Ковчег спасения. Пропасть Искупления - Рейнольдс Аластер

Возможно, Скади и Внутреннее святилище, членом которого она, безусловно, является, – недоговаривают о волках. После возвращения Галианы их определили как реальную, но второстепенную угрозу, способную стать первостепенной лишь при дальнейшем углублении людей в космос. Быть может, получена новая информация? Вдруг волки уже на пороге?

Хотел отбросить эту мысль, посчитать несущественной, – но из головы она не шла. Весь остаток перелета Клавэйн упорно возвращался к ней, рассматривал под разными углами, разбирал по косточкам, осаждал аргументами.

Он оторвался от мучительных размышлений, прикрыл их сиюминутными соображениями, лишь когда Скади настойчиво впихнула в голову мысль:

– Клавэйн, мы уже почти на месте. Вы понимаете, что увиденное не должно быть разглашено?

– Разумеется. Надеюсь, вы постарались обеспечить секретность происходящего здесь. Если на вашу деятельность обратили внимание враги, это может дорого обойтись всем нам.

– Мы ничье внимание не привлекли.

– Суть не в этом. В пределах десяти световых часов от Гнезда не должно быть никакой деятельности…

– Послушайте, Клавэйн! – Скади попыталась нагнуться, и ее черный скафандр натянул ремни, удерживающие в нише. – Вам следует понять: война для нас теперь далеко не самая важная забота. Мы ее выигрываем.

– Не стоит недооценивать демархистов.

– Мы их оцениваем адекватно. Намного важнее сейчас вернуть оружие.

– Его правда необходимо вернуть? Не достаточно ли уничтожить?

Клавэйн очень внимательно изучил реакцию Скади на вопрос. Даже сейчас, после допуска в совет, ее разум оставался закрытой книгой.

– Зачем его уничтожать?

– Но вы же сказали: главная цель – не допустить, чтобы оружие попало в чужие руки.

– И это правда.

– Значит, вы позволите уничтожить пушки? Рассуждая логически, это самый простой выход.

– Для нас желательно было бы вернуть оружие целым.

– Желательно?

– В высшей степени.

Двигатели корвета заработали интенсивнее. Из сумрака выплыла едва различимая темная громада кометы. Локаторы зашарили по ее поверхности, пытаясь добыть побольше данных. Похоже, комета вращалась медленно. Немного быстрее, чем Материнское Гнездо, но в пределах нормы. Клавэйн оценил протяженность этого грязного снежка в семь-восемь километров, на порядок меньше крепости сочленителей. Комету с легкостью можно было бы спрятать в полом ядре Гнезда.

Корвет завис вблизи черной пористой поверхности, синхронизировался, выбросив дрожащие струи фиолетового пламени, затем выстрелил якорями. Те врезались, пробив тончайшую, почти невидимую эпоксидную пленку, обтягивающую комету прочности ради.

– Ваши пчелки-труженицы изрядно поработали. Сколько занято людей?

– Нисколько. Наведывались сюда немногие, надолго не оставался никто. Вся работа целиком автоматизирована. Периодически представитель Узкого совета является проверить дела, но бо́льшую часть времени роботы функционируют автономно.

– Но роботы не настолько умны!

– У нас очень умные роботы.

Клавэйн, Ремонтуар и Скади покинули корвет через донный люк, пролетели несколько метров до поверхности, ударились о пленку. Та подцепила, словно мух на липучку, заколебалась, гася энергию удара. Когда прекратила колебаться, Клавэйн медленно отлепил руку, принял вертикальное положение. Поверхностная структура пленки позволяла двигаться по ней в нормальном темпе, но на любое резкое движение отвечала повышенной вязкостью и клейкостью, не давая оттолкнуться с силой, достаточной для удаления от кометы. Пленка же в целом при воздействии на нее с небольшой силой практически не прогибалась, но при ударе со скоростью несколько метров в секунду становилась эластичной. То есть медленно идти она позволяла, но попытка ускориться неизбежно приводила к запутыванию и обездвиживанию неосторожного.

Скади, чей гребнистый шлем отличал ее безликий в остальном черный скафандр от прочих двух, шла первой, следуя неким ориентирам, похоже известным лишь ей. Спустя пять минут достигли небольшой впадины. В самом низу Клавэйн различил отверстие входа, почти незаметное на фоне бархатной черноты кометной поверхности. Вокруг дыры пленку удерживал кольцеобразный комингс.

Скади опустилась у дыры на колени. Липкая поверхность будто потекла, охватывая ноги. Скади постучала дважды о комингс, замерла, ожидая. Прошло не больше минуты, и вынырнул робот. Просунулся сквозь узкую горловину, и на поверхности тут же растопырил множество манипуляторов. Типовой строительный робот, один из тысяч автоматических тружеников Материнского Гнезда. Но держался он с обескураживающей уверенностью, даже с нахальством.

– Клавэйн, Ремонтуар, позвольте представить вас Главному конструктору.

– Этот робот – Главный конструктор?

– Уверяю вас, это непростой робот.

Затем Скади произнесла вслух:

– Главный конструктор, мы хотим осмотреть верфь. Пожалуйста, пропустите нас.

Голос робота напоминал осиное жужжание:

– Я не знаком с этими персонами.

– Клавэйн и Ремонтуар имеют разрешение совета. Просканируйте мой разум, убедитесь, что меня не принудили.

Робот целиком вылез из прохода, приблизился к Скади, выставив многочисленные конечности – одни с остриями, другие с захватами, инструментами либо датчиками. По обеим сторонам клиновидной головы – основные датчики, собранные в пучки и похожие на фасеточные глаза. Скади не шелохнулась, когда громоздкая машина нависла, склонила голову, покачала ею. Затем отстранилась:

– Хорошо. Я хочу просканировать их разумы тоже.

– Пожалуйста.

Робот придвинулся к Ремонтуару, склонил голову. Потратил чуть больше времени, чем на Скади. Затем, очевидно удовлетворенный, переместился к Клавэйну. Тот ощутил механическое копание в рассудке, безжалостное, холодное и методичное. Из прочесываемой памяти хлынул хаос звуков, запахов, образов, сменяясь в мгновение ока. Иногда машина замедлялась, снова обращалась к уже прочесанному участку памяти, явно подозревая неладное. Другие же участки пропускала, не выказывая интереса. Процесс проверки был милосердно коротким, но все равно показался унизительным, словно грабеж.

Сканирование прекратилось, хаос воспоминаний улегся, и власть над собственным разумом вернулась.

– Этот имеет внутренний конфликт. Сомнения. Не могу прочитать глубинные слои. Возможно, следует использовать высокое разрешение. Умеренная хирургическая процедура позволит…

– Этого не нужно! – прервала робота Скади. – Клавэйн имеет право сомневаться. Ты пропустишь нас?

– Это исключено! Непорядок! Чрезвычайное происшествие! Умеренное хирургическое вмешательство…

Машина по-прежнему нацеливала датчики на Клавэйна.

– Главный конструктор, я приказываю: пропусти нас!

Робот отскочил:

– Я подчиняюсь! Но предупреждаю: пребывание должно быть кратким!

– Мы тебя надолго не задержим! – заверила Скади.

– Да, не задержите. Я также настаиваю, чтобы вы отдали оружие! На моей комете не могут находиться генераторы излучения большой плотности!

Клавэйн глянул на пояс скафандра. Почти забыл, что там кобура со штатным маломощным бозером. Вынул его, хотел положить на лед, но тут мелькнул манипулятор робота, мгновенно выдернув оружие из руки и швырнув в пространство. Пистолет закувыркался, уносясь прочь – робот бросил его с огромной силой, чтобы не оставить на орбите кометы. Затем Главный конструктор так же поступил с оружием Скади и Ремонтуара. Развернулся – стремительно движущиеся конечности слились в одно целое – и нырнул в отверстие.

– Пойдем! Он не любит гостей и, если задержимся, начнет злиться.

– А разве он еще не разозлился? – передал мысль Ремонтуар.

– Скади, что это за наглец? – Клавэйн не скрывал раздражения.

– Просто робот… но чуть умнее обычных. Это вас беспокоит?

Клавэйн нырнул вслед за ней в тоннель, отталкиваясь от стен, скорее плывя, чем идя. Когда пистолет висел на поясе, его присутствие почти не ощущалось, но без оружия как-то не по себе. Клавэйн пошарил на поясе и не нашел ничего, способного повредить роботу. Зажимы, миниатюрные крючья, пара сигнальных маячков с ноготь величиной, стандартный баллон с изолирующей пеной. Видом он похож на пистолет, но смесь выбрасывает всего на два-три сантиметра. Единственное оружие – пьезонож, способный разрезать скафандр, но против бронированного либо просто хорошо тренированного соперника бесполезный.