Обратный отсчет: Синтез - Токацин

Хольгер усмехнулся.

— От этого… менеджера есть толк, не находишь? Надеюсь, с тобой ничего не успели сделать.

— Ничего необратимого, — отозвался сармат. — Теперь моя очередь. Возможно, в одну из смен я уйду из цеха. Постараюсь долго не задерживаться.

Хольгер смерил его долгим взглядом и, помедлив, покачал головой.

— Будь осторожен. Нападение на охрану — это серьёзно.

— Постараюсь не светиться, — кивнул Гедимин, покосился на «пустое» плечо и досадливо сощурился. — Не заказывал новый генератор?

— Лежит в кабинете, — ответил Хольгер. — Сразу привезли.

Гедимин беглым взглядом окинул мониторы, убедился, что его вмешательство не требуется, и вышел из диспетчерской. В кабинете за время его отсутствия ничего не изменилось — даже ненужные детали и обломки в общем ящике лежали точно такой же горкой. Сармат сел к верстаку и задумчиво сощурился, проводя пальцем по развёрнутому листу скирлиновой бумаги. Он восстанавливал в памяти участок главной улицы в паре кварталов от фрилосинтезирующего комбината. «Много тяжёлого транспорта на дороге. Это пригодится,» — он провёл ещё одну невидимую линию и недобро усмехнулся. «Только убедиться, что это именно те макаки. Две вылазки, одна для проверки, вторая — окончательная. Взять у Кенена миниглайд. Может, тогда…» Он едва заметно поморщился и прижал ладонь к груди. Слева, под рёбрами, перекатывался тяжёлый горячий комок. Он слегка остыл за дни, проведённые в форте, но всё ещё давил на грудь. «Не знаю, что это. Но без него дышать легче.»

29 сентября 48 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

Остроконечный обломок фрила — не слишком длинный, немного тяжелее, чем можно подумать по внешнему виду — лёг на ладонь Гедимина, и сармат осторожно свёл пальцы, разглядывая едва заметное утолщение в нижней части снаряда.

— Испытывал? — спросил он у довольно ухмыляющегося Линкена.

— Работает, — хмыкнул тот. — Не подведёт. Осторожно в пути, он не любит тряски.

Гедимин кивнул, аккуратно заворачивая снаряды в ветошь и укладывая в узкие тесные карманы — каждый осколок по отдельности, никаких посторонних предметов рядом. Хольгер недоверчиво покачал головой.

— Глупая затея, и к тому же опасная. Но… хорошо будет, если у тебя получится.

— Atta’an! — криво ухмыльнулся Линкен, вскидывая руку. Двое сарматов прошли мимо него, направляясь к лестнице. Сигнал к пересменке уже прозвучал, в цеху их ждали. Гедимин с удивлением отметил, что не думает ни о топливных сборках, ни о центрифугах, ни даже о недостроенной атомной электростанции, — в голове было пусто и гулко, только кровь стучала в ушах.

Он выждал полчаса после пересменки и, жестом попрощавшись с Хольгером, поднялся в кабинет. Миниглайд ждал его там; выход на чердак был давно освоен, тени выступов на крыше прикрывали замаскированный люк. Огни дронов-наблюдателей сверкали далеко на севере, ещё один кружил над фортом, — путь был свободен.

…Гедимин лежал, растянувшись на крыше; тени, наклонённые в разные стороны, накрывали пятнистый комбинезон. Мимо навстречу друг другу шли колонны строительной техники — на станции была какая-то пересменка, и сармат, решивший перейти дорогу, в конце концов потерял терпение и постучал по броне одного из глайдеров. Поток приостановился, пропустив его. Двое в тёмно-синих экзоскелетах вышли из переулка, остановились, подозрительно огляделись по сторонам и свернули направо.

«Опять прохожие,» — недовольно сощурился Гедимин. Вытянутая рука затекла, тело, распластанное вдоль теней, неприятно покалывало, — надо было сменить положение, но сармат не хотел выдать себя. «Ждать до следующего обхода.»

Охранники вернулись через пятнадцать минут; незадолго до этого вниз по улице прошла компания филков, и Гедимин с досадой смотрел на них, ожидая, что охрана выйдет наперерез им — и придётся ждать ещё четверть часа. Но обочина была пуста, только двое в экзоскелетах быстрым шагом обходили торец барака.

Гедимин чуть сдвинул руку назад. На то, чтобы достать снаряд, ушло полсекунды; в следующее мгновение обломок фрила уже летел вниз — почти вертикально, под небольшим углом к дороге, а сармат вжимался в крышу в самой густой тени.

Он услышал грохот, скрежет сминаемого металла, рёв и визг поспешно тормозящего глайдера, гудки со всех сторон и пронзительный вопль тревожной сирены. «Сработало,» — подумал он, рывком перебрасывая себя из тени в тень, на край крыши, где под одним из треугольных выступов лежал миниглайд. Сармату хотелось посмотреть на дорогу, оценить результат своих действий, но он усилием воли заставил себя отвернуться и бесшумно упасть вместе с миниглайдом вниз, в тихий переулок. «Не подниматься,» — напомнил он себе, облетая бараки. Он летел ниже крыш, пока не обогнул фрилокомбинат и не промчался над дорогой. Едва он выбрался из тени, взвыла вторая сирена, и сармат изумлённо мигнул. Звук исходил с южной окраины, из района аэродрома, и там тоже что-то сверкало, и кружили дроны-наблюдатели.

«Вроде не заметили,» — сармат спрыгнул в чердачный пролом и втащил за собой миниглайд. Пять минут спустя он спокойно спускался по лестнице в цех.

— Закончил? — спросил у него Хольгер; глаза сармата потемнели, веки мелко вздрагивали, но он старался не выдавать волнения. Гедимин кивнул и развернулся так, чтобы никто, кроме Хольгера, не видел его довольную ухмылку.

— Ясно, — сказал химик, опускаясь в кресло, и зябко поёжился. Гедимин погладил его по плечу и сел рядом, глядя на мониторы. Ничего интересного там не показывали, и сармат смотрел сквозь них — его мысли занимал вовсе не процесс переработки урана. «Вторая сирена,» — он задумчиво сощурился. «И до неё… кажется, был удар. Ещё один взрыв? Интересно, где в это время был Линкен…»

30 сентября 48 года. Земля, Северный Атлантис, Ураниум-Сити

Первый гудок — сигнал к пересменке — прозвучал в без пяти минут шесть, и операторы на постах зашевелились. Гедимин осмотрел цех, нашёл все три крана и ткнул в переключатель, зажигая на галерее знаки безопасного прохода. Путь из цеха был свободен, но инженеры не спешили уйти из диспетчерской.

— Так ты видел, что вышло? — вполголоса спросил Хольгер, убедившись, что микрофоны в диспетчерской отключены. Гедимин качнул головой.