Ох уж этот Мин Джин Хо – 4 - Александр Кронос

— Оказаться сильнее тебя в открытом противостоянии могут многие. Но это лишь означает, что не стоит бросаться в лобовую атаку.

Девушка повела вокруг взглядом и, улыбнувшись, согласно кивнула. Видимо, вспомнила о Джи Сок Ра, который совсем недавно казался нам фигурой колоссального масштаба.

Судя по количеству людей, большая часть гостей уже прибыла. Одни сновали парами, порой останавливаясь, чтобы поговорить со знакомыми, другие сбивались в небольшие компании, а третьи заняли позиции за столами, которые были выставлены вдоль стен. Ощущения заполненности добавляли официанты, что сновали между гостей с подносами, уставленными бокалами и блюдами с закусками.

— Ун тоже где-то здесь. Сейчас ей напишу.

Чжи разжала пальцы, доставая из сумочки телефон, а я поймал несколько любопытных мужских взглядов, которые сначала оказались нацелены на мою спутницу в её откровенном наряде, а потом сместились на меня. Изобразил на лице доброжелательную улыбку, поочерёдно рассматривая заинтересованных гостей в ответ, и те моментально отвернулись.

Я же достал свой телефон и быстро набрал сообщение в мессенджере, адресовав его Мин Со Пэк. С распоряжением собрать весь имеющийся материал на жену Нам Гил Чона и в составить досье, касающееся его личной жизни.

Вся эта история казалась странной с самого начала. Когда речь идёт о бизнесе, столкновение поколений — норма. Настолько жёсткие методы давления на собственную дочь, которая даже не конкурирует с тобой за место в правящей верхушке — нет. Скорее, выход далеко за границы дозволенного, даже если они очерчены весьма расплывчатой моралью.

— Ун застряла с людьми из Самсунга, от которых никак не может отделаться. Я схожу, выручу её и мы быстро вернёмся к тебе, хорошо?

Чжи повернула голову, уткнувшись в меня взглядом, и сразу же добавила.

— Постарайся ни во что не влезть, пока меня тут не будет. Если что — сразу представляйся сопровождающим председателя Чен Групп.

Уловив в её голосе неподдельное опасение, я с улыбкой кивнул, а девушка нахмурилась.

— Тут каждый второй — правитель собственного дворца, с армией, советниками и агентурной сетью. Я тебя знаю — зацепишься с кем-то и всё. Опять штурмовать крепости, заливать кровью улицы и насаживать головы врагов на пики. Давай сегодня без этого, хорошо?

Я удивлённо приподнял брови, а Чжи развернулась и быстро зашагала в противоположный конец зала. Оставив меня в некотором недоумении — судя по её мимике, говорила девушка вполне искренне. Видимо, считая, что я едва ли не специально стараюсь отыскать новых врагов.

На всякий случай, я даже прошёлся по воспоминаниям о первых контактах с противниками. Бывало такое, что у человека появлялся неосознаваемый механизм реакции на определённые факторы, используемый в режиме умолчания. Настолько, что тот не мог адекватно проанализировать собственные действия.

Спустя минуту, за которую ноги донесли меня до одной из колонн около боковой стены зала, я немного успокоился. К разряду случайных конфликтов можно было отнести только разногласия с Кханг Групп. Но отреагировать на выходку их принца иначе было попросту нельзя. Да и предположить, что вроде бы потушенный пожар разгорится вновь, едва не спалив нас всех, было сложно.

Во всех остальных ситуациях, я либо защищался, либо действовал из прагматичных побуждений. Параллельно помогая людям, с которыми оказался налажен тесный личный контакт. Ён Чена вовсе сделал союзником, хотя изначально мы были по разные стороны баррикад.

Усмехнувшись собственным выводам, я взял бокал шампанского с подноса проходящего мимо официанта. Сделав маленький глоток, услышал за спиной дребезжащий женский голос.

— Вы секретарь юной госпожи Чен?

Обернувшись, я увидел женщину лет шестидесяти. А за её спиной — целую компанию похожего возраста. Трое мужчин и ещё две женщины. Лица были незнакомы, но, раз они тут присутствовали — значит, в местную элиту входили.

Обозначив лёгкий кивок, я озвучил ответ.

— Я сопровождаю Чжи Чен, аджумми. Но я не её секретарь.

Обратившаяся ко мне женщина улыбнулась.

— Так я и подумала. Непохож твой костюм на те, что носят секретари.

Она чуть продвинулась вперёд и остальные спутники примолкли, поворачивая головы в нашу сторону. Сама же неожиданная собеседница потрясла в воздухе пальцем.

— Ты ей передай, что нехорошо так поступать с родителями. Чунг Хи ей отец, а она с ним, как с врагом. Решила, раз поднялась наверх, то теперь всё позволено?

Выражение лица женщины моментально изменилось — губы скривились в злобной усмешке, а глаза сверкнули презрением.

— Не начнёт вести себя попроще, недолго продержится на своём месте. Что она о себе возомнила? Покрутила задницей, взлетела на вершину и подумала, что стала драконом?

Покачав головой, хлестнула волной небрежения.

— Драконами становятся иначе. Через кровь и поля, выстланные телами врагов. Только так.

Я усмехнулся.

— Всё верно. Чжи прошла по своему полю. Наслаждаясь видом повергнутых врагов и вдыхая аромат победы.

На момент сделав паузу, продолжил.

— Желаете объявить войну Чен Групп? Сейчас?

Та скрипуче рассмеялась, а пятеро её спутников придвинулись, невольно образуя полукольцо напротив меня. Сама женщина, оборвав смех, зло процедила слова.

— Следи за своим языком, мальчик. То, что ты кого-то ублажаешь в постели, может и не помочь. Ты же не хочешь оказаться на улице?

Тенденция сегодняшнего вечера мне однозначно не нравилась. Сначала председатель Хёнде Групп счёл меня альфонсом. Теперь эта злобная старушка, которая по какой-то причине решила вступиться за отца Чжи. Кто станет следующим? Президент Кореи, который начнёт с этого своё выступление перед нацией?

— Я бы порекомендовал вам быть сдержаннее, когда говорите с советником главы Чен Групп. А ещё — осмотрительнее выбирать людей, за которых желаете вступиться. Чунг Хи первым предал свою дочь. Все его проблемы — дело его собственных рук.

Один из пожилых мужчин, что до того молча стоял позади этой женщины, неодобрительно цокнул языком.

— Ты знаешь с кем сейчас говоришь?

Мне пришлось развести руками.

— Не имею ни малейшего представления. Ради справедливости, вы, видимо, тоже не совсем в курсе, с кем общаетесь.

Тот прищурился, рассматривая меня. Ещё двое мужчин, что стояли чуть в стороне, переглянулись. А женщина, которая начала разговор, пренебрежительно скривила лицо.

— Маленький мышонок, а гонору, как у медведя.

Поцокав языком, продолжила.

— Передай этой европейской развратнице, что она ДОЛЖНА помириться с отцом. И тогда всё у неё будет хорошо. А иначе…

Мерзко ухмыльнувшись, она развела руками и начала разворачиваться, демонстрируя, что потеряла ко мне всякий интерес. Желание ответить ей, стоит признаться, было велико. Да и раздражение ощущалось. Мы только что одержали крупную победу. Теперь же