Великий Гусляр - Кир Булычев

Пришел Грубин, накрытый армейской плащ-палаткой.

– Этот? - спросил он, показывая на корабль.

– Вот именно, - сказал Удалов.

– Некрупный. А ты как, достучался?

– Сейчас оденется, выйдет.

– Он к нам с визитом или как?

– Еще не выяснили. Погода ему наша не понравилась.

– Кому такая понравится! Не Сочи.

– Всегда я жду чего-нибудь интересного от прилета межзвездных гостей. Развития технологии, науки, искусств, - сказал Удалов. - Даже сердце замирает от перспектив.

– Погоди, может, у него враждебные цели, - сказал Грубин.

– Не похоже, - сказал Удалов. - Он в пижаме был, видно, проспал посадку.

– А на каком языке говорит?

– Язык пока непонятен. Ну ничего, расшифруем.

Расшифровывать язык не пришлось. Люк заскрипел, отворился, на землю соскочил космонавт, на этот раз в прозрачном плаще и такой же шляпе с полями. Ему было зябко, зато от дождя он был защищен.

– Ну что ж, - сказал Удалов, - давайте знакомиться.

– Стрпехуюрка тик, - сказал космонавт.

– Погодим, нам не к спеху, - согласился Удалов. - Только учтите, что у меня в девять начинается совещание.

Космонавт вытащил из кармана черную коробочку с дырками, затянутыми сеточкой. Включил нажатием кнопки.

– Переводчик у тебя такой, что ли? - спросил Грубин.

Черная коробочка сразу произнесла:

– Вокрочитук па ла-там-пра кава?

– Воста, - сказал космонавт, и коробочка повторила:

– Правильно.

– Праклюба безнарло.

Коробочка перевела:

– Вы очень догадливы.

Так что с этого момента общение между космонавтом и людьми упростилось. Да и догадка Удалова оказалась правильной: космонавт принадлежал к развитой и продвинутой вперед цивилизации. Общаться с таким представляло большой интерес.

– Что за планета? - спросил космонавт.

Ему было холодно, он переступал с ножки на ножку, и потому Грубин предложил:

– Зайдемте ко мне, поговорим в тепле. Ну что за беседа на такой погоде?

– Если, конечно, не спешите, - добавил Удалов.

Космонавт махнул ручкой, что означало: «Куда уж спешить», - и они пошли через двор к Грубину.

Космонавт вел себя прилично, вытер ноги, правда, по причине малых размеров на стул его пришлось подсадить.

– Планета наша называется Землей, - сказал, когда все устроились, Удалов. - Завтракать будете?

– Нет, спасибо, - сказал космонавт. - Это в каком секторе?

– Сами понимаете, - сказал Удалов. - У вас свой счет на сектора, у нас свой.

Тем временем Грубин принес бутылку кефира, налил себе и космонавту. Удалов отказался, потому что завтракал. Космонавт принюхался к кефиру и сказал, что слишком кисло, а у него желудок слабый.

– А вы откуда будете? - спросил Удалов.

– С Вапраксилы, - сказал космонавт. Но это тоже ничего не сказало Удалову. Потому что Вапраксила свободно могла именоваться Альфой Птолемея или Бетой Центавра.

– И чего пожаловали? - спросил Удалов. - Экспедиция?

– Нет, - сказал космонавт, которого звали Вусцом, - нечаянно я к вам попал. Сломалось у меня что-то. Или в приборах, или в двигателе. Вообще-то я летел к моей тете на Крупису, а вылезаю - оказывается, не Круписа.

– Нет, у нас не Круписа... - сказал Удалов.

– Хотя погоди, - перебил его Грубин. - А не исключено, что они Землю Круписой называют.

– Нет, - сказал Вусц, - на Круписе я бывал неоднократно. Там ничего похожего и совершенно иное население. Не говоря уж о климате. Кроме того, на Круписе я должен только завтра к вечеру быть. Я уже после ужина заметил, что приборы несут ерунду и гравитационный двигатель чихает.

– Да, неприятная история, - сказал Удалов.

Тут в дверь постучали.

– Кто там? - спросил Грубин.

– Это я, Ложкин, - ответили за дверью. - Выходи скорей, у нас на дворе пустой космический корабль стоит. Может, его обитатели уже разбежались по квартирам с целью грабежа.

– Заходи, Ложкин, - сказал Грубин. - И будь спокоен.

Ложкин зашел, увидел космонавта и смутился. По суетности своего характера он нечаянно оклеветал гостя.

– Мне очень обидно, - заметил Вусц. - Неужели подобные подозрения свойственны населению Земли? Должен отметить, что они говорят о малой цивилизованности местного населения.

– Да я же не хотел, - сказал Ложкин. - Но поймите, выхожу на двор, стоит корабль, незапертый, может, кто из мальчишек заберется.

– Да, - вздохнул космонавт. - Грустно попасть в отсталое общество и подвергнуться подозрениям. Было бы время, многому бы вас научил и просветил.

– Мы никогда не отказываемся от уроков, - сказал Удалов. - Так что же теперь делать?

– Делать? - Вусц поглядел в окно. Дождь перестал, выглянуло блеклое осеннее солнце. - Есть ли среди вас кто-нибудь, кто разбирается в гравитационных моторах?

– Вообще-то я техникой интересуюсь, - сказал Грубин. - Но с гравитационными двигателями дела не имел.

– Жаль, - сказал Вусц. - У нас на каждом углу станции обслуживания. И миллионы, может быть, даже десятки миллионов механиков отлично разбираются в гравитационных двигателях.

– Ну, это понятно, - сказал Ложкин, который хотел загладить свою вину. - При вашей цивилизации это не удивительно.

– Что ж, - сказал Вусц, - пойдем поглядим на поломку.

Они с Грубиным пошли к кораблю. Грубин захватил с собой отвертку и плоскогубцы. Ложкин с Удаловым последовали за ними.

– Больших успехов вы добились в науке? - спросил Удалов по пути.

– Громадных, - сказал космонавт. - По сравнению с вами - даже поразительных.

– Рассказали бы, - попросил Удалов. - Мы соберем общественность, многие придут. А вы расскажете.

– Ну что ж, может быть, и выберу минутку, - сказал Вусц. - Перед отлетом.

Космонавт жестом пригласил Грубина в корабль. Грубин с трудом прополз в люк. Подошвы его ботинок скрылись внутри, потом вновь показалось лицо.

– Тут мне, простите, без вас не разобраться, - сказал он. - Где, к примеру, свет зажигается?

Вусц глубоко вздохнул и развел ручонками, словно хотел сказать присутствующим: «Какая темнота! Разве можно доверяться вашим механикам, если они даже не умеют зажигать свет!» Присутствующим стало неловко за грубинское поведение, и Удалов сказал укоризненно:

– Ну, Саша, чего же ты!

– Выключатель справа в каюте, - сказал космонавт.

Когда Грубин снова исчез внутри, космонавт сказал:

– Кстати, у нас механики производят починку в отсутствие заказчика. Они пользуются телепатией. Заглянет механик в душу, узнает, на что вы жалуетесь, и тут же принимается за дело. Пять минут - и любая неисправность ликвидирована.