И сердце на куски (СИ) - Князева Марина

В ответ она просто кивнула, а потом тихо добавила:

- С момент аварии… Один раз… И было…

- Достаточно, – выдохнул я, перебивая недотрогу… – Я все понял…

Хрен знает почему, но я обрадовался такому повороту событий.

Склонившись над ней, я вытянул ноги и, оперевшись на локти, снова зафиксировал под собой ее тело.

- Посмотри на меня. – Яна медленно повернула голову. – Я обещаю, что не будет больно и я не буду торопиться. Что я сразу же остановлюсь, если будет по-другому. Что без твоего согласия не будет ничего, но помни, что от твоего отказа мне снесет башню, и я за себя не отвечаю.

Ваниль долго смотрела в мои глаза, а я охреневал над собой. Что творила эта скромница? Она могла лепить из меня все, что ей заблагорассудится. И я не сопротивлялся бы ей. Нисколько.

Яна медленно подтянула ноги, и согнув их в коленях, немного раздвинула, давая понять, что она мне доверяет и готова идти дальше. Но я все равно продолжал сдерживаться. Сначала целовал ее долго, а потом не оставил ни одного не зацелованного сантиметра на ее шее и груди. И только тогда, когда недотрога начала постанывать и тереться об мой каменный член, я постарался, как можно аккуратнее и медленнее войти в нее.

Она была горячей и узкой. Такой узкой, что я слишком сильно ощущал ее тугую горячую плоть, постепенно обхватывающую мой член. Кажется, я застонал. Мне хотелось думать, что это Ваниль стонет подо мной, но это был я. И такое со мной было впервые.

Войдя на всю длину в ее лоно, я остановился и ощутил, как Яна выдохнула с облечением. Девчонка боялась по-настоящему. И я был рад, что оправдал ее ожидания. Ее доверие было еще одним пунктиком, который грел мою душу.

Осторожно, без резких движений, я выходил и снова входил в нее. Такого неторопливого секса у меня не было никогда. Но оказалось, что он заводил, не меньше, чем, например, быстрая долбежка раком. И крышу от него рвало совсем не по-детски. Я сам до конца не понимал, как я сдерживался.

А когда Ваниль стала пыхтеть и стонать в мое ухо, я думал даже вытащить из нее член не успею. Но она неожиданно начала подмахивать бедрами:

- Быстрее, Клим, пожалуйста, я так больше не могу…

Ее слова были как мед. И дважды меня просить не пришлось. Я подложил руки под ее ягодицы и немного ускорился.

Какой же это был кайф!

Мы стонали друг другу в рот от наслаждения. Ваниль прикрикивала, я рычал. А когда она начала выгибаться и снова дрожать от накрывшего оргазма, я, наконец-то, отпустил себя и позволил сделать то, что хотел. Сделать уже очень давно.

Трахнуть недотрогу.

Правда хватило меня ненадолго. Я финишировал почти следом за ней. И не знаю, каким чудом успел вытащить член, обкончав весь живот Яне. В голове звенело, а перед глазами все плыло. Силы меня покинули, и я просто рухнул на Ваниль.

Так мы лежали очень долго. Уже и сердце успокоилось, и дыхание выровнялось у обоих. Но отпускать Ваниль не хотелось. Даже несмотря на то, что мы лежали на не очень-то и теплом полу.

- Отпусти меня. Мне надо встать.

Я поднял голову и посмотрел на девчонку. Растрепанная, смущенная, но при этом с серьезным взглядом.

Было ли мне стыдно за то, что я вытворял с женой своего друга? Нет. Осуждал ли я ее? Нет. Мне было все равно. Просто она оказалась в моих руках, и я не мог отпустить ее. Как бы этого ни хотел.

- В душ?

- Да. А потом домой.

– Нет, Ваниль. Никакого на хрен дома. Мы еще не закончили. – Яна возмущенно открыла рот. Неужели не понимала, что то, что здесь произошло было ничтожно мало? Нам обоим. – Ни слова, Ваниль. Иначе продолжим прямо здесь.

- Все равно встань с меня, – обреченно выдохнула Ваниль, – ты очень тяжелый.

Напускная холодность девчонки зашкаливала и вызывала улыбку. Или я просто был счастлив. Хрен его знает? Но то, что произошло между нами, мне определенно понравилось.

Ваниль, как всегда, краснея, поднялась на ноги, и тут же натянула мою футболку прямо на голое тело, подобрала свою одежду и, легко повиливая бедрами, ушла в душ. А я как дурак, продолжал лежать на полу и глупо улыбаться.

- На двери кодовый замок. Так что даже не думай свалить по-английски, – предупредил я недотрогу, стараясь не обращать внимания на ее эротичный образ. С мокрыми волосами, в моей футболке и явно без нижнего белья. Хотелось проверить незамедлительно, но я все же направился в душ, заметив на ходу в зеркале, как Ваниль мне показала язык. А потом, поняв свою оплошность, стыдливо прикрыла глаза рукой.

После душа я застал ее сидящей на диване и смотрящей какой-то ужастик на огромной плазме. Перед ней стояли две чашки с дымящимся кофе и тарелка с горячими бутерами. Хлеб и сыр, разогретые в микроволновке. По полезности так себе поздний ужин, но запах стоял умопомрачительный. Да и силы нужны были. Поэтому я нагло сел рядом, касаясь плеч и ног Ванили своим телом, на котором было только короткое полотенце, и принялся за еду.

Полотенце на моих бедрах разъехалось. Нет, ничего не было видно, но поза была у меня довольно пошлой. И недотрога это тоже отметила, заливаясь румянцем. А когда бугор под тканью начал увеличиваться, девчонка и вовсе смутилась. Она опустила голову и принялась слишком уж внимательно изучать свои ногти.

- Мне кажется, поздно стесняться. Мои пальцы ласкали тебя в…

- Нет! Не говори! – перебила меня Яна. – Хочешь, чтобы я тут от стыда умерла?

- Хочу, чтобы осталась на всю ночь.

И я нисколько не врал. Мне она была нужна. Без каких-либо причин и объяснений. Я так чувствовал и плевать, что она была замужем.

- Ты же знаешь, что я не могу остаться. Я и так буду всю жизнь себя корить…

- Ну, тогда сделай так, чтобы хоть было за что корить себя…

Ваниль грустно усмехнулась. Я притянул ее к себе и прошептал:

- Позволь себе то, что действительно хочешь. Сама. Без запретов и чужого мнения. То, что давно хотела сделать. Поцелуй меня. Дай мне снова заставить тебя кричать от наслаждения.

- А ты самоуверенный, Горячев!

- Еще как! Иногда самого бесит! – согласился я и, повернув ее лицо к себе, снова поцеловал.

В этот раз было все по-другому. Не так быстро, и не так медленно.

Мы изучали друг друга, никуда не торопясь, но при этом желали успеть насладиться друг другом по полной. Наши ласки были откровенными, стоны обоюдными.

Я мучал Ваниль почти всю ночь. Сверху, сбоку, сзади, верхом. Не отпускал даже тогда, когда она причитала, что больше не может. Кажется, я дорвался. Иначе объяснить свою тягу к ней я не мог. А еще удивлялся откуда у меня столько сил и энергии. Ваниль уже давно сопела на моей кровати, раскинувшись звездой, а я лежал на боку и не мог отвести от нее глаз.

Она очень красивая. Настоящий алмаз. Просто еще не ограненный. А еще уставшая. Смоленцев вытянул из нее все соки. Мотя рассказывал, что первое время Ваниль вообще была похожа на привидение. Говорил, что ходила и ради своего мужа попрошайничала. Я не мог понять, как Смоленцев мог допустить такие унижения для своей жены. Ведь один его звонок и я бы помог ему без слов. Да я и помог. Только звонил не он, а Мотя.

Не заслуживал Смоленцев такой жены, как Ваниль. И я не заслуживал ее. И не потому, что из-за отсутствия каких-либо моральных принципов я трахнул эту скромницу, наплевав, что она замужем. Просто она была чистой, невинной. Нет, не физически. Чистота у нее была внутри. Она вся была пропитана светом. Вокруг нее словно все оживало. А мы со Смоленцевым играли с ней. Каждый по-своему.

Глядя на нее спящую и умиротворенную, я до чесотки хотел ей все рассказать, предложить ей бросить все и уехать со мной. Ей будет не легко со мной, но не труднее, чем в последнее время со Смоленцевым. Я понимал, что вряд ли мне так фортанет, но все равно рискнул.

- Разведись с ним! – попросил я ее, когда Ваниль проснулась, искупалась в душе и сидела на диване, лениво натягивая на себя одежду.

Мне казалось, что после прошедшей ночи я вытрахал из нее всю скромность, но она все равно застенчиво краснела, как в первый раз.