Тонкости эльфийской социологии - Татьяна Патрикова

– Значит, уже почти полноценный класс.

– Да, – она кивнула.

– Класс? – подал голос Камю.

– Выяснилось, что у нас тут учатся не только запрещенные расы, но и дети.

– В смысле, совсем юные…

– До двадцати пяти.

– Или до семидесяти, если для эльфов, – уточнила Мика.

– Даже эльфы есть? – искренне удивился Карл.

– Поэтому ты говорил о возрасте? – спросил Камю у Ира.

Тот кивнул, настороженно поглядывая на Микалаю. До меня только сейчас дошло, что формально он с тематикой своей диссертации относится именно к её факультету. И, судя по всему, своею расовую принадлежность перед ней он раскрывать не хочет. Надо срочно менять тему, и их всех по разным углам разводить.

– Слушайте, а, может мы… – начал я, но меня перебил Камю, обращаясь к Мике.

– Мне нравится ваша идея о магии темных. Действительно, столько лет живем бок о бок, а до сих пор мы их детей нашей магии учим, а они свою собственную от нас скрывают.

– Да ладно, – встрял я, не дав Мике ответить. – Вы не спрашиваете, вот и кажется, что скрывают.

– Хочешь сказать, что если леди Эльфир выйдет с предложением…

– Готов поспорить, что её поддержат. Можно у Софки с Варькой спросить.

– Не говори мне, что ты так сокращаешь обоих Владычиц…

– Не скажу. Но сокращаю, – хмыкнул я и повернулся к Мике. – На ваш факультет темные, наверное, и не поступают никогда.

– Мы долго не хотели их принимать даже после внесения их в список разрешенных рас, а когда на совете факультета было принято решение, что принимать их все же нужно, они сами к нам не пошли, – поведала она.

– Конечно, не пошли, – фыркнул я. – Но, судя по всему, ты так и не поняла, почему.

– Не поняла, – вскинув голову, холодно отрезала она.

– Вон, у Мурки спроси.

– Я у тебя спрашиваю, – даже не обернувшись к темному, бросила она.

И я ответил.

– Темные не злопамятные, они просто злые, а память у них сама по себе хорошая.

Я покосился на Мурку. Тот улыбался. Мика проследила направление моего взгляда.

– Значит, вы просто обиделись? – спросила она у него.

– Значит. Нам было не так-то просто решиться отправить наших детей сюда. В то время эти территории считались однозначно вражескими. А тут еще вы с вашими запретами.

Мика отвернулась. Ну да, мне бы тоже стало не по себе от таких откровений. Поэтому я уже собирался спросить, не пора ли нам всем развеяться и перекусить, но не успел. У меня так громко заурчало в желудке… На фоне общего молчания просто оглушительно. Я устыдился. А Ир, к тому же, гнусно захихикал, когда вперед всех усек, что это был за звук. Я уже возмутиться хотел, но мерцающий подскочил ко мне и безапелляционно схватил за руку.

– Пойдем. Ты ведь без обеда сегодня.

– Ты тоже, – буркнул я, все еще стесняясь.

– Да всем не мешало бы перекусить, – поддержал нас Мурка.

И, как ни странно, засобирались все. Собственно, в таком составе через портал Ира мы в столовую и прибыли. Но прежде чем я сумел сориентироваться в новой обстановке, за спиной услышал голос Славика, который, судя по всему, обращался к Карлу.

– Я думал, что из твоего кабинета глубинные порталы не прорубаются.

– Это ты ему скажи. Я даже уже не заикаюсь.

Я покосился на Ира, все еще придерживающего меня за локоть рядом с собой. Услышал ли? Судя по самодовольной ухмылке, услышал. Вот зараза гениальная, и как его только земля носит?

Карл Ви'Хольм

Я хотел себе приемного сына? Дохотелся. Теперь у меня их два, если так можно сказать. А почему, собственно, если? Да глядя на этих мальчишек, у меня волосы на затылке шевелиться начинают! Ну ладно, Андрей, в сущности, он не знает о нашем мире ничего. Это моя вина. Я видел в нем таких же временных работников, как те, что были до него, поэтому не сумел вовремя переключиться. Отсюда вся его неосведомленность о реалиях нашего мира, в которые я его должен был посвятить. Но Ир! Ир-то куда смотрит все время? Хотя, о чем это я? Понятно куда он смотрит, точнее, на кого. Спелись мои мальчики, так спелись, что я уже не знаю, куда от их кипучей деятельности деваться. Но то, с какой скоростью Андрей набирает себе в товарищи все новых и новых адептов, пугает. И в то же время, как бы парадоксально это не звучало, вдохновляет.

С одной стороны, я боюсь за них, за свой университет, за дело всей моей жизни, с другой, не могу нарадоваться. Андрей, как талантливейший из лекарей, вскрывает скальпелем один гнойный нарыв за другим. Одна беда, что я, наблюдая все это со стороны, боюсь, что та скорость, с которой он все это делает, и то легкомыслие, которое демонстрирует при этом, в самом скором времени могут привести не к чему-нибудь, а к повсеместному заражению крови. Но пока, в чем я очередной раз убедился в своем кабинете, все ему сходит с рук.

Теперь немного о совместном ужине. Признаться, никто из нас не подозревал, что он превратится в столь масштабное событие. Обычно, в столовой, как и в гостевых комнатах учительского крыла, как и везде в нашем университете, присутствует четкое деление на светлых и темных, и сочувствующих тем или другим. Но, пока мы беседовали в моем кабинете, колокольчики в компании своих родителей уже успели обосноваться в столовой, и облюбовали один стол на всех. То есть, не поделившись традиционно для всех классов на два стола. Напротив, они соединили несколько столов поменьше в один большой и вольготно расположились у северной стены.

Мы же, как относящиеся к преподавательскому составу, должны были уйти на места для преподавателей, но за общий стол, не успели мы выйти из портала, нас пригласила лично Первая Леди Дома Рим-Доль. Разве хоть кто-то мог ей отказать? Даже Камюэль благосклонно принял приглашение и был тут же усажен между двумя владычицами, как там Андрей их прозвал? – Софка и Варька, наверное, если я правильно помню русские имена, это Софи, от Софии, и Варя от Варвары. Да, в изобретательности этому молодому человеку не откажешь.

В общем, ужин прошел бурно. В обсуждениях предстоящих подвигов на Арене, моем разговоре с Микой, которая еще раз в более сдержанных и взвешенных выражениях повторила для меня теорию Андрея о причинах, которые побудили её ухватиться за его тягу к нововведениям. Признаться, её доводы мне были куда понятнее, несмотря на то, что Андрей в своей непринужденной манере и без того достаточно прямо разъяснил нам всем, что к чему.

Потом меня отвлекли. К нашему столу подошла неизвестная мне темная Владычица, и Леди Рим-Доль встала ей навстречу. Она подвела её к Тарэлю Барсиму, который сидел между Мурзясом и Корешелем (последний присоединился к нам чуть позже). Как потом выяснилось, это была леди Игр-Фагур и с Тарэлем они обсуждали межвидовое скрещивание кошек илитири с кошками земли. Причем, вспоминая, как в какой-то момент вытянулось лицо светлого командора, такой постановки вопроса от темной он никак не ожидал. Зато меня, стоило мне об этом только услышать, этот вопрос тоже весьма заинтересовал. Но в тот момент я еще не знал, что они там обсуждали, поэтому не вмешивался.