Лия Брайнс – профессор магзоологии. - Дроздова Александра

– Отнеси мои вещи. Таскать тяжести в моем договоре не указано.

С гордо поднятой головой и уверенной походкой (надеюсь, так и было,) я прошла мимо бесстыдного аристократа. С этой минуты он был занесен в «черный список».

Серхио собственноручно забрал мой рюкзак, а Сеймур перехватил меня, зацепив за локоток, и тихо и горестно спросил:

– Как же так, Лия?

Сеймур сразу отпустил меня, ответ ему не требовался, и он куда-то ушел, оставив меня одну. Я осталась стоять посреди палубы дирижабля потерянной, огорченной и испуганной. Совершенно не ожидала такого со стороны аристократа. А главное, я никак не могла понять, зачем вся эта загадочность и настойчивое желание заполучить меня в экспедицию, ведь без моего ума есть достойные знатоки в области магЗоологии. Почему именно я?

Вот тебе и двойное аристократское дно – получу, что хочу, любой ценой. С чего я вдруг решила, что со мной Серхио будет вести себя по-другому? Удручающее заблуждение, но я умею учиться на своих ошибках, и другого поведения от сэра Кроуэлла ждать себе не позволю.

Встретивший меня на своем пути крепкий мужчина в годах, в безупречной синей форме команды дирижабля, вежливо поприветствовал меня и предложил проводить в мою каюту. Я согласилась кивком головы и проследовала за ним на нижнюю палубу, не задаваясь вопросом, откуда ему известно, какая из кают моя.

Погрузившись в себя, я так и не удосужилась спросить у проводника его имя и какую вахту он нес на корабле.

На «Стремительном» было несколько уровней. Самый нижний был отдан под хозяйственные нужды и котельную. Числился этот уровень нулевым, туда вход был возможен только для команды дирижабля, а для остальных – строго воспрещен, так как любое вмешательство в работу летательного аппарата могло привести к трагическим последствиям, и любое вторжение в механизм полета пресекалось.

На первом уровне располагались маленькие каюты для экипажа дирижабля, общая столовая и кухня, где хозяйничал дирижабельный кок.

Моя каюта была на самом верхнем уровне – на втором, где было несколько более просторных комнат для членов экспедиции и каюта капитана судна рядом с рулевой. Дирижабль «Стремительный» был не таким уж и большим летающим аппаратом, в нем было оборудовано всего две рулевые комнаты, в которых творили свою магию члены команды дирижабля с отпечатком воздуха. В их задачу входило следить за курсом движения дирижабля, влиять воздушными потоками на направляющие и поддерживать движение летательного аппарата. На их плечах лежала большая часть работы и все остальные ухищрения: теплый воздух, шар – для облегчения деятельности воздушных специалистов, легкости передвижения и маневренности дирижабля.

Команда воздушного экипажа не могла не покорять сердца своей доблестью и храбростью, и я уже заранее была ими покорена, безмерно благодарна. Мне, признаться, очень хотелось побывать в рулевых, увидеть работу высочайших специалистов и познать все из первоисточника. Да, такая тяга к знаниям была мне свойственна и, как выяснилось, таила в себе опасность, но, боюсь, меня это не способно остановить.

Я осталась одна посреди маленькой комнатки, рассчитанной на одного. Почти все место в ней занимала застеленная покрывалом одноместная кровать и небольшой платяной шкаф. Но самое приятное в каютах на верхнем уровне было в том, что они снабжены большими выпуклыми круглыми иллюминаторами. Пока дирижабль пришвартован и легонько дрейфовал по воздуху, мне было видно сам Причал и часть внешней стены соседнего дирижабля. Сложно было представить, какие виды мне откроются, как только дирижабль отправится в полет, но в том, что они будут невероятные и неземные, я была уверенна.

Внезапно раздался стук, и без разрешения в отведенную для меня каюту протиснулся Серхио с моим тяжеленным рюкзаком, Сеймур возвышался за спиной аристократа, но протискиваться в маленькое пространство не стал, а остался стоять в дверном проеме.

– Размещайся, Лия! Я скоро вернусь, – бросил мне замечательный аристократический манипулятор и удалился, вместе с угрюмым сопроводителем научных деятелей. Вероятно, чтобы дать команду взлета и оставить меня без столь необходимых знаний.

Время отсутствия основателя экспедиции я потратила с пользой. Я выпустила Лазура, чтобы он обосновался на новом месте, и попросила временно не покидать стены этой комнаты. Эксперимент по восприятию человеческой речи во всю продолжался и некоторые удивительные выводы уже были мною записаны.

Я успела еще разобрать и разложить вещи на полки в шкаф, которые могут понадобиться, оставив в рюкзаке то, что не потребуется. Затем я уселась на постель ожидать своего нанимателя с подробностями. Пока я ждала, мы вместе с Драконовидной Ящерицей, когда-то потерявшей крылья, смотрели в иллюминатор.

Раздался гул, дирижабль ощутимо качнулся, и движение началось. Причал начал отдаляться, за ним – Верфь и весь Гордон. Крыши блестели от яркого солнца, а небо казалось настолько голубым, что напоминало мое родное Кобальтовое море. Вид завораживал. «Стремительный» продолжал набирать высоту.

Когда редкие облака стали преследовать дирижабль, словно дельфины, провожающие корабль в морских волнах, тогда в комнату без стука вошел сэр Кроуэлл. Судя по каменному выражению его лица, он пребывал не в самом благополучном настроении. За ним следовал улыбающийся Гровейнец, который, как и в прошлый раз, остался стоять в дверях каюты.