Лесовик - Владимир Георгиевич Босин

Купоросное масло мне, в принципе, попадалось. Монахи использовали его при производстве красок для икон. Насколько помню, кожевенники тоже использовали квасцы в своей работе. Но это будет значительно позже. Наши же только недоумённо пожимали плечами. А вот встреченный на торге купчина из Фландрии потребовал у меня аж пять серебряных монет за небольшой пузырёк.

Ахренеть, теперь понятно, отчего наши сами не обесцвечивают воск. Вернее, европейцы тоже до этого пока не дошли.

Я развёл купленный продукт в разных пропорциях и попытался получить результат.

Ну, ожидаемо наиболее чистый цвет давал сильный раствор. На выходе у меня получился вполне привычный мне воск. Если его залить в форму с фитилём, я получу шикарную свечку почти белого цвета.

Столяр вырезал мне из двух досок форму, в которой удалось получить при заливке шесть свечей витой формы. И длиной сантиметров двадцать пять.

Вещь, я чуть не облизал получившееся богатство.

Но остался вопрос, как сделать процесс дешевле. Ведь купоросное масло страшно дорого и его к нам завозят буквально пузырьками.

Выход, казалось, нашёлся неожиданно. Мне нравилось прогуливаться по восточным рядам. Здесь в лавках вкусно пахло пряностями и меня даже разок угостили настоящим кофе. Продавцов забавляло моё слабое, но весьма уважаемое ими знание наиболее распространённых арабских слов. Типа «ассалям алейкум» и «Алаху акбар». Словарный запас откровенно небогатый. Но восточные купцы и их торговые агенты не избалованы и этим. Поэтому меня не гнали, даже улыбались. А один торговец средних лет с оригинальным именем Магомед, даже зазывал на партейку в шахматы. Здесь, как, впрочем, и везде на Руси, это пока редкая игра, только для гурманов.

И какое же было моё удивления, когда как-то, зайдя к Магомеду в лавку, я увидел горшок с лимонным деревом. Перепутать не возможно, этот запах ни с чем не перепутаешь.

Заметив мой интерес, он снисходительно пояснил:

— Вот знакомые привезли, привет с Родины.

Выяснилось, что для торговца это только декоративный цветок. Когда я спросил о вкусе плодов, он скривился. Будто только-что съел его целиком.

А ведь это выход. Я отлично помню, как у нас в совке хозяйки выращивали на подоконниках это неприхотливое растение. И ведь росли даже зимой. Лишь бы солнышко через окно светило. А если летом, то можно и в грунт высадить.

Мусульманин отнёсся к моей просьбе, как к странности этих гяуров. Но когда я «слил» ему партию, он повеселел и самолично сорвал мне два пахучих плода.

Дома я беспощадно растерзал один лимон. Все зёрна переложил тканью и залив водой оставил на столе. Хозяйка только пожала плечами в ответ на мою просьбу не прикасаться.

Косточки упорно не давали корни, поэтому я заторопился высадить их в горшок с хорошей землёй.

Моя идея не принесла ничего хорошего. Во-первых, нужно долго, несколько лет ждать результате. А главное, значительно позже я понял, что из семян невозможно вырастить плодоносящее дерево.

Некоторое время я чувствовал себя абсолютно беспомощным. Все мои послезнания упирались в отсутствие нужных химикатов и технологий. И это подтверждало невозможность прогрессорства без капитального штурма каждой идеи. Ну и мешка золота в придачу. По-крайней мере у меня пока не получается. Вот теоретически прекрасно всё представляю, но дальше затык на каждом шагу. Того нет, другого ещё не придумали и мои собеседники только недоумённо разводят руками. А вслед пальцем крутят у виска, провожая жалостливым взглядом.

Новая идея забрезжила, когда увидел, как бабка Степанида выкладывала просоленную ряпушку для просушки. Она расстелила тряпицу выложила на неё рыбку и прикрыла другой тряпицей от мух.

Точно, а ведь солнце отличный отбеливатель. Нужно только время.

Сказано сделано. Я настрогал полученный воск на небольшие тонкие лоскуточки и выложил в большой глиняный противень. Его загнутые края не дадут ветру нарушить мои планы.

Через месяц весь воск принял приятный матово-белый оттенок. Благо погода стояла безоблачная. Да, я близок к цели. Почти получил цвет слоновой кости. Перетопив полученное и залив в формы, получил ещё несколько свечей. Эти вышли вообще образцовыми. Думаю, что и зимой можно выбелить таким образом воск до белого цвета. Теперь у меня будет, что показать Григорию. Если он, конечно, вообще захочет меня видеть. Его дочку-красавицу частенько вспоминал, но так как я видел-то её всего несколько секунд, светлый образ ещё больше посветлел и растворился в солнечной выси.

А вот Валентина оказалась вполне материальна. Очень удачный вариант для меня. Мы встречались пару раз в седмицу. И она всегда искренне благодарила меня, как могла. По-своему, по-женски. Но её интерес был не меньший. Она смотрела на меня как голодная волчица, нимфоманка этакая. Её не надо было уговаривать. Хватало одного моего взгляда и она бежала отводить Ваньку к соседской девчонке. Та, хоть и сопля малолетняя, а уже всё понимает. При этом строит такие забавные ужимки. А когда я с благодарностью вручаю ей леденцы с торга, девчонка принимает как положено. «Заработала, пока вы там кувыркались и кричали как дураки в избе».

А мне не трудно подбрасывать любовнице мяска. А та сама уже меняла его на нужные в хозяйстве вещи. На подарки реагировала трогательно. Прижималась всем телом, а потом отрабатывала. Рьяно и со вкусом. И при всём при этом, ничего от меня не требовала. Просто принимала меня как временный подарок свыше. И использовала по-своему, будто хотела насладиться впрок.

А когда Аристофан предупредил, что через три дня мы отходим, я забегал. Так-то всё сукно я уже реализовал, приобрёл вязанки хорошей бычьей кожи. Мне удалось выменять у охонтков меховые шкурки. Получилось неплохо. Остальное грузил бочками с солёной ряпушкой. Как всегда, денег на кармане пусто, всё вложено в товар.

Путешествие по воде и проще и сложнее одновременно.

Легче, потому что у нас две ладьи. Товара взяли значительно больше, чем весь наш караван зимой. В каждой лодке десяток человек экипажа. При необходимости все садятся на вёсла, но путешествие однозначно легче.

А минус в том, что до Новгорода около 640 вёрст. И чтобы попасть в него, нужно пересечь по рекам и речушкам непростую местность.

Мы пересекли Плещеево озеро и вышли в реку Векса. Она небольшая, но судоходная. Через три часа уже вошли в озеро Сомино, где и остановились на ночлег. Конечно, вечеряли свежей рыбкой, сварили нечто, похожее на густую уху с пшёнкой.

А с утра подняли паруса, и опытный