Князь Сибирский. Том 1 (СИ) - Антон Кун

шубка, тебе будет сложно оттуда следить за мной, но мне отсюда будет возможно не потерять тебя из виду.

Не знаю, чего все-таки больше опасался Олег, что я потеряюсь или он, но на мое обещание следить за ним, он отреагировал положительно.

— Обещаешь, что не пропадешь?

— Зуб даю!

— Нафига мне твой зуб?

— Это такое устойчивое фразеологическое выражение, означающее…

— Да знаю, я что оно означает! — перебил меня Олег. — Нервничаю просто немного.

— Успокойся! — снова сказал я. — Тебе пора.

— Знаю.

Олег, снова заходивший по комнате, остановился и протянул мне руку. Я поднялся с кровати и пожал ее. Олег сграбастал меня в охапку и стиснул в объятиях.

— Будь осторожен! — произнес он, развернулся и вышел из комнаты.

— Ты тоже будь осторожен, — тихо произнес я вслед другу, но он меня уже не услышал.

Мой первый выход в город организовал Вениамин. Он взял надо мной шефство, как и пообещала княгиня Смирнова. Особенно после отъезда Олега. Мне иногда казалось, что у него других дел нет. Вениамин проводил со мной столько времени, что некоторые даже начали мне завидовать. Как же, самый крутой маг в пансионате и проводит время с новичком-переростком.

Да-да. Все ребята, кто жил в этом пансионате были младше меня. Кто-то на пару лет, а кто-то и на все пять. Из-за этой разницы в возрасте я не чувствовал себя среди одногруппников, как в студенчестве. Хотя, если честно, то рассчитывал именно на это. Я был отщепенцем, да еще казавшимся всем любимчиком общего любимчика. В общем была бы незавидная участь, если бы меня это хоть как-то, хоть немного, волновало.

Да, я предполагал веселое времечко. Когда я понял, что меня будут учить и не одного, а в составе какой-то группы, то первым делом вспомнил свое студенческое прошлое. А там было что вспомнить.

Студенчество, я считаю, вообще самое лучшее время в жизни человека. У тебя еще не так много забот и полно свободного времени. Нет груза ответственности, разве что за несданную сессию. Но в целом, это время открытий, новых знакомств и развлечений. Что-то подобное я ожидал и от своего проживания в пансионате, своего рода Хогвартса для избранных. У нас не было такого количества учеников и преподавателей, но сам пансионат был превращен в некое подобие школы-интерната. Никаких тебе родителей, и почти никакого контроля. Так как первое мне и так было знакомо, а значит не срывало крышу от неожиданно обретенной свободы, а второе вообще никак не касалось, то и веселости от моего присутствия в компании не прибавлялось. Видимо, поэтому меня и не звали на тусовки с распитием непонятно как добытого алкоголя и прочие забавы.

Зато! Зато было и преимущество. В пансионате жили не только парни, но и девушки. И вот они-то явно сохли по мне все поголовно. Не знаю, что именно их так притягивало. Может быть то, что я был чуть старше, а в возрасте семнадцати-восемнадцати лет даже два года играют роль. Может быть, моя близость к Вениамину их так заводила. С преподавателями и наставниками общаться в романтическом плане было запрещено, а я и не наставник, но старше всех тех ребят, что были основным контингентом этого заведения. В общем, хоть и тайно, но ко мне подкатывали практически все девчонки. Может, они стеснялись проявлять свои чувства прилюдно, а может, мой загадочный образ заставлял их так поступать, но все знакомились со мной как-то скрытно. Отчего я мог не просто выбирать, а встречаться одновременно с несколькими юными особами, не рискуя попасть в неловкую ситуацию. Что я в общем-то и делал. Ну а что? Раз они сами шли ко мне в руки, то сама судьба велела этим пользоваться. Так что в какой-то степени дух студенчества присутствовал в моих буднях, а точнее вечерах и ночах.

Зато все это способствовало стабилизации дара, как моего, так и самих девушек. Так что считай принцип рука руку моет в моем случае работал на ура.

Но первый выезд в город запомнился мне другим.

С самого утра ко мне в комнату приперся Вениамин. Он бубнил что-то про сборы, про какую-то поездку, про важность момента, но я плохо понимал, о чем он. Всю ночь я провел, занимаясь стабилизацией дара одной юной белокурой особы, которая вот уже третий день подряд пыталась доказать мне, что у нее спонтанные проявления предвидения, но проявляющееся только в строго определенный момент. Ну вы сами понимаете в какой именно. И мне раз за разом третью ночь подряд приходилось доводить ее до этого момента, но предвидения так и не появилось. Я был не против, но все это уже начинало изнурять, так что особой свежестью я не отличался.

Девчонка едва успела выскользнуть из моей комнаты, прежде чем там появился Вениамин. Он тактично сделал вид, что ничего не понимает, а может и впрямь не понял, так как был слишком занят своим бубнежом.

Когда же я понял, чего он от меня хочет, то мгновенно пришел в норму.

В город я хотел попасть давно, но одного меня не отпускали, а Вениамин все время откладывал поездку. И вот мое время настало.

Я оделся и выпил стакан воды.

— Что его высочество, князь Сибирский, готов к поездке? — с некоторой долей издевки спросил мой наставник.

Я уже привык к его легкому издевательскому отношению к моему имени-званию, но никак не соглашался называться Макаром. Чисто из принципа и только с ним. Зато было весело.

— Готов! — ответил я.

— Вот и отлично. Машина подъехала, можем выдвигаться, — произнес Вениамин и вышел за дверь.

Я запер комнату и последовал за ним.

— У нас будет около трех часов для осмотра достопримечательностей, затем обед, снова часовой осмотр и час свободного времени, которое я предлагаю провести в небольшом кабаке. Тебе там понравится.

Вениамин был бодр и весел. А главное, я прямо-таки чувствовал, что ему самому нравится, как должен сложиться наш день. Не знаю, чего он больше ожидал, осмотра достопримечательностей или злачных мест, но энтузиазма ему было не занимать.

Огромный черный лимузин стоял на асфальтированной дорожке недалеко от выезда с территории. Пару дней назад выпал небольшой снег, но его весь вычистили и сейчас даже на пожухлом газоне не было белых комков.

Дверцы в автомобиле распахнулись сами, едва мы подошли ближе. Вениамин юркнул внутрь вперед меня и уселся у дальней двери, сделав приглашающий жест.

Я втиснулся в салон и закрыл за собой дверцу. Сработал доводчик и легкое жужжание наполнило салон.

Все внешние звуки вдруг пропали, погрузив