Улыбка Стикса (СИ) - Мельников Владимир

— Прекрати свой черный юмор! Видишь, что мальчик, запуганный совсем, — Оксана локтем толкнула Олега в бок. — Тебя как зовут?

— Кирилл.

— Ты тут живешь?

— Да, это дом моих дедушки и бабушки. Я у них на каникулах. Они утром на рынок ушли вдвоем, а я спал. Проснулся, а электричества нет. Я хотел у соседей спросить, что случилось, а когда к ним зашел во двор, они Надьку ели. Всей семьей.

Пацан разревелся, пряча лицо в край покрывала.

Оксана, убрав покрывало, дала ему бутылку с водой. Кирилл жадно приложился к бутылке. Напившись он продолжил. — Я закричал, а мама Нади, вся в крови, сразу ко мне пошла. Я на улицу, а там два мужика, тоже кровью перепачканные. Они, как меня увидели, сразу бросились на меня. Я по улице побежал в проулок, там с одной стороны огород колючей проволокой огорожен, но я лаз знаю в бурьяне. Так в я него проскочил, а мужики в проволоке запутались. Потом я по огородам в дом вернулся и здесь спрятался.

— Это ж сколько ты тут просидел, — Олег глянул на часы. — Получается часов пять или шесть. Есть хочешь?

— Очень хочу, но пить еще сильнее.

Мальчик вновь приложился к бутылке.

— Гляну что-нибудь на кухне, — Олег встал и направился на поиски пищи. — А ты пока парня приодень к походу. Не бросать же его.

Продолжая сидеть на корточках рядом с парнем, Оксана обняла его и ладонью прижала голову к своей груди. — Сколько ж ты тут натерпелся?

Кирилл опять разрыдался. — А деда с бабушкой будем ждать?

— На вряд ли они смогут сюда вернуться, — в комнату вернулся Олег и протянул мальчику кусок сухой колбасы, огурец и отломанный ломоть черного хлеба в которые Кирилл тут же вцепился зубами. — Думаю, что они где-то в городе укрылись. Они ведь люди опытные.

Олег выразительно глянул на Оксану, давая понять, что это не очередная шутка, а попытка успокоить парня, давая ему надежду, что родные для него люди могут находиться в каком-то безопасном месте и не давать ему повода задуматься, что они либо уже стали жертвами, либо обратившись, бродят по улицам в поисках пищи.

— Давай, Кирилл, перекуси, переоденься и будем выбираться. Одежду выбери удобную, но не яркую. Что бы из далека тебя сильно видно не было.

Когда пацан перекусил, Олег решил провести общий инструктаж. — Идем таким образом: впереди Кирилл, ты местный, улочки и переулки знаешь. Но не больше трех шагов от меня. Если что-то непонятное или кажущееся тебе опасным увидишь, просто остановись. Не надо приседать или падать на землю — это бросается в глаза. Увидел, остановился, замер и указал мне направление опасности, например, слегка кивни в ту сторону головой или, не поднимая руки, от пояса, покажи пальцем. Я иду сзади за тобой и, если ты остановишься, я буду смотреть на твои знаки. Если тот, кого ты видишь, в твою сторону не смотрит, медленно можешь присесть на корточки.

Кирилл слушал внимательно и кивал головой.

— Может, пусть между нами идет? — предложила Оксана. — Он маленький еще.

— Придется быстро взрослеть. Мужчины маленькими не бывают.

Олег не хотел быть грубым или жестким по отношении к мальчику. Но предложенное им построение их небольшой колонны было самым оптимальным. Если принять предложение девушки, она будет на большем расстоянии от него, а это значит, что в случае нападения на них сзади, он потратит больше времени, чтобы прийти ей на помощь. Опять же, идя впереди, парень будет понимать, что ему доверяют разведку, считают взрослым и будет стараться подтвердить это.

— Кирилл, ты, в случае нападения, отходишь сразу за меня слева, а ты, Оксана, сразу разворачиваешься и контролируешь территорию сзади нас, пока я буду разбираться впереди. Это ясно?

— Ясно! — бодро ответил мальчик. Оксана просто кивнула.

— Еще, Кирилл, у деда инструмент есть какой-то дома? Возьми молоток, это для тебя нормальное оружие будет, как раз под твою руку. Если уж придется драться, то бей в голову. И не жалей, это уже не люди. Это ясно? Тогда за молотком и будем выдвигаться.

— А еду будем еще брать? — уточнила девушка.

— Думаю, что еду мы можем найти теперь в любом магазине или доме. Хозяева возражать не будут.

Глава 38. Самолет.

(около 13.30)

— Тук, тук, тук! Кто в теремочке живет?

Ирме пришел в себя не от этого, приглушенного шлемофоном голоса, а от постукивания чем-то твердым, но не металлическим, по стеклу шлемофона.

— Наверно тоже покойник, — второй голос принадлежал женщине. — Если б живой был и обратился, уже б начал рваться к нам. Хватит его палкой тыкать! Будешь в кабину залазить?

— Буду, может там какое оружие на летчиках есть. Я через пролом в корпусе пролезу, а оттуда в кабину.

«Если это союзники, — подумал лейтенант — это хорошо, спасут, им за такое, большие плюшки полагаются. Если «дикие» местные — тоже хорошо, сразу прикончат и прервут его мучения, ну, или помучают сначала, а потом прикончат».

— Кровищи тут знатно натекло, — услышал Малоф, спустя пару минут — и нет ничего интересного.

— Может оружие под комбинезоном?

— Это скафандром зовется, судя по размеру. И какой смысл оружие под ним держать? Оружие должно быть доступным, на расстоянии руки.

Женский голос воскликнул: — У него, у нижнего, рука сейчас приподнялась! Живой!

— Я его сам отсюда не вытащу. Проход завален ящиками, а скафандр большой, неудобно будет. А еще второй сверху свесился.

— Вскрой скафандр ножом, — настаивала женщина.

— Уже начинаю, сейчас ремни от кресла вначале перережу.

Спустя десять минут, под матерное бормотание вскрывающего, безжалостно искромсанный скафандр сдался и Ирме за обе ноги потащили наружу. Он прижал подбородок к груди, чтобы не удариться затылком.

И вот теперь он лежит спиной на траве, рядом с исковерканным корпусом самолета. Лежит и смотрит на проплывающие в голубом небе белые кучевые облака. А над ним, частично перекрывая обзор, склонилось три лица, ожидающе и с любопытством, рассматривая его.

— Чьих холоп будешь, мил человек? — подмигнув спросил молодой парень.

— Может иностранец? — мельком взглянув на парня и опять смотря в глаза Ирме, проговорила рыжеволосая девушка в форме защитного цвета. На ее наклоненной к нему шее, на ремешке свисал бинокль, а сама она стояла, опираясь на самозарядный карабин с оптическим прицелом.

— Не, вряд ли. Хоть и нет ни каких знаков отличия, но на приборной доске все на русском языке. Из наших будет.

— Наш нашему рознь в этом мире. Ахрип, как скажет, что наш, значит наш, а если нет, то нет, — произнес грубым голосом мужик, в таком же камуфляже, из ворота которого виднелась часть тельняшки.

— Мысль глубочайшая, Матрос, и главное, что правильная! — и вновь посмотрев на Ирме, повторил — Кто ты, дитя небес?

А Ирме просто смотрел на плывущие в вышине облака и глупо улыбался. «Живой!»

Глава 39. База Проекта.

14.00

База была похожа на муравейник, по которому злой прохожий, от нечего делать, стукнул палкой. Стукнул и ушел, а последствия остались и их необходимо экстренно устранять.

На летном поле, вокруг прилетавших Оводов и Карателей, суетились техники и оружейники.

Через главные ворота выдвигалась длинная лента бронетехники, автомашин, тягачей.

На вертолетной площадке в три транспортных Ми загружался спецназ.

С «аппендикса» взлетной полосы, с короткими интервалами, взмывали в небо беспилотные самолеты различных конструкций и назначений.

Это было видимая деятельность. В глубинах базы перемещалось масса вооружения, боеприпасов к нему, снаряжения.

Но главное напряжение царило в штабном секторе.

— Докладывайте, Полковник, что известно на эту минуту, — в центре зала, перед большой электронной картой, стоял, заложив руки за спину, руководитель Проекта. — Давайте, для присутствующих, которые не знают всей картины произошедшего, с самого начала.

— Сегодня в 7.10 рейдовая группа, позывной Жук-6, выдвинулась для отработки кластера 58. В 7.55 группа, в соответствии с разработанным планом, встретилась с союзниками из стаба «Еловый бор» в кластере 46.