Под маской улыбки (ЛП) - Лак Оливия

Я смотрю в окно, затерявшись в успокаивающем движении волн, разбивающихся о берег, когда рядом с моим отражением появляется Адриана.

— Как себя чувствуешь? — тихо спрашивает она.

Очень правильный вопрос, учитывая, что мои эмоции сумбурны. В одно мгновение я полна надежд и возможностей, а в другое — меня пробивает холодный пот от мысли, что Дэвид может послать за мной. И в конце концов, меня поглощает меланхолия от мыслей о сыне.

— Полной благодарности за твою дружбу, — честно отвечаю ей.

— У нас с тобой будто сестринство, — произносит она. — Не миленькое розовое университетское сестринство, но связь определенно есть.

— Однажды, набравшись сил, я хочу сделать для кого-нибудь то, что ты сделала для меня, — тихо отвечаю я. — Потому что понятия не имею, где была бы или как бы выжила без тебя.

— Ты бы справилась, дорогая. Я точно знаю.

После рассказа за ужином, мы с Адрианой не обсуждали случившееся. Должно быть, Алек тогда отнёс меня в кровать, потому что я проснулась десять часов спустя под роскошным одеялом, чувствуя себя как никогда прежде отдохнувшей. Мне не стыдно за срыв. Мне было необходимо высвободить то, что нарастало внутри.

— Ну что, готова? — спрашивает Адриана, смахивая слезу с глаз ухоженной рукой.

Я притворяюсь, что не заметила, как на неё влияют мои слова. Вместо этого слабо улыбнулась:

— Как никогда.

Офис «Линдсэй, Смит и Кохейн» находится всего в двух кварталах от места, где я буду жить в течение неопределенного будущего. Это, наверное, к лучшему, учитывая, что мне придётся часто здесь бывать ближайшие несколько недель. Я нервничаю. Я не знаю, что случится на этой первой встрече с адвокатом. Какие секреты он раскроет? И чем придётся поделиться мне?

— Спасибо, что пошла со мной. — Я беру Адриану за руку, надеясь, что она не замечает, как у меня потеют ладони. Она откидывает блестящие иссиня-чёрные волосы на спину, когда смотрит на меня с успокаивающей улыбкой.

— Рада, что ты попросила. У нас же сестринство, помнишь?

Отпустив её, я провожу руками по чёрному платью-рубашке, которое выбрала для встречи.

— Да. Хорошо. Сделаем это. — В ухоженном лобби лежит плюшевый ковёр и стоит большой кленовый стол администратора. — Здравствуйте. — Я неуверенно улыбаюсь женщине средних лет. В сшитом на заказ костюме и с аккуратной причёской она выглядит спокойно и профессионально. — Каролина Морган. У меня встреча с Джаредом Кохейном.

— Я сообщу мистеру Кохейну, что вы пришли, милочка. Хотите что-нибудь выпить? Миссис Мартинес? — Очевидно, эти две женщины знакомы, судя по тому, как они обмениваются любезностями, пока мы ждём. Скоро появляется мужчина лет сорока пяти. Излучаемая им харизма мгновенно наполняет меня уверенностью. Он решительно пересекает комнату, а подойдя к Адриане, лучезарно улыбается.

— Джаред Кохейн. — Он пожимает руку крепко, но не высокомерно.

— Каролина. — Неожиданно, я не хочу называться Морган. Я вообще хочу перестать быть Морган, если это возможно.

— Приятно познакомиться, — любезно отвечает он, словно встреча проходит при обычных обстоятельствах. Его взгляд не задерживается на бледном синяке, который не до конца скрывает тональная основа. Частичка меня расслабляется, и я улыбаюсь в ответ.

— Дамы, пройдёмте.

Джаред ведёт нас в небольшой конференц-зал с матовыми стёклами, скрывающими нас от проходящих мимо кабинета людей. Там стоит круглый стол с четырьмя стульями. Джаред во второй раз предлагает напитки. Когда мы обе отказываемся, его любезность испаряется.

— Я примерно представляю, что вы хотите обсудить, — начинает он, смакуя слова. — Мне известно про судебное разбирательство над «Морган Файненшл» и Дэвидом Морганом. Когда вы представились, я не мог не заметить, что вы не назвали фамилию. Простите за прямой вопрос, но есть ли на это причина, Каролина?

Кроткий отрывистый голос Джареда Кохейна напоминает мне персонажа из телешоу Аарона Соркина. Я всегда считала его персонажей умными. Я ещё немного расслабляюсь.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Учитывая, что он нанял двух мужиков, чтобы связать меня, избить и убить, скажу так — я больше не хочу быть женой Дэвида Моргана.

Джаред хмурится и сводит брови. Сидя рядом со мной, Адриана охает от беспечности моего описания. Я слабо пожимаю плечами.

— Я была замужем за жестоким человеком, и давно должна была с ним развестись. Нет смысла оглядываться назад. Моё будущее впереди. Где подписать, чтобы перейти к делу?

Джаред поясняет условия деловых отношений, и я быстро соглашаюсь. Если Адриана и Гектор доверяют ему семью, значит, я с ним в безопасности.

«Алек не позволил бы тебе совершить ошибку», — раздаётся тихий голос в подсознании. Я не хочу вспоминать его предупреждение перед свадьбой с Дэвидом. Оно словно сверкающее напоминание о моём упрямом характере.

— Прежде чем мы начнём, скажите, вы подписывали брачный договор? — спрашивает Джаред.

— Оглядываясь назад, кажется странным, но он не просил меня ничего подписать. — Я пожимаю плечами.

— Вероятно, считал себя неуязвимым, — размышляет Джаред.

— Ха! — Адриана прикрывает рот от нетипичного для неё восклицания. Я не оцениваю шутку, потому что едва не стала жертвой его мании величия.

— Сначала взглянем на ваши общие активы и определим ваши условия. Я свяжусь с государственными следователями, чтобы узнать, какие обвинения выдвинуты против Дэвида, — поясняет Джаред.

— Мне ничего не нужно, — тут же отвечаю я. — Он может оставить себе всё. Мне ничто не принадлежит, да и я сомневаюсь, что у него много денег осталось. Впервые я услышала о проблемах с финансами в пятницу вечером. Дэвид упоминал, что хранит деньги в другом месте, но я не представляю где.

Джаред поднимает руку, и я замолкаю.

— Вам принадлежат все активы, нажитые в браке. Я не стану оспаривать решение уйти без вещественных или денежных напоминаний о замужестве, но попрошу неделю подумать перед подачей официальных документов. Как я понял, ФБР по всему дому установило камеры. И всё же, вас могут вызвать свидетельствовать против мужа.

— Хорошо, — решительно прерываю я. — Что угодно, лишь бы Дэвида наказали за содеянное.

Джаред бросает взгляд на Адриану, которая с тревогой наблюдает за мной.

— Каролина, ты не несёшь ответственность за то, что с ним будет, — мягко произносит она.

— Если бы он причинил боль только мне, я бы просто ушла. Но есть кое-что важнее. По сравнению с учиненными им разрушениями, пара синяков и ушибов — ничто. У меня есть возможность повлиять на решение, и я отказываюсь её упускать. Какими бы ни были последствия, я должна поступить правильно. — Закончив говорить, я тяжело дышу. На лице Адрианы застывает тревога.

— Хорошо. Адриана, к сожалению, вынужден попросить оставить нас наедине. На личный разговор между адвокатом и клиентом.

Адриана берёт сумку и встаёт.

— Подожду тебя в лобби.

— Необязательно. Мы можем задержаться.

Она кладёт руку мне на плечо и мягко смотрит сверху. Сердце переполняется благодарностью за физическое проявление поддержки.

— Подожду тебя в лобби.

После её ухода Джаред обращается ко мне:

— Начнём сначала. — Джаред кладёт телефон на стол, включает экран и открывает приложение. — Я должен записать разговор, но его никто не услышит, кроме тех, кто будет работать над вашим делом, но они не смогут его ни с кем обсуждать. — Я согласно киваю. — Когда он впервые вас ударил?

Я закрываю глаза и воспоминания яркими картинками проносятся перед глазами. Кружевное белое платье выше колена лежащее на кровати, пока Дэвид…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Вечером перед нашей первой свадьбой.

В тот вечер, когда мне стоило от него уйти.

Три болезненных часа спустя мы с Адрианой выходим из «Линдсэй, Смит и Кохейн» и разделяемся. Я не опустила ни одну деталь. Выложила каждое уродливое, грязное, постыдное воспоминание. После словесного очищения я чувствую себя как после целой жёсткой тренировки с тренером, с которым меня каждую неделю заставлял заниматься Дэвид — истощена и спокойна. Адриана несколько раз предлагает поужинать вместе, но я слишком устала для общения. Хочу остаться одна и посмотреть плохое реалити-шоу.