Переписка и деловые бумаги - Антон Чехов

В сфере психики тоже частности. Храни бог от общих мест. Лучше всего избегать описывать душевное состояние героев; нужно стараться, чтобы оно было понятно из действий героев... Не нужно гоняться за изобилием действующих лиц. Центром тяжести должны быть двое: он и она...

Пишу это тебе как читатель, имеющий определенный вкус. Пишу потому также, чтобы ты, пиша, не чувствовал себя одиноким. Одиночество в творчестве тяжелая штука. Лучше плохая критика, чем ничего... Не так ли?

Пришли мне начало своей повести... Я прочту в день получения и возвращу тебе со своим мнением на другой же день. Оканчивать не спеши, ибо раньше середины сентября ни один питерский человек не станет читать твоей рукописи, овые за границей, овые на даче...

Я рад, что ты взялся за серьезную работу. Человеку в 30 лет нужно быть положительным и с характером. Я еще пижон, и мне простительно возиться в дребедени. Впрочем, пятью рассказами, помещенными в "Новом времени", я поднял в Питере переполох, от которого я угорел, как от чада.

Гонорар из "Сверчка" и "Будильника" тебе послан Мишкой в 2 приема.

За сим будь здоров и не забывай твоего

А. Чехова.

Погода плохая: ветер.

177. Н. А. ЛЕЙКИНУ

24 мая 1886 г. Воскресенск.

86, V, 24.

Ждал, ждал от Вас обещанного письма с распоряжениями по части книги, да так и не дождался, уважаемый Николай Александрович! Очевидно, Вы заслушались соловьев и утонули в прелестях Тосны - не до писем Вам!

Я перед Вами виноват: плохо работаю в "Осколки". Теперь я всюду плохо работаю. Что со мною подеялось, не ведаю. Вероятно, вещуньина с похвал вскружилась голова... А если Вы верите в сглаз, то могу в свое оправдание сказать и "сглазили!". Вообще эти поездки в Питер всегда действуют на меня скверно. Выбиваюсь из колеи и долго не могу выпустить из головы угар... Буду лентяйничать до первого июня, а там даю слово работать... Вообще, выругайте хорошенько...

Прасковье Никифоровне громаднейшее спасибо за гостеприимство. Во веки веков не забуду. Насколько у меня хороша память, можно судить из следующего планта:

Теперь о книге. Судя по объявлению в "Осколках", она должна быть уже готова и сдана, как сказано в объявлении, Вольфу, Суворину и прочим. Я с своей стороны сделал пока следующее. Заказал Гиляровскому рекламы в "Русских ведомостях", в "Современных известиях" и в "Русском курьере". Взял слово с "Будильника", что в нем будет реклама. Объявления помещу в: "Будильнике", "Вокруг света", "Новостях дня"; в "Русских ведомостях" помещу объявление только тогда, когда разрешат оной газете розничную продажу, а до тех пор не стоит. Не стоит давать объявления в "Современку" и в "Курьер", ибо сдерут дорого, а толку мало: подписчиков нет!

За сим жду скорейших распоряжений и указаний. Книгу для разноски по московским магазинам посылайте по адресу: "Москва, Живодерка, Казенное арбатское училище, Ивану Павловичу Чехову". Подчеркнутое лицо сделает всё что нужно, если к посылке будет приложен план действий. В начале июня я сам буду в Москве. Вообще, в книжных делах я глуп, а потому Ваши указания необходимы.

Какова у Вас погода? Тепло или холодно? Бывают туманы?

От Вас обратно я ехал всё на том же "Георгии". Рожи его капитана и шкиперов вертятся у меня перед глазами.

Кланяйтесь И. Грэку. Он бывает у Вас каждую неделю, а потому не соблазните его Аксюшкой, да и сами не соблазнитесь. Вы вообще подозрительно много говорили про Аксюшку...

У меня погода великолепная. Скажите Тимофею, что в вершах у меня каждый день сидят щуки. Рыба ловится хорошо.

Жду от Вас письма. Воскресенск, Московской губернии.

Ваш А. Чехов.

Феде, конечно, поклон.

У меня Ваш платок!!!

178. Н. А. ЛЕЙКИНУ

27 мая 1886 г. Бабкино.

86, V, 27.

Получил Ваше письмо, добрейший Николай Александрович, и, чтобы Вы не попрекали меня в лености, спешу ответить на него. Primo*: Вам послано уже 2 письма, одно от меня, другое от Николая, ждущего от Вас заказов. Оба письма адресованы в село Ивановское.

2) Передайте Тимофею, что я ему завидую. В этом году у меня рыба ловится неважно. Разная херовинка ловится, а что покрупней, то упорно избегает знакомства со мной. Ловятся щуки, но от щук такая же корысть, как от ледащих собак. Одна только сырость. Советую Вашему маститому рыболову, напоминающему старообрядческого архиерея, половить рыб на живца: берут толстую леску, хорошее грузило и солидный крючок на струне (басок). Достаточно крючка такой величины: или чуточку больше. Приманкой служит живая рыбка (пескарь, голавль), которой крючок проводится сквозь "зебры" в рот. Забрасывается на ночь. Рекомендую ему также поставить вершу в пруде. В вершу надо положить в кисейном мешке гречневой каши с творогом. Пока больше я ему ничего не советую.

Досадно: налимы идут плохо. Поймал до сих пор 3-4, не больше.

3) Боже, как я ленюсь! Погода виновата: так хороша, что нет сил на одном месте усидеть.

До сих пор я не видел объявления о моей книге ни в "Петербургской газете", ни в "Новом времени". Суворину послал письмо. Вероятно, он сердится на меня за мою лень.

4) Виктор Викторович худеет оттого, что скучает по мне и не имеет успеха у женщин. Ему нужно застрелиться. Кланяйтесь ему.

Слышны почтовые звонки... Кто-то едет... Бегу глядеть... Приехал гость, а я продолжаю писать.

5) Интересно было бы знать, каким образом Тимофей и К° починили блок на мачте? На верхушку лазили?

6) Завтра буду строчить в "Петербургскую газету", а послезавтра в "Осколки".

Виньетка вышла удачна. Не знаю, почему она Вам так не нравилась! Вообще книга внешностью превзошла мои ожидания, за что приношу большущее спасибо виновникам сего, но внутри она не тово... Следовало бы кое-какие рассказы выбросить, а кое-какие починить. Цена несколько велика.

Денег нет, выработать лень. Пришлите мне полки для положения зубов. Но я сдержу слово: проленюсь май, а с 1-го июня засяду работать.

Погода у нас роскошна. Дни ясные, тихие, а ночи чёрт знает как хороши! Мужики жалуются, что дождя нет, и ходят по полю с иконами. Погода подозрительно хороша: очевидно, перед длинным и скучным ненастьем...

У меня много больных. Рахитические дети и старухи c сыпями. Есть 75-летняя старуха с рожей руки; боюсь, что придется иметь дело с рожистым воспалением клетчатки. Будут абсцессы, а резать старуху страшно...

Да, без писем скучно. На даче интересно получать письма. Скажите И. Грэку, что ему давно уже пора написать мне что-нибудь. Ведь я почти в ссылке, а la Юша, и живу пером, а la Джок.

Май хорош, но как скучно будет в августе! Предвкушаю осень, которая неизбежна.

Насчет Валаама решит судьба: если буду много печататься, то приеду, если же буду лениться, то путешествие не состоится. Во всяком случае могу приехать не раньше июля. Если приеду, то с сестрой. "Зашевелились", очевидно, материал для будущей книги. "Стукин и Хрустальников" мне так нравятся, что я даю их всем читать. Книга тем хороша, что в ней трактуется не об одном каком-нибудь банке, а вообще о банковских порядках на Руси. Это самая лучшая из всех Ваших книг. Впрочем, она в своем роде, и сравнивать ее с другими книгами нельзя.

Как у Вас сошло 9-е мая?

Кланяюсь Прасковье Никифоровне и Феде. А за сим, как водится это у порядочных людей, нужно дать Вам отдых и, перестав надоедать, пребыть уважающим

А. Чехов.

* во-первых (лат.)

179. Ф. О. ШЕХТЕЛЮ

27 мая 1886 г. Бабкино.

2 х 2 = 4.

Вчера я причинил Вам вред...

Я послал Вам посылку, за доставку которой Вы заплатите четвертак.

Пусть этот четвертак послужит штрафом за Ваше упорное, беззаконное, ничем не оправдываемое и безнравственное уклонение от поездки в Бабкино!!

Если не приедете на Троицу, то получите еще одну посылку. Стыдитесь!!

Если не приедете, то желаю Вам, чтобы у Вас на улице публично развязались тесемки у кальсон.

Николай не пьет... воды. Вообще - пхе! Ждущий и потолстевший

А. Чехов.

27 май*.

* Далее в автографе кем-то зачеркнуто несколько слов. См. примечания.

180. Н. А. ЛЕЙКИНУ

Июнь, не ранее 5, 1886 г. Бабкино.

Рукой Н. П. Чехова:

Многоуважаемый

Николай Александрович!

Посылаю Вам рисунок, более отделанный, чем предыдущий. Другой пошлю с завтрашней почтой, сегодня же послать нельзя, т. к. возница не ждет, хотя работы всего минут 10-15. Следующий рисунок тоже карандашный и изображает собою "Павловск", т. е. павловский вокзал, который я зачертил с натуры прошлым летом. Кстати, роясь в папке, я отыскал подпись для рисунка, данную мне редакцией "Осколков". Рисунок должен изображать двух прощающихся супругов на дебаркадере. Супруга удерживает мужа поцелуями и, после того как поезд ушел, начинает бранить его нещадно.

Если эта подпись не была у вас в ходу, то я изображу на нее хорошенький рисунок

т. е. Николай хочет просить прибавки за торшонные рисунки и не знает, как приступить. Советую выпить ему рюмку водки для храбрости и продолжать: