4. Галактический маяк - Михаил Старинов

Только один из присутствующих, кажется... Дениц? редкой для мужчины красоты, высокий, стройный и смуглолицый парень, время от времени искоса поглядывал на нее. Его кажущийся хрупкий вид мог обмануть любого, но только не Элин. Парень был опасен, как гремучая змея. Поймав ее взгляд, он виновато наклонил голову. Ну вот, недовольно подумала она, опять начинается.

- По тем же самым причинам, - продолжил свое вступительное слово Адмирал, - задания, по которым вам придется работать, будут с неполной информационной поддержкой. Это очень тяжело. В молодые годы я сам долгое время проработал в таком режиме и знаю, какие сложные моральные проблемы это создает. Вы знаете, что даже в армии можно отказаться выполнять приказ, считая его преступным. У вас такого права не будет. Вам придется верить на слово мне, вашему непосредственному начальнику, о правомерности того или иного активного вмешательства и беспрекословно выполнять приказ, каким бы он не оказался.

Адмирал внезапно махнул рукой и улыбнулся своей странной улыбкой:

- Может показаться, что после всего сказанного дальнейшее уже не представляет интереса, но уверяю вас, что вы ошибаетесь. Это далеко не так! Однако об этом остальном мы поговорим позже, когда вы примете решение.

Он стер улыбку с лица и уже серьезно закончил:

- Прежде чем сделать окончательный выбор, вам всем необходимо хорошенько подумать. Психологи рекомендуют не менее суток на размышление. Завтра, часом позже, я жду вас всех у себя. Вы можете свободно располагать своим временем, прошу только до нашей завтрашней встречи не покидать пределов базы.

Адмирал кивнул, показывая, что встреча закончена. Все встали и начали степенно расходиться. Элин галантно уступали дорогу. Когда они подходили к выделенному для жилья ярусу, Том, шедший за ней, негромко сказал:

- Ребята решили собраться в кают-компании. Познакомиться поближе, поговорить. Скажем, через полчаса. Как ты?

- Конечно. Устроюсь и прибегу.

- Отлично. Тогда я тоже к себе. До скорого!

Том расплылся в довольной улыбке и исчез. Весь день, пока их сложным маршрутом везли на эту странную базу, он светился от удовольствия, как ребенок, получивший наконец долгожданную игрушку. Счастливчик, ведь его давняя мечта теперь близка к осуществлению. Интересно, подумала Элин, а почему я не испытываю ничего похожего? Разве я сама не мечтала о чем-то подобном, когда девчонкой рвалась в космодесант?

Она тяжело вздохнула, так до конца и не разобравшись в своих ощущениях и пошла дальше.

5

За высокой прозрачной стеной привольно раскинулся огромный круглый зал, с высоченным потолком. Элин решила, что в диаметре он самое малое полторы сотни метров. Они стояли на третьем уровне, метрах в сорока над полом. Местами зал был ярко освещен, однако общие контуры терялись в полумраке. На фоне темных, бронированных стен невольно приковывали внимание стоящие в центре зала сооружения. Они находились на небольших возвышениях и были похожи на больших уродливых черепах. Если приглядеться повнимательнее, то вся масса распадалась на несколько медицинских саркофагов-переростков, связанных в одно целое густым сплетением разноцветных оптокабелей.

Прошло уже без малого два месяца с момента официального зачисления в группу. Все это время было заполнено без остатка: сначала нудными и мудреными медицинскими исследованиями, а потом неизбежной реабилитацией организма после внедрения многочисленных имплантов. Каждому это порядком надоело и теперь у всех было приподнятое настроение: тягомотина наконец закончилась и началась настоящая работа - первый выезд группы на полигон. Незнакомое оборудование все разглядывали с нескрываемым интересом.

Элин насчитала десять таких черепах, по числу членов группы. Совпадение явно не было случайным. Логично предположить, что эти мрачные устройства предназначались именно для них. Саркофаг в центре каждого гнезда стоял с гордо поднятой вверх крышкой. Остальные шесть располагались вокруг, радиально расходясь от центрального, как лучи звезды. Они были закрыты и находились в рабочем режиме: даже отсюда было видно, что на головных колпаках лежит иней.

Обслуживающий персонал из-за размеров помещения казался совсем немногочисленным и в основном группировался у противоположной от них стены, которую опоясывал сплошной ряд управляющих терминалов. Элин вдруг показалось, что среди людей в разноцветных комбинезонах, сгруппированным по принадлежности к своим мудреным специальностям, мелькнуло знакомое лицо. Правда, с такого расстояния она могла и ошибиться.

Адмирал подошел к пульту управления замком и вставил свою личную карточку. Жест был почти ритуальный, потому что услышав приглашающий сигнал, он приблизил лицо к неширокой темной полоске, предназначенной для сканирования излучения мозга. Однако процедура явно затянулась. Похоже, система обменивалась данными с какой-то хитрой электроникой, имплантированной непосредственно в мозг. Элин мысленно присвистнула.

Стандартные охранные и прочие устройства на планете работали дистанционно, считывая необходимую информацию с органического чипа, который вживлялся в правое предплечье каждому жителю Федерации сразу после рождения. Кроме данных, необходимых для идентификации личности, чип нес кучу всевозможной информации о своем носителе, которая была абсолютна необходима для нормального существования в их предельно кибернетизированном мире.

Суперсложность замка говорила о многом. Впрочем, как и конструкция самого спутника, которую они успели разглядеть при подлете. Правда, мельком, но годы обучения не прошли зря. Зал, судя по всему, являлся полностью автономным блоком-лабораторией. Он располагался на периферии исследовательской станции, и в случае нужды его можно было мгновенно отстрелить и уничтожить.

Через некоторое время размеченный участок прозрачной стены не растаял, как можно было ожидать, а неслышно скользнул вверх. Это и была дверь. Элин машинально отметила толщину спектролита. Они поочередно прошли внутрь, на плавающую рядом площадку открытого лифта, который опустился вниз. Там к ним приблизился один из людей, в свободном светло-сером медицинском комбинезоне. Среднего возраста, и с очень уверенным выражением лица, который коротким взмахом руки приветствовал Адмирала.

Как и везде, Элин вновь поразило, с каким вниманием и почтением окружающие относятся к Адмиралу. Он внушал всем, с кем работал, не столько страх, сколько, судя по всему, искреннее и глубокое уважение. Похоже, она была одной из немногих, кто не испытывал всей гаммы подобных чувств и до сих пор оставалась относительно свободной от давления авторитета столь неординарной личности.