Время теней - Андрей Павлухин

В начале войны.

Третий шаг. Его нога погружается в упругую траву. Газон. Парковый сектор Карфагена.

То была последняя демонстрация силы Мегиона. И последний визит Шану на Землю. Через двадцать три года он прыгнул в ничто на скоростном рейдере, оснащенном новейшей моделью гипердвигателя, средствами защиты и нападения. Но пробиться сквозь Фронт не смог.

Смог лишь безучастно наблюдать за высокотехнологичным адом.

Потом пошел снег.

Цифровой ирландский снег. Замороженные чувства внутри, заторможенный кошмар снаружи.

18

Границы трюма, затерянные во мгле. Выпуклая лампа освещает клочок пространства, где собрались пленники. Пол покрыт упругим пористым материалом. Тут же стоит коробка синтезатора.

Торговцы, которые привели их сюда, слились с сумраком. Рик последовал за ними и напоролся на силовую трубу – опрокинутый цилиндр в два человеческих роста, направленный поток частиц… Рик двинулся вдоль трубы. Она начиналась сразу от пола, дальше – ничего. Аморфность, смутные тени. Затем Рик уперся в стену. В стене зияло отверстие шахты, куда и текла энергия. Здесь происходило нечто вроде очистки. Отверстие, затянутое фильтрующей пленкой, непрестанно вспыхивало, разгоняя окружающую серость. Гипнотический ритм вспышек… В их свете Рик увидел, что шагах в двадцати за трубой тоже есть стена. Но не гладкая, а с выступами и нишами, торчащими штырями и люками, затянутыми решеткой – нагромождение несуразностей. Стена на самом деле не была стеной, а скорее валом, вздыбленным подобно титаническому эскалатору. Или колесу огромной мельницы. Водопад наоборот… Или рабочая часть ускорителя. От стены на пределе слышимости исходил гул. Рик зашагал в противоположном направлении, пока не достиг сегмента корабельной обшивки. После этого он вернулся к остальным.

Рик думал. Без сомнения, он попал сюда по вине Шану и Мелиссы. Они – другие. За такими охотятся. Хорак, Командор Объединенного Космофлота. А на него, в свою очередь, работают люди, подобные Джерару.

Вдобавок непонятно, что делать с этим дикарем.

Все сводится к тому, что мы рабы, сказал себе Рик. Других продадут, а тебя могут попросту выбросить. Как мусор.

– Мы летим на Зарин, – осенило Рика.

– Это еще почему? – вскинулся Шану.

Их четверка сгрудилась вокруг синтезатора. Раулю вкратце объяснили, где он находится, но фол-нар, кажется, свихнулся. Побродив по трюму, он опустился на колени и принялся читать лунную молитву. Потом уснул.

– На Зарине-6 торгуют живым товаром, – пояснил Рик.

Шану покачал головой.

– Джерар не долетит до Зарина. Кое-кто ищет «Астарту».

Рик был озадачен.

– Кто?

– Вольники.

Все, кроме спящего фолнара, посмотрели на Мелиссу. Последняя реплика принадлежала ей.

– Ты слушаешь космос, – палец Рика обвиняюще уткнулся в девушку. – Как эти долбаные тагоряне.

Он перевел взгляд на Шану.

– Вольники… Но мы в гипере. Здесь Джерару не страшны вольники.

Шану не ответил.

Некоторое время Рик лежал с закрытыми глазами. В нормальной вселенной проносились парсеки, целые сонмы миров. Будущего нет. В лучшем случае, если ему удастся бежать, он все равно не сможет выполнить обязательства. На Бетельгейзе его объявят вне закона.

Что-то изменилось.

Рик открыл глаза.

Корпус тюрьмы сделался прозрачным. Серая муть, бывшая реальностью, завилась спиралью, образуя проход. Корабль вынырнул в космос. Их окутали звездные поля, но ярче всех солнц светил Толиман.

Давным-давно Иппириас лишился озонового слоя. Небо застлала пелена Фильтра, отсеивающего жесткое излучение. Переливающийся всеми цветами спектра огненный потолок, повисший над грязными трущобами Параны, изредка колыхался, как водная гладь, пропуская через себя звездолеты. Когда город оказывался на ночной стороне планеты, Фильтр переключался в иной режим, и мрак накрывал кварталы. По ночам Парана становилась опасной, в кривых улицах сновал всякий сброд, мутные и механические отбросы, каким-то чудом добившиеся равных прав с людьми…

Мелисса морщилась, обходя зловонные лужи и груды мусора, наваленные прямо на мостовой. Из темных подворотен доносились визги и всхлипы, некое шевеление.

– Все звезды такие? – спросил Рауль.

– К счастью нет, мой мальчик, – ответил Шану, идущий рядом с фолнаром.

– Звезды – это солнца, – добавил Рик. – А мы на планете.

– Отра – планета?

– Да.

Джерар неторопливо шагал позади всех. Он был одет в длинное серое пальто. Бронированное, как предполагал Рик. Торговец молчал и держал руки в карманах. У него был парализатор, Рик это знал. В отдалении маячили тени наемников – головачей высокого класса, как объяснил Джерар. Подготовился. Что ему могло понадобиться в дыре, подобной Иппириасу?

Шану ждал инструкций от Мегиона.

Хозяева покинули его.

У Джерара намечается сделка.

Фраза, произнесенная девушкой, отчетливо прозвучала в сознании. Шану не был к этому готов и инстинктивно выставил блок. И тут же снял его, поняв, с кем говорит.

В Паране? Не слишком удачное место.

Согласна.

Это связано с нами?

Не думаю. Впрочем… Он частично экранирует мысли. По-моему, это связано с «Астартой». Некий артефакт, недостающая деталь корабля.

– Стойте, – приказал Джерар.

На правой стороне улицы высилось здание из красного кирпича Оно не имело окон. Только дверь – металлическую, с облупившейся синей краской.

Вошли.

Рик сразу узнал один из местных притонов – бар «Ксюша». За стойкой привычно хозяйничал старый контрабандист Алексеич.

Джерар направился в дальний угол.

Тихо играла музыка. Вмурованный в потолок вентилятор поднимал в центре бара маленький ветерок.

Сели на пластиковые стулья.

Джерар упорно молчал.

Рядом вольник, – сообщила Мелисса.

Где?

Через дорогу. Я могу с ним связаться.

И?

Сдам Джерара. Под шумок захватим «Астарту».

Шану не колебался.

Действуй.

Поведение торговца казалось нелогичным. Зачем брать с собой пленников, если намеченные переговоры не имеют к ним отношения? Или – предусмотрены две встречи? В разное время? Со скупщиком Хорака, например…

Прошло минут пять, и Шану увидел приземистый силуэт, двигающийся к их столику. Силуэт превратился в девонца, одетого в бурую хламиду, украшенную стальными пластинами на плечах и груди. Крохотная голова единственным глазом недоверчиво уставилась на спутников Джерара.

– Ти-эй-майя хот, – сказал капитан.

– То! – девонец подсел к ним.

Рик тронул Мелиссу за локоть.

Тебе знаком этот язык?

Я могу… считывать напрямую. Сопутствующие символы. Извини, объяснить сложно.

Переводи.

– Анно ша вээ уйя, – сказал Джерар.

– Зиайла, – отрывисто бросил девонец.

Предмет при тебе? – Да. – Достань его. – Хорошо.

Девонец извлек из складок хламиды тускло поблескивающий цилиндрик размером с ладонь. Джерар протянул руку и взял его.

Дальнейший диалог Мелисса переводила синхронно.

– Совместимость с любой навигационной системой, – сказал девонец. – Точность корректировки стопроцентная. Ты должен представлять, землянин, насколько высока цена. Я продаю его тебе лишь из страха перед Космофлотом.

– У меня достаточно денег, – заверил Джерар. – Назови сумму.

Чужой назвал.

Глаза Рика округлились.

– Можно купить эскадру звездолетов, – буркнул Джерар.

– Покупай. Ни один из них не вынырнет из гипера идеально. Без корректора.

Рик припомнил некоторые легенды. Корабли, выпрыгивающие прямо на орбиту заданной планеты. Или – на плиты астропорта. Совершенство в навигации. Корректор.

– Согласен, – сказал Джерар.

Еще бы.

Они рассчитались тут же – при помощи карманного ридера и обычной кредитной карты.

Девонец слился с безликой утробой бара.

Просидели еще около часа, но больше никто не пришел. Джерар с разочарованным видом повел их обратно – хлюпающими, воняющими полуночными улицами.

– Почему не стартуем?

На обзорных экранах за размытыми контурами звездолетов распростерлись неоновые реки Параны. Агент Хорака не появился. Либо федералы перестали интересоваться Шану, либо… им ЧТО-ТО помешало. Серьезная причина.

– Ночью запрещены старты, – Иванцевич устало вздохнул. – Диспетчеры Иппириаса устарели.

Джерар хмыкнул. Конечно. Диспетчеры-люди. Как в первобытных аэропортах. Впрочем, и тогда самолеты летали по ночам. Взлетали и совершали посадки. Абсурд.

– Переправимся на дневную сторону, – предложил он.