Как отказать красивому мужчине - Хелен Филдинг

«Это просто возмутительно! – думала Оливия. – Тыквенный холм – всеобщее достояние. Люди должны иметь возможность гулять здесь и не бояться, что кто-нибудь направит на них дуло автомата».

Она отметила это место морковкой, сошла с главной дорожки и направилась к узкой, поросшей невысокими деревьями и густым кустарником лощине на правом склоне холма. Кипя от негодования, Оливия продиралась сквозь заросли, а мозг работал в усиленном режиме, пытаясь вычислить, что же замышляет коварный Ферамо на своем мнимом «экокурорте». Она почти не сомневалась, что именно там изготавливают взрывные устройства на основе ацетилена, предназначенные для теракта в Лос-Анджелесе. Возможно, готовят подводных сварщиков, которые потом устроятся работать на системы охлаждения электростанций, чтобы выпустить под водой огромные пузыри из смеси ацетилена и кислорода и поджечь их с помощью водостойких спичек.

Древесная растительность шла по всему склону до самой вершины. Местами склон поднимался почти отвесно. Во время нелегкого восхождения Оливия вся покрылась царапинами и ссадинами. Увидев, что вершина близка, она слегка приободрилась, но тут вдруг увидела, что путь ей преграждает трехметровая изгородь с колючей проволокой наверху. Если направиться влево, то она попадет на открытую часть склона и будет перед часовым как на ладони. Поэтому она приняла решение идти вправо и вскоре оказалась на краю глубокого оврага. На другой его стороне находился уступ, на котором росло одинокое дерево, и, если перебраться туда, дальше восхождение уже не представляло бы особого труда. Оливия призадумалась, оценивая ситуацию. Если бы не пропасть пятидесятиметровой глубины под ногами, она бы без раздумий прыгнула на уступ. И что тут страшного? Ведь Оливия сотни раз видела, как златокудрые принцы в трико храбро преодолевают такие преграды в диснеевских мультфильмах.

Без дальнейших раздумий она прыгнула и в следующую секунду приземлилась уже на другой стороне, но не удержала равновесие и теперь барахталась в какой-то мерзкой жиже, которая к тому же издавала отвратительную вонь. От неизбежного падения Оливию спасло лишь то, что ей удалось ухватиться за ствол дерева, которое тоже было сплошь покрыто отвратительной субстанцией. Оливия повернула голову, чтобы рассмотреть, что это такое, и поняла, что больше не в силах дышать этим вонючим воздухом. Призвав все свои навыки, приобретенные в многочисленных сортирах в странах третьего мира, где она бродяжничала в юные годы, Оливия резко выдохнула и задержала дыхание, пока не удалилась от странной вони на достаточное расстояние. Легкие ее почти разрывались. Она подняла голову к небу, чуть-чуть втянула в ноздри воздух и, наконец, глубоко вдохнула дивный чистейший воздух Попайяна, а потом принялась стягивать с себя испачканную одежду.

Оливия лежала на животе в одном лифчике и трусиках, спрятав замазанные подозрительной жижей джинсы, майку и кроссовки подальше в кусты, чтобы не ощущать их запах. Здесь она была вне поля зрения охранников, на другой стороне холма и теперь старательно рассматривала «курорт» Ферамо с помощью полевого бинокля. Бирюзовую лагуну окаймлял покрытый белым коралловым песком пляж, на котором тут и там росли пальмовые деревья и стояли лежаки с подушками кремового цвета. В центре территории находился квадратный бассейн, окруженный деревянным помостом. Под крытым пальмовыми листьями навесом, видимо, находились стойка регистрации и ресторан. Длинный деревянный причал уходил далеко в море, а на самом краю его, тоже под пальмовым навесом, находился бар. По обе стороны причала вдоль кромки воды шли деревянные настилы, и возле каждого по три домика с крышей из пальмовых листьев, крытыми верандами и деревянными лестницами, ведущими прямо в воду. Среди пальм на берегу располагались еще шесть гостевых домиков.

«Хм-м, – подумала Оливия. – А может, стоит наведаться туда, в конце концов? Вот было бы здорово пожить в одном из домиков на краю пляжа. Ой, а как же москиты?»

Публика, возлежавшая в шезлонгах и сидящая у стойки бара, выглядела так, словно сошла со страниц журнала «Vogue». По глади лагуны скользили два каяка. Кто-то плавал у берега с маской и трубкой. Две девицы в полном снаряжении для подводного плавания брели к краю рифа в сопровождении инструктора. Справа от комплекса находилась автостоянка, где стояли грузовики, экскаваторы, компрессорная установка и разные контейнеры. Вокруг мыса шла грунтовая дорога. На значительном отдалении массивный бетонный пирс уходил туда, где заканчивались коралловые рифы и вода из бирюзовой превращалась в темно-синюю. Оливия положила бинокль на землю и сделала еще несколько снимков. Затем снова поднесла бинокль к глазам, но почему-то ничего не увидела.

– Не в ту сторону смотришь, детка.

Она пыталась закричать, но чья-то сильная рука зажала ей рот, а другая заломила ее руку за спину.

Глава 29

Оливия извернулась и обнаружила, что смотрит прямо в невозмутимые серые глаза, которые еще совсем недавно казались ей столь привлекательными.

– Боже, так это ты, – пробормотала она из-под его пальцев.

– Что ты здесь делаешь? – Голос Мортона звучал так, словно ситуация его забавляла, но руку он не убирал.

– Оттань от бедя, – потребовала Оливия, стараясь сохранить достоинство, насколько это было возможно в подобной ситуации.

Мортон ослабил хватку, хотя все еще держал один палец на ее горле.

– Тише. Еще раз спрашиваю: что ты здесь делаешь?

– Любуюсь окрестностями!

– В нижнем белье?

– Заодно и позагорать решила.

– Как ты здесь оказалась?

– Прыгнула!

– Прыгнула?

– Да, и чуть не упала. Скала покрыта какой-то скользкой дрянью, я всю одежду испачкала!

– И где твоя одежда?

Оливия указала на кусты. Мортон полез вниз по склону. Она слышала, как осыпаются мелкие камушки и хрустят ветки, и попробовала обернуться.

– Я же тебе сказал: не смей двигаться. – Его голова появилась над краем холма. – Это твое? – спросил Мортон, демонстрируя ей морковку.

Оливия метнула на него гневный взгляд.

– Вот только не надо дуться. Лезь сюда, на выступ, только очень медленно. Теперь садись вон на тот камень.

Оливия последовала его инструкциям, чувствуя, что ее бьет дрожь. Мортон скрестил руки, по-армейски резко стянул майку и отдал ей.

– Надень-ка это, – сказал он.

– Не хочу – она тобой воняет.

– Надевай! – Он отступил назад, наблюдая, как Оливия облачается в его майку.

– Есть у меня смутное подозрение, что никакая ты не журналистка. Я угадал? Признавайся, что ты тут делаешь?