оставалось меньше полутора лет!

И в Нью-Йорке начались секретные переговоры. Вопрос был один — на каких условиях война может закончиться. Жесткая позиция России встретила дружное противостояние Запада. С разными требованиями, страны Запала были едины в одном — ДАЙ!

И на этом пока переговоры были приостановлены. Не дать вообще было невозможно.

России надо было обдумать ситуацию и решиться… на что-нибудь.

Запад меж тем устал воевать на клочке земли, в котором военные действия заходили в тупик. Позавчера вечером к министру иностранных дел Российской Федерации попросился на прием посол США. Попросился… потребовал принять.

Посол передал предложения президента США по нормализации положения на Кавказе.

Фактически это был ультиматум. Абхазия и Южная Осетия реально входят в состав Грузии. Северная Осетия и Чечня являются своего рода буферными территориями, в которых будут находиться голубые каски из состава войск НАТО. Кроме того, Россия должна урегулировать отношения с некоторыми европейскими странами. Пока не конкретизировалось, какие страны, но и так было понятно.

Ларионов усмехнулся. Совершенно ясно было, что Эстония, Латвия, Украина, Польша. Плати, плати, плати.

Посол обтекаемо предупредил, что в случае отказа, страны НАТО оставляют за собой силой оружия остановить Россию.

Это была уже официальная война. И не только на Кавказе, но и по всей границе России.

Предложения шли в рамках не только США, но и НАТО. То есть, проще говоря, против России, как в «добрые старые времена» выступил весь Запад. А Россия была уже не та, хотя и не совсем беззащитная, как во времена Ельцина.