Серп властителя - Константин Нивский

зацепил двоих — один успел отскочить, запнулся, упал. Брайд нанёс ещё удар, добивая того, кому досталась рана вскользь. Прыгнул в сторону упавшего и приземлился коленом на шею тангара. Скорость сыграла свою роль — позвонки хрустнули как ореховая скорлупа под сапогом.

Краем глаза заметил, что Тайлисс опускается на колени, потом медленно, неловко валится на бок — всё выбрала. Успел разглядеть отдышавшегося командора, который яростно отбивался от двоих теснивших его тангаров. Успел, как раз перед тем как Кровь затихла, исчерпала себя, а появившийся верховой дахака вскинул руки, посылая очередную силовую волну.

Она разбросала всех — и Серпов и тангаров. Расшвыряла в стороны, как мальчишек, которых растащил из драки суровый дядька. Воздух наполнился звоном, а зрение затуманилось розоватой дымкой — видно, полопались сосуды в глазах. И только удивительно ясно Брайд видел массивный медальон на груди дахака — голову скалящейся собаки из чернёного серебра.

Дахака спешился, неторопливо подошёл к Брайду. Посмотрел как-то снисходительно, губы шевельнулись, но слов Брайд не расслышал — в ушах по-прежнему плыл звон. Тангар поморщился, наклонился и резким движением вдавил палец в шею Брайда, сразу под левым ухом. Острая боль тряхнула тело, но в голове тут же чуть прояснилось. Он рванулся перехватить руку дахака, дёрнуть его на себя...

Удар сапога в живот попытку пресёк. А Кровь уснула. То ли исчерпанная боем, то ли под магией дахака. Тангар ещё раз пнул, на этот раз по подтянутому к животу бёдру и скучным голосом сказал:

— Не дёргайся, армох. Успеешь... подёргаться.

Тангары скрутили его ловко и быстро. Хитрые петли грубой верёвки обездвижили тело намертво — не пошевелиться. Оттащили в пустой скотник, швырнули в стойло на покрытый подпрелой соломой пол. А вскоре притащили и Гвинна. Бросили рядом. Командор был без сознания. Затылок залит густеющей кровью. На груди вторая рана — длинная, резаная, по виду не слишком глубокая. Брайд не хотел думать о том жива ли Тайлисс. Отчего-то любая из мыслей пугала его одинаково. Но, судя по тому, что Брайд успел узнать про дахака, смерть была бы для неё предпочтительнее. Да, в общем-то, для них всех.

То, что они были по-прежнему в Хорте, сомневаться, наверное, не стоило. А вот то, что в землях Амеронта так вольно бесчинствовали тангары — вопрос весьма острый. Даже в приграничье редко когда рейды врага были столь наглыми. Марашт, теперь вот это поселение. Оба вырезаны подчистую. И хорошо, если только они. Тангата начала наступление? Войну? Или же это спланированная серия устрашающих показательных операций, как говорила Тайлисс. Зачем? Как бы ни были ненавистны тангары, в отличном стратегическом планировании отказывать им не стоит. Недооценивать врага — ошибка непростительная. Да, в Амеронте принято обывательски думать, что Тангата — государство, в котором изнеженные роскошью и гнусными забавами маги только и могут, что разводить чудовищ-некродов, да пощипывать приграничье мелкими укусами. А в открытом бою доблестные армии Амеронта сотрут их в порошок запросто. Но не стоит и забывать о том, что подрывная деятельность на территории неприятеля зачастую более эффективна, чем честные сражения. В Амеронте восстания участились, а это значит, что планы тангаров вполне разумны. Ослабить регулярную армию долгой борьбой с бунтовщиками, измотать перемещениями от севера до южных границ. Посеять страх среди жителей. А где страх, там новые бунты. Когда люди видят, что поселения безнаказанно вырезают, не щадя никого, попробуй избежать волнений. И дахака этих выпустили не просто так. Для большего ужаса.

Рядом захрипел Гвинн, приходя в себя. Брайд невольно дёрнулся, но путы были надёжны. Попали крепко. И вся надежда на то, что прикончат побыстрее. Думать иначе было бы слишком самонадеянно.

Глава 17

Дахака возвышался над ними неподвижным изваянием. Заложив руки за спину, он молча разглядывал пленников и чуть улыбался, будто-бы каким-то своим мыслям. Его лицо густо покрывала вязь причудливых татуировок. По вычурному доспеху и слишком надменной морде было понятно, что этот тангар не из простых.

— И как сюда занесло Серпов, да ещё и в таком неподобающем виде? — спросил он, закончив пялиться. — Или армия Потентара настолько обнищала, что даже сапог не выдают нынче?

Не дождавшись ответа, дахака присел на корточки перед Брайдом, запустил руку ему в волосы и рывком поднял голову, заставляя смотреть себе в лицо.

— Давай договоримся, армох. Я спрашиваю — ты отвечаешь.

— Предлагаю другой вариант, — сказал Брайд. — Спрашиваю я. Что делают сорняки Тангаты на землях Амеронта?

Дахака вздохнул терпеливо. Поднялся, толкнул ногой Гвинна, переворачивая его на спину. Глаза командора были затуманены и похоже, что он находился где-то на грани реальности и забытья. Видать, досталось всё-таки очень сильно.

— Твой командир? — тангар медленно провёл пальцем прямо по ране на груди Гвинна, раздвигая её края. — Итак, повторю. Я спрашиваю, ты отвечаешь. Или буду разделывать его на твоих глазах. Нет ответа — нет куска командира. Но сначала верну его в разум. Чтобы прочувствовал всё. Иначе не так интересно будет, правда? Целитель из меня скверный, конечно, но я постараюсь. И врать мне не пытайся. Я — маг. Брехню чую сразу.

Он достал узкий обоюдоострый кинжал с травленым узором по всему лезвию. Брайд стиснул зубы, понимая, что просто не может допустить подобного. Хотя сам Гвинн, может и не одобрил бы. Их всё равно прикончат, но пусть уж лучше командор помрёт без излишних мучений.

— Спрашивай, — буркнул он.

— Ты уже позабыл мой вопрос, армох? — дахака усмехнулся. — От страха?

— Сюда мы попали через портал. Повстречались в дороге с одним из ваших. А он сбежать решил. Ну и прыгнули за ним, догнать хотели.

Тангар приподнял бровь в удивлении. Слегка наигранном.

— Портал? А вы смелые парни — Серпы, оказывается. Ну или дурные до невозможности. Готов поспорить, что вы даже не знаете, где очутились в итоге. И это вам ещё повезло. Как выглядел тот, за кем вы погнались?

Брайд пошевелил затёкшими кистями. Совсем скверно.

— Да как дахака он выглядел. Чёрные волосы, коса, смуглый, без татуировок, доспех богатый, а цацка на шее вроде как у тебя, только из нечернёного серебра, светлая совсем. Голос противный, тягучий, как смола.

Взгляд тангара сделался цепким, как у почуявшей след гончей.

— Где это было? — отрывисто спросил он.

— Северо-восточнее хребта Омулак, у моста через Ому.

Дахака кивнул, скорее своим мыслям чем Брайду. Задумался ненадолго, потом проговорил:

— Почему он