Самый умный, или Новые бойцы невидимого фронта - Роман Масленников

Геннадий пересчитал сумму в конверте (пять тысяч сотенными купюрами – и нормально за час, и смотрится зримо), хотя внутренне уже заранее согласился на задание. Набрал номер, когда подъезжал к офису.

– Окей, Галина. Мы беремся, давайте съездим на место.

Две рекомендации в одну воронку не попадают?

Утро в офисе шло своим чередом: кто – то доделывал макияж, кто – то заваривал сразу две чашки кофе, а кто – то уже звонил по двум телефонам сразу.

Геннадий провел планерку с ключевыми сотрудниками. Присутствовали Михаил, Вера Марковна, Игорь и бухгалтерия.

– Бухгалтерии у меня поручение – всем дозвониться, напомнить про оплату счетов. Директору по клиентам (Вера Марковна) – всех поздравлять с персональными праздниками не только фирменной символикой, но и алкоголем. У нас три ящика «Рижского бальзама» и два «Старого Таллина» – надо куда – то девать. Коммерческому директору (Михаил) – внедрить систему отчетности по аутлуку и увеличить в клиентском портфеле долю заказов от постоянных клиентов минимум на двадцать пять процентов – активнее предлагайте новые услуги, пресс – конференции, пиар в социальных сетях и все такое. Директору по спецпроектам (Игорь) – что – то придумать на Новый год, чтобы в январе без работы не сидеть; направление какое – нибудь вроде «пост – новогодняя пиар – поддержка маркетинговой активности» открыть, сам, в общем, подумай. Так, вопросы?

В дверь просунулась очаровательная головка секретаря Алины:

– Геннадий Петрович, Вас к телефону. Говорят срочно.

– Кто?

– Новый клиент. Говорит, сегодня хочет подписать договор.

«Поперло, не зря ж таки я утром от денег не отказался». – Спасибо. Все свободны. Вопросов, как я понимаю, нет?

– Алло. Вас слушают. – Геннадий взял трубку.

– Меня зовут Вениамин. Я представляю детский дом. Нам нужен внешний и немножко внутренний пиар. Паблисити на область и своя газета. Мы можем встретиться сегодня? Готов приехать к Вам. – Голос на том конце линии был четок, уверен, сух, как будто говорил заученные фразы.

– Это что, тендер? Мы в тендерах коммерческих организаций не участвуем.

– Нет, я к Вам по рекомендации. К тому же мы не совсем коммерческая организация. У нас детский дом.

– Вы сказали, на область. Вы в какой области находитесь?

– Я сейчас в Москве, говорю же, готов приехать. А детский дом у нас в Тверской области.

«Интересное совпадение, – подумал Геннадий Петрович. Неделя начиналась не только прибыльно, но и интересно. – Что же – пусть приезжает».

– После обеда буду Вас ждать. Часа в три дня. Адрес – на сайте. Снизу позвоните, Вас встретят.

– Спасибо, до встречи.

Часы до обеда пролетели очень быстро. Геннадий успел просмотреть отчеты за прошлую неделю, клиентские публикации, ответил на все новые письма не только в корпоративной почте, но и в социальных сетях, «интернете для ленивых». Геннадий пахал для всех, и для ленивых, и не для ленивых. Пообедать, как водится, в понедельник не успел. Уже приехал Вениамин.

– Геннадий Петрович, нам нужно влияние в окрестных территориях. Мы хотим, чтобы о нас думали только хорошо. Нам не нужен информационный взрыв и ситуация, чтобы «о нас говорили все».

«Отлично, а то я подумал, что Вы, Вениамин, полный идиот», – подумал Геннадий, когда услышал фразу «думали хорошо». Каждый второй заказ в пиар – агентстве начинался именно с таких слов. И обычно, ничем хорошим не заканчивался, если жаждущего славы не удавалось остудить в первые минуты диалога: «Взрыва не будет». «К вам на пресс – конференцию никто не придет». «Вы (мудаки такие, сволочи поганые, растратчики чужого и своего времени! – подразумевается) никому никогда не будете интересны (если не будете сотрудничать с нашим пиар – агентством!), – говорят особо раздосадованные и обиженные директора по клиентам, из таких проектов хороших обычно не получается. Обычно, откровенность подкупает, и вменяемый потенциальный клиент начинает формулировать реальные задачи. «А невменяемые клиенты агентству не нужны, даже с большими деньгами», – Геннадий выстрадал для себя этот принцип почти одновременно с тем, когда пришел к выводу о том, что неадекватные люди обычно не богаты. – «Сальвадор Дали не считается».

– Расскажите, пожалуйста, Вениамин, об объекте? Над чем Вы хотите, чтобы мы поработали?

Вениамин был небольшого роста, в костюме, пиджак застегнут на все пуговицы. Какой – то он был молодой, но старомодный. Печать старости уже наложила свой пока невидимый отпечаток. Еще не человек в футляре, но человек во гробе, связанный по рукам и ногам наймит. Под строгим и обширным начальством любой загнется и постареет.

– Да, конечно. Мы – новый детский дом. Находимся на границе Новгородской области, недалеко от Бологого. Мы Вам устроим экскурсию. Нас финансирует один тверской меценат, он Вас, кстати, и порекомендовал. Мы открылись совсем недавно, месяц назад прошел первый набор учеников. Мы даем им образование. Но дело началось раньше, чем его пиар. Мы считаем это ошибкой. На наших учеников уже косо смотрят местные жители – мы им ничего не объяснили, и им приходится недоумевать. Кто – то возражает, да. Есть сумасшедшие – милицию собираются вызвать. С властями и милицией, мы, разумеется, договорились, как же иначе. А вот с местными жителями не поработали. В общем, задача – объяснить близлежащему местному населению и журналистам местных и областных изданий, если они тоже сунут к нам, простите, свой нос.

– А чем вы на самом деле занимаетесь? – Уточнил Геннадий. Потому как из слов «даем образование» и «не совать нос» было противоречие, а точнее нормальное желание нечистоплотного дельца скрывать истинные мотивы своего начинания. Но больше всего Геннадия Петровича интересовал тот загадочный меценат, который рекомендовал один и тот же объект для одного и того же пиар – агентства. Возможно, и даже, скорее всего, рекомендателей было двое, но родина у них одна – Тверь. В том, что объект один и тот же – некий бологовский или как его там, хотеловский или любитовский – Геннадий еще не запомнил – детский дом, он уже не сомневался. «Интересненько получается. Надо чутка отвлечься», – тем более что Вениамин поставил себя на паузу, и затрещал как кассетный видеомагнитофон, стал наливаться розовым цветом. «Видимо, не готов, к прямому разговору или просто ничего не решает. Обычно, собственники и хозяева к таким вопросам всегда готовы и даже ждут их. Ладно, тем интереснее будет послушать версию».

– Чаю не хотите, кофе, воды? – Спросил Геннадий, стараясь не замечать волнения собеседника.

– Если можно, чаю.

– Черный, зеленый?

– Зеленый.

– С сахаром, без? – Продолжал попытки разговорить собеседника Геннадий.

– С сахаром.

«Для понта зеленый заказал. Кто же зеленый чай с сахаром пьет?» – подумал Геннадий. Он не был поклонником зеленого чая, если это был не матэ, который зеленым чаем можно было назвать с большой натяжкой, но эффект тот же – бодрящий, однако о ритуалах был осведомлен. В Москве продолжалась эпидемия здорового образа жизни: йога, зеленый чай, фэн – шуй. Эпидемия разгоралась с понедельника по четверг, но в пятницу наступал привычный городской разврат.

Геннадий вышел из переговорной, крикнул секретарю сделать чай, приготовить поднос и легкую закуску, да побыстрее, а сам, тем временем, вернулся на свое рабочее место и нажал кнопку «Получить почту». Ничего нового, только спам от каких – то семинаристов (организаторов семинара) и новые письма счастья уже не нигерийского, а тоголезского происхождения. «И как он мою почту узнал? Вроде давно уже нигде не свечу», – вопрошал Геннадий экрану компьютера, с которого глядел с копии паспорта некий Henry Gambo, улыбчивый негр с мясистыми чертами лица. – «Фак ю бич», – так и подмывало ляпнуть, в общем – то, культурного по рабочим дням Геннадия Петровича в окружении коллег.

Возвращаясь к переговорной, Геннадий заметил, что Вениамин заканчивает разговор по мобильному: кивнул два раза, даже привстал, когда закрывал крышку телефона – раскладушки. «Видимо, с начальством разговаривал», – подумал Геннадий Петрович. Вениамин посмотрел на телефон еще секунды две – «Смотрит, сколько секунд он успел потратить на своего босса в роуминге», – затем поспешно убрал телефон, озирнулся – никого, никто не видел.

Геннадий вошел с подносом, где был зеленый чай для гостя, черный – с молоком для себя и печенья. Голова опущена, ногой открываем дверь: «Я ничего не видел, Вениамин, не беспокойтесь», – подумал.

– На чем мы остановились? Пожалуйста, Ваш чай, сахар. – «Хорошо, что на выбор белый в кусочках или песок, или же тростниковый сахар. А то бы он меня точно заподозрил», – промелькнула у Геннадия. Он уже все решил с этим Вениамином.

– Геннадий, Вы спросили, чем мы занимаемся. К сожалению, я Вам сейчас рассказать этого не могу. – «Не дали санкции, понятно», – подумал Геннадий. – В общем, образовательные услуги для детей сирот и беспризорников. Также к нам просто из неблагополучных семей сами приходят, кого – то сами приглашаем. «Кого, интересно, и какими методами, они «сами приглашают»?» – У Геннадия росло отвращение к этому непонятному человеку. Костюм, волнистые прилизанные волосы, пиджак на все пуговицы, галстук. «Кукла какая – то!»