Лучший киноактер в Голливуде - Номер 13 Белый

стороны не хотел подписывать со мной слишком длительный контракт, а мы с Хелен не хотели быть так легко привязанными к Mercedes».

Шарлиз слегка понизила голос: «Я рекламирую Dior после церемонии вручения «Оскара», и, похоже, они довольны мной, Dior готов подписать со мной контракт на десять лет».

«Круто». — Мэтью изучил данные, собранные агентством Angel: «Продажи духов Dior «True Self» пошли в гору, и если бы я был тем, кто принимает решения в Dior, я бы тоже подписал с тобой долгосрочный контракт».

Он сообщил: «По данным, собранным моим агентством, многие в индустрии считают, что именно твоя поддержка заставила духи Dior сиять».

Шарлиз улыбнулась, но ничего не сказала.

Мэтью добавил: «Что касается гонораров, ты должна просить большего».

«Мой агент все еще ведет переговоры». — Шарлиз приблизилась к уху Мэтью: «Но он обещал не менее чем в 4 миллиона долларов».

Действительно, четыре миллиона долларов в год — это не так много, но иметь долгосрочный контракт с Dior очень выгодно для звезды, чтобы поддерживать стабильный доход, даже если Dior считается брендом класса люкс только второго уровня, а духи Dior «True Self» относятся к начальному уровню элитной парфюмерии.

Актрисе первого эшелона для поддержания своего статуса приходится полагаться не только на свою работу, и, в конце концов, сегодня Голливуд выпускает слишком мало фильмов с участием главных героев женщин.

Чем меньше ресурсов, тем больше конкуренция, и тем больше вероятность, что вы не сможете заполучить ресурсы в свои руки, и тем быстрее Голливуд переходит от старого к новому, чем старше звезда, тем желаннее молодая звезда.

Вполне возможно, что через всего один год без большого фильма ведущая актриса может оглянуться назад и обнаружить, что куча более молодых звезд уже дышать ей в спину.

На данный момент актрисы высшего эшелона должны найти способ сохранить свое положение и доход, несмотря на отсутствие работы.

Конечно, это касается и мужчин-звезд, и Хелен специально поговорила об этом с Мэтью.

Для голливудских актрис существует несколько способов оставаться в центре внимания, наиболее знаковыми из которых являются борьба за феминизм, реклама элитных брендов и послы благотворительных организаций ООН.

В отрасли принято считать, что если у вас есть одобрение класса люкс первого или второго уровня, то вы не пропадете с радаров.

«Неужели твой агент не связался ни с одним брендом в сфере одежды?». — Шарлиз шепотом сказала Мэтью: «С твоей известностью должна быть какая-то маневренность».

Мэтью улыбнулся: «Одна компания связалась с Хелен, а потом выбрала кого-то другого, это зависит от удачи».

Шарлиз кивнула и только собиралась заговорить, как вдруг слева от Мэтью появился человек и что-то пробормотал по-английски сидящему там чернокожему южноафриканцу, не понимая, что было сказано, и чернокожий мужчина уступил ему свое место.

«Здравствуйте, мистер Хорнер». — Мужчина поприветствовал Мэтью, а затем посмотрел направо от Мэтью: «Здравствуйте, мисс Терон».

Мэтью повернул голову и посмотрел налево, это был мужчина с короткими светлыми волосами, вероятно, около сорока лет, с лицом, испещренным крестами, что придавало ему несколько злой вид.

«Я Уве Болл». — Мужчина представился: «Режиссер».

«Привет». — Мэтью вежливо ответил.

Шарлиз улыбнулась в ответ: «Здравствуйте, режиссер Болл».

Болл был совсем не вежлив и, не обращая внимания на других присутствующих южноафриканских чиновников, указал на стол по диагонали напротив и сказал с широкой ухмылкой: «Я сидел там, увидел вас и искренне хотел воздать хвалу Богу, ведь он послал мне двух лучших актеров».

Мэтью был смущен, он не знал этого человека и, слушая английский с немецким акцентом, не мог не взглянуть на Шарлиз, которая в последнее время часто переезжала из Южной Африки в Германию и, вероятно, знала немецкого режиссера.

Шарлиз бросила на Мэтью скрытый взгляд, и Мэтью сразу понял, что Шарлиз тоже не знает этого человека.

«Мистер Хорнер, могу я называть вас Мэтью? Да, Мэтью»

Немецкий режиссер, не ждя ответа, продолжил: «И мисс Шарлиз. Две лучшие кинозвезды сегодняшнего кинематографа, которые одновременно играют и хорошо выглядят».

Услышав это, Мэтью не знал, что сказать, ведь ни он, ни Шарлиз не были известны своими актерскими способностями в Голливуде.

Режиссер по имени Болл все еще болтал без умолку, поэтому Мэтью просто перебил его: «О чем вы хотели поговорить?».

«Небольшой бизнес». — Болл улыбнулся: «Я планирую волшебный эпический блокбастер и уже собрал шестьдесят миллионов долларов».

Мэтью услышал цифру в шестьдесят миллионов долларов и мгновенно поднял свою бдительность: этот режиссер был очень способным, в наше время за пределами Голливуда было очень мало фильмов, способных достичь уровня инвестиций в 60 миллионов долларов.

Шарлиз, похоже, подумала о том же и тихонько сжала его руку под столом.

Болл продолжил: «Я искал главного актера и актрису и не находил подходящих, пока не увидел вас».

Он сделал серьезное выражение лица: «Мэтью, Шарлиз, вы — мой идеал мужчины и женщины!».

Мэтью улыбнулся и спросил: «Вы можете рассказать подробнее, что вы снимаете?».

«Вы знаете о Dungeon Siege?». — Болл увидел, как Мэтью покачал головой, и продолжил: «Компьютерная игра, ставшая хитом несколько лет назад».

«Вы же не думаете об адаптации игры к фильму?». — сразу же спросил Мэтью.

Болл признал это прямо: «Вы читаете мои мысли, я правда планирую адаптировать игру Dungeon Siege в фильм».

Первоначально Мэтью, несмотря на свою настороженность, все же был несколько заинтересован, в конце концов, было много успешных европейских коммерческих фильмов, но тут же потерял всякий интерес, когда услышал, что игра адаптируется в фильм.

«Мне очень жаль, мистер Болл». — Мэтью вежливо оправдывался: «Я не могу ни с кем говорить о работе в отсутствие моего агента».

Шарлиз, сидя рядом, подала голос: «Я тоже».

Болл уже собирался что-то сказать, когда Мэтью опередил его: «Вот что, если вы действительно хотите пригласить меня, пожалуйста, отправьте официальное письмо в мое агентство».

«Нет проблем!».

Вероятно, из-за языковой проблемы Болл, похоже, не понял смысла слов Мэтью: «Я вернусь и подготовлюсь к отправке письма-приглашения в ваше агентство».

Затем он обратился к Шарлиз: «И мисс Терон».

Учитывая такое количество людей в зале, формальный повод и тот факт, что они были известными звездами, которые должны были заботиться о своем имидже, Мэтью и Шарлиз не могли сказать многого, а Болл в любом случае мог разослать приглашения, и они могли их не принять.

После ухода Болла, Шарлиз поспрашивала и выяснила, что этот парень действительно режиссер, и он был известен в Германии, сняв несколько фильмов ужасов, которые не были хорошо приняты, но все равно шли в прокате, зарабатывая деньги.

Когда вечеринка закончилась, Шарлиз спросила: «Тебе интересно?».