Огюст Монферран - Ольга Чеканова

1. Планы, фасады и разрезы частей старого собора, вошедших в здание нового и новых построек, исполненных разными цветами так, чтобы можно было проследить все этапы постройки по годам с 1818 по 1842.

2. Краткое описание последовательного хода работ.

3. Точные календарные даты замеченных явлений оседания и описание этих явлений.

Получив эти три документа, Комитет тщательно и по несколько раз обследовал все части собора от фундамента до креста в верхнем куполе. Собрав все необходимые сведения и внимательно исследовав незначительное расстройство швов каменной кладки, которое кое-где имеет место так же, как и трещины, все незначительные, у швов мраморной облицовки, а также исследовав почти незаметные искривления горизонтальных швов этой облицовки, причинившее небольшие повреждения в гранях мраморных камней, Комитет нашел, что эти явления оседания не могут внушать никаких опасений за прочность здания собора по следующим соображениям:

1. В результате обследования всех частей собора найдено, что фундаменты, стены, пилоны, своды и арки находятся в том же состоянии, как и сейчас же после их возведения.

2. Незначительные повреждения мраморной облицовки, легко исправимые, объясняются только неравномерным давлением кирпичной кладки, вызванным не одинаковым всюду весом стен и надстроек.

3. Во всех больших зданиях, у которых отдельные части не одинаковы по весу и у которых облицовка сделана одновременно с сооружением стен, невозможно избежать, чтобы облицовка не пострадала. Известно, что прочность собора Св. Петра в Риме и многих других зданий нисколько не пострадала, даже на протяжении нескольких веков, от трещин, которые появлялись в облицовке.

4. Смещения, наблюдавшиеся в каменной кладке и мраморной облицовке собора, по большей части уже много лет как исправлены и с тех пор дальнейших изменений не претерпели; отсюда можно заключить с полной вероятностью, что если обнаружатся новые явления смещений, они будут еще менее значительными, хотя бы собор еще даже не полностью осел.

Что касается колонн портиков, Комитет обследовал их особенно внимательно. Комитет полагает, что:

1. Сами колонны не изменили своего вертикального положения, а наклонились к центру здания их фундаменты; поэтому образовалась щель между стержнем колонны и базой, последовавшей за фундаментом.

После того, как щели были заполнены бронзовыми прокладками, колонны приобрели достаточную опору.

2. Нарушение горизонтальности фундамента, а именно наклон его к центру здания, объясняется весом частей здания, опирающихся на фундамент.

3. Это смещение фундамента произошло вследствие уплотнения цемента и извести в кладке, что подтверждается отсутствием смещения у баз колоннады восточного портика, которые лежат на старых фундаментах и нисколько не отклонились от горизонтальности.

4. Исправления, сделанные несколько лет тому назад в кладке и мраморной облицовке стен собора, до сих пор не нарушились. Это показывает, что оседание собора, по-видимому, закончилось. Если бы было иначе, грани камней облицовки начали бы крошиться, ибо они так точно пригнаны друг к другу, что даже еле заметны. Отсюда можно с полным правом заключить, что впредь колонны не будут больше подвергаться смещениям.

5. Если даже предположить, что наклон горизонтальной поверхности основания колонн больше, чем оседание самого здания собора, то все же колонны не могут отделиться от портиков вследствие мощных железных связей, которые скрепляют их со стенами и обеспечивают их прочность. Вследствие всех изложенных соображений и после тщательного обследования всей постройки, Комитет заявляет, что он не усматривает оснований опасаться за прочность портиков Исаакиевского собора. Тем не менее, чтобы еще больше подкрепить эту уверенность, Комитет считает нужным еще ряд лет продолжать наблюдения весной и осенью над явлениями, обычно сопутствующими таким крупным сооружениям.

Наконец, Комитет считает своим долгом заявить, что не существует здания такого масштаба, как Исаакиевский собор, которое обнаруживало бы так мало оседания и так много доказательств своей незыблемости. Комитет считает, что своей солидностью собор обязан совершенству строительных приемов, тщательному выбору высококачественных материалов, тщательной их обработке и, наконец, продуманной последовательности всех стадий постройки“».

«…Несмотря на нашу страсть к античной архитектуре, наш художественный вкус неизбежно отражает религиозные взгляды. Поэтому проектирование православной церкви в духе Парфенона нам показалось бы извращением. Когда первые христиане превращали языческие храмы в церкви, им редко удавалось хорошо сочетать с ними необходимые колокольни и всегда получалась только новая пристройка к старому зданию. Позже те из строителей, которые хотели воспроизвести античные храмы для прославления нашей святой религии, должны были, чтобы выдержать стиль образца, всячески маскировать колокольни. Нужно признать, как общее правило, что каждая страна имеет церковное зодчество, свойственное только ее храмам или только ее религии. Стараться уйти от этих образцов под предлогом создать лучшее, подражая римским и греческим храмам, это значило бы потерять художественное чутье, изменить религиозному чувству и повернуть к язычеству. Среди колоколен различаются вытянутые в вышину постройки на самой церкви, это собственно колокольни, шпили и т. д. Другие, входящие только в фасад церкви, похожи на четырехугольные или круглые башни и назначены обычно для тяжелых колоколов. Наконец, третий тип колоколен часто встречается в Италии: мы говорим о кампаниллах, колокольнях, совершенно отделенных от здания самой церкви.

Колокола Исаакиевского собора висят в четырех башенках двух главных фасадов. Башенки в плане представляют четырехугольники; две стороны имеют по 4 саж. 2 аршина и две других по 3 саж. 11 вершков. Высота башенок от земли до верхушки креста 25 саж. 1 арш. или 177 футов 3 дюйма. По общей форме башенки напоминают Кампаниллы и поэтому в дальнейшем изложении мы сохраняем за ними последнее название.

Четыре Кампаниллы собора, вместе с куполом, образуют пирамидальный ансамбль. Как строительная комбинация весьма солидной постройки, кампаниллы помогают сводам боковых нефов противостоять давлению купола, передающемуся на них через арки и паруса. Кампаниллы так же, как купола, опираются на гранитную кладку, опущенную так же глубоко, как и остальные фундаменты. Поставленные на стенах, они составляют как бы одну композицию с портиками и, как нам кажется, удачную, т. к. очень подчеркивают гигантские пропорции последних. До высоты аттика кампаниллы сложены из гранита, кирпича и мрамора. Две из них имеют в цоколе сводчатые отапливаемые помещения для сторожей. Над этими комнатами возвышаются арки с железными связями, увеличивающими их прочность. Внутри двух других кампанилл устроены винтовые лестницы, марши которых составляют кольцевинтовой свод, опирающийся на центральный столб. Эти лестницы, сделанные из серого сердобольского гранита, имеют диаметр 5 аршин 12 вершков; они ведут в подземные коридоры, в верхние части здания и кончаются в круговых служебных коридорах. Сводчатые коридоры вымощены плитами и облицованы по стенам тесаным камнем. В коридорах установлены двадцать амосовских печей для отопления собора и чтобы создавать в коридорах движение воздуха».

«…Колоколов всего 11. Самый большой повешен в правой кампанилле северного портика: его вес составляет 1800 пудов, а диаметр 4 аршина 11 вершков Этот колокол украшен пятью медальонами с портретами Петра I, Екатерины II, Павла I, Александра I и Николая I. Колокола отлиты из старинных медных монет, вышедших из обращения; в сплав было добавлено много золота и серебра, что очень увеличивает их стоимость. Самый большой колокол украшен церковно-славянской надписью и изображением Св. Исаакия.

Следующий по величине колокол висит на левой кампанилле того же северного портика. Диаметр его четыре аршина, а вес 1000 пудов. На нем помещены изображения четырех евангелистов: св. Матвея, св. Марка, св. Луки и св. Иоанна. Третий колокол висит в правой кампанилле южного портика: его диаметр 4 аршина, а вес 600 пудов. На этом колоколе находятся изображения московских митрополитов: Алексея, Петра, Иона и Филиппа. На четвертой кампанилле висят восемь остальных колоколов разных диаметров от 10, ½ вершков до 2-х аршин 15 вершков. На самом большом из них находятся портреты св. Владимира, св. Александра Невского, св. Сергия Радонежского, св. Исаакия. Общий вес этих восьми колоколов составляет 771,5 пудов, вес всех одиннадцати колоколов составляет 4071,5 пудов или 162 860 фунтов. Все колокола были отлиты в СП-бурге искусным мастером из Валдая Иваном Макаровичем Стуколкиным; они превосходной работы и все одинаковы по форме…».