Нерешенная задача - Елена Валентиновна Муравьева

тяжело разочарование, а как же дальше, как завтра собрать силы и продолжать жить с тем, что человек которого ты любишь, живет с другой и он тебя отверг! Такая путаница в голове, в чувствах, она поняла, что чтобы она сейчас в эмоциях не говорила, это только пустые слова и надо с этим поскорее покончить и может быть скоро за многое ей станет стыдно. Вот только надо разрешить для себя последний вопрос.

— Мне выйти за графа? Чтобы, как и вам, поуютней устроиться в жизни? Если нет смысла в любви — как вы считаете, значит надо приспосабливаться к обстоятельствам? — этими словами она унижала его, вероятнее и в ней жил этот женский эгоизм, что ей так хочется хотя бы словами причинить боль тому, кто причинил её ей. Если бы еще не давно шальная мысль могла бы закрасться ей в голову, что она способна это произносить, да еще кому, в лицо человеку, который для неё был совершенен во всем и где-то даже недосягаем! Она не поверила бы.

И тут резко и решительно бросилась к нему. По щекам текли горючие слезы. Но слова слетели с языка вызывающе:

— Князь, мне выйти замуж за графа? Скажите мне! Прямо скажите!

Да, в его глазах было много муки и тоски. Она кулачком стукнула его по груди:

— Скажите! Так будет лучше?! И удобнее?!

— Да, Анни. Так будет лучше для тебя — твердо произнес он.

Она еще раз в порыве стукнула его кулачком по груди.

— Да будет так! — и стремительно запрыгнула в седло. — Ангел, прочь отсюда. О, дева Мария, она сейчас закроется одеялом и завоет от боли! Такая боль! Такая душевная боль! А он просто трус, приспособленец! О, дева Мария! Будь он проклят! — И Ангел понес её домой с большой скоростью. Князь даже не попытался остановить, догнать. У него тоже не было сил. Стена, которую он мысленно выстроил себе для того, чтобы ничего не изменить в жизни, сейчас обрушилась на него, и он стоял опустошенный. Обстоятельства пошли не так, как ему хотелось. Анни оказалась намного эмоциональнее и максимально прямолинейна, ему все виделось проще! О…сколько в этом мире женщин мечтало стать его любовницей! Но Анни, почему нет! Чем ей это навредило бы? Кто узнал бы? Деньги, образование, он все обеспечил бы. Рядом с ним взрослела бы и училась невероятно покоряющему искусству наслаждения.

ГЛАВА 25

Все происходящие события за последнюю неделю обескровили Анни. В институт её вернули. И как-то один раз, в перерыве между лекциями, у неё возник разговор с Игн. Сидя на подоконнике и прижав голову к окну, она неожиданно задала ему такой вопрос. — Ты же читал рукописи Карла Маркса и Фридриха Энгельса? О чем они? Так опасны для всех?

Игн оживился:

— А хочешь почитать? Ты поймешь.

Она отрицательно покачала головой. Ей было не до этого. Друг заметил, что она осунулась, поникла.

— Эта книга рассказывает, что для людей самый приемлемый и прогрессивный строй, в котором они могли бы жить счастливо, это коммунизм. Но для установления этого строя, должны назреть предпосылки. Но этот строй возможно установить только путем революции, потому что ни один правящий класс не отдаст свою власть добровольно. Потерять свое богатство и власть никто не хочет. Но пока есть богачи и власть в их руках, равенства между людьми никогда не будет, всегда будут существовать голод и нищета, болезни и унижения.

Анни слушала и слушала внимательно, только огонька в её глазах так и не вспыхнуло. Не это её сейчас волновало больше всего.

— А разве могут быть равны люди все?

— Могут. Эти богачи жируют благодаря труду рабочих, рабочий класс создает их блага, но они имеют все, а тот, кто создает это благо, выживают. Но, я тебе рассказываю это все так утрированно, надо читать.

— Да, это так — тихо сказала Анни. — Но разве можно достичь равенства и счастья, путем насилия?

— Революции, — пояснил Игн.

— Революции? Это же не логично.

— Ну, да. Только разве можно по-другому? Ты же учила историю. На протяжении всего существования жизни на земле существовали войны, революции. Восстания рабов — помнишь, мы изучали. Восстание Спартака. По-моему, люди, вообще никогда не умели договариваться друг с другом. Даже в своих собственных семьях!

Анни вздохнула. У неё в душе давно поселился ком слез, и жизнь как-то потеряла свои краски. Стало все вокруг уныло. Силясь выкинуть произошедшие события из головы, потому что она перебирала и пересматривала их снова и снова, от этого уставала и растрачивала впустую свою энергию. Погрузившись в учебу, она не находила в этом успокоения и отрады. И запоминаться и заучиваться все стало с таким трудом. Ничего не попадало в голову, но зато память вновь и вновь переносила её в тот значимый вечер для неё. И как только она возвращалась туда, ком слез внутри начинал шевелиться и грозился взорваться потоком слез. Но не могла же она навечно закрыться у себя в комнате и все горевать. Необходимо было дальше жить, общаться с людьми и учиться. Она закрылась как ежик колючками от мира и теперь его воспринимала в прострации.

Она подобрала свою сумку и направилась в аудиторию на лекцию. Но по дороге она сказала своему другу такие слова:

— Скажи мне, неужели жизнь человека ничего не стоит и её можно так, одним махом руки перечеркнуть из-за чего-то: ревности, злости, обиды, неприязни? И так быстро и легко! Да… они могут себе позволить все! Как мы беззащитны!

— Ты о чем Анни? — спросил Игн.

— Да, неважно. Пойдем.

Она дала согласие графу выйти замуж. Она не знала, что творилось у графа дома, когда его родной отпрыск узнал эту новость. Он впал в такую ярость, что слугам даже было приказано закрыть его в комнате. Он рвался и испускал ругательства, он метался по комнате из угла в угол. Он не верил и не мог принять это событие. Безродная девчонка войдет в этот дом, где когда-то хозяйничала его мать! Высокородная леди! Она будет распоряжаться их слугами, деньгами отца, она сядет за