Весь Дэвид Болдаччи в одном томе - Дэвид Балдаччи

class="p1">Минуту спустя дверь открылась, и вошла другая женщина — стройная, под сорок, с длинными черными волосами, стянутыми на затылке, в очках, с красной помадой на губах, в белом медицинском халате.

— Я доктор Карин Минан, мистер Роби. Как я понимаю, вы получили какие-то травмы?

— Ничего серьезного.

— Где они расположены?

— Рука и нога.

— Будьте любезны, разденьтесь и займите место на столе.

Она занялась приготовлением каких-то медицинских принадлежностей, пока Роби снимал пиджак, рубашку, брюки и туфли. Затем вскарабкался на стол, а Минан, усевшись на стул на колесиках, подкатилась ближе к нему и осмотрела ожоги.

— Вы считаете это несерьезным? — Ее брови взлетели вверх.

— Я же не умер.

Она продолжила осмотр.

— Полагаю, у вас иной набор стандартов, нежели у большинства.

— Наверное.

— Это вы их очистили?

— Да.

— Хорошо поработали, — отметила она.

— Спасибо.

— Но над ними надо еще поколдовать.

— Потому я и здесь.

— А также дам вам кое-какие лекарства во избежание инфекции. И сделаю укол.

— Как считаете нужным, — согласился Роби.

— Вы очень сговорчивый пациент.

— А разве другие у вас тут бывают?

— Вообще-то нет. Но я не всегда работала здесь, — сообщила Минан.

— А раньше где?

— Травматологический центр, юго-восток округа Колумбия.

— Тогда вам довелось повидать огнестрельные раны.

— Да, довелось. Кстати, раз уж об этом речь, вам довелось их получить. — Она разглядывала две отметины на теле Роби. Приложила палец к вмятине на предплечье. — Девять миллиметров?

— Если точнее, триста пятьдесят седьмой. Стрелок пользовался дешевкой, которую, к счастью, заклинило на второй раз, иначе мы бы с вами не разговаривали.

— И часто вам везет в работе? — Она сверкнула на него глазами.

— Почти никогда.

— Дело тут не в везении, правда?

— Почти всегда, — подтвердил он.

Следующий час врач потратила на тщательную очистку и перевязку его ран.

— Первую порцию лекарств могу вкатить вам в ягодицу или плечо. Место инъекции некоторое время поболит, — предупредила она.

Роби тотчас же подставил левую руку.

— Как я понимаю, вы стреляете правой.

— Да, — ответил он.

Вонзив иглу в его плечо, она нажала на поршень.

— В вестибюле для вас приготовят пузырек таблеток. Следуйте указаниям, и никаких проблем не будет. Но вам повезло. Еще немного, и вам потребовалась бы пересадка кожи. Кожа может полностью не зажить без пластической хирургии.

— Хорошо.

— Вряд ли мы снова увидимся.

— А вы делаете тут вскрытия?

— Нет, а что? — удивилась она.

— Тогда вы вряд ли увидите меня снова. — Роби принялся натягивать вещи. — Вы не можете направить меня туда, куда мне надо отправиться дальше?

— Этим займется кто-нибудь другой. Меня здесь мало куда допускают.

— Рады, что подписали контракт?

— А вы? — парировала она.

— Задаюсь этим вопросом что ни день.

— И ваш ответ?

— Разный. Смотря какой выдался день.

— Здесь моя контактная информация, — она протянула карточку. — С ожогами шутить не стоит. И вам действительно надо поберечься. Я бы ограничила тяжелые физические нагрузки, поездки и… — Она осеклась, встретив его взгляд. — И это невозможно, верно?

Уилл взял карточку.

— Спасибо, что подлатали.

Она направилась было к двери, но потом обернулась.

— Как бы там ни было, удачи. — И ушла.

Роби ждал еще пять минут.

Дверь открылась.

На пороге стоял Синий. Костюм, скромный галстук, надраенные туфли, безупречная прическа.

Чего не скажешь о лице.

По его чертам Роби прочел, что Синий сегодня очень не в себе.

Откуда следует, что ситуация вот-вот переменится.

Глава 20

Джессика Рил снова меняла базу.

Она никогда подолгу не торчала на одном месте.

Подъехала на такси, а дальше пошла пешком. Она любила ходить. Когда тебя везут в такси, до некоторой степени утрачиваешь контроль над ситуацией, а это всегда было ей не по нутру.

День выдался холоднее вчерашнего. Дождь пришел и ушел, но небо по-прежнему затягивали тучи, и воздух казался промозглым. Не сырым, а просто зябким.

Рил порадовалась, что надела длинный плащ. И шляпу.

И темные очки, несмотря на хмурый сумрак.

По улице подъезжала машина — одна из последних моделей темно-зеленых кабриолетов «Ягуар». За рулем мужчина лет под пятьдесят, коротко подстриженный и щеголяющий седеющей эспаньолкой.

Джером Кэссиди. Справился с алкогольной зависимостью и прочими проблемами, чтобы стать миллионером, добившись всего собственными силами. На примере личного триумфа этого человека можно поучиться многому.

Но куда больше Рил интересовала особа, сидевшая рядом с Кэссиди.

Четырнадцати лет от роду, мелковата для своего возраста, волосы всклокочены.

Когда машина остановилась и девочка вышла, Рил увидела, что на ней драные джинсы, дешевые кроссовки и свитерок. На одном плече она несла большой рюкзак, с виду весивший не меньше хозяйки.

Внешне Джули Гетти — типичный городской подросток, направляющийся в школу.

Мужчина с девочкой обменялись парой слов, и «Ягуар» уехал.

Рил знала, что Джером Кэссиди любит Джули Гетти, как родную дочь, хотя познакомились они совсем недавно.

Тут же забыв о Кэссиди, Рил сосредоточилась на Джули.

Первым делом она внимательно оглядела окрестности. Вряд ли они продумали ситуацию настолько далеко вперед, но поди угадай.

Никакой слежки за Джули не наблюдалось, хотя если б наружка была, Рил ее непременно засекла бы. Достав из кармана телефон, она сделала несколько снимков Джули и школы, в которую направлялась девочка.

Занятия заканчиваются в три пятнадцать.

Рил знала, что домой Джули поедет не в «Ягуаре», а сядет на автобус.

Рил вернется в три десять.

Проводив взглядом Джули, скрывшуюся в дверях школьного здания, она повернулась и зашагала по улице.

Порой убийцы возвращаются на место преступления. Сегодня утром этот пункт стоял в ее повестке дня следующим. Интересовало Джессику не само место преступления, а лицо, которое там непременно окажется.

Прибыв к месту назначения, Рил увидела, что ограждение отодвинули, оставив вне досягаемости лишь два здания.

Зайдя в магазин, она купила кофе и газету и снова вышла. И села на скамейку, в ожидании читая газету и потягивая кофе.

Минул час, прежде чем появилась та женщина. Рил давным-давно покончила и с кофе, и с газетой и теперь просто сидела, праздно глазея по сторонам. Вернее, так это выглядело со стороны.

На появление женщины на точке она никак явственно не отреагировала.

Николь Вэнс переговорила с одним из своих агентов и подписала какой-то документ. Отойдя назад, долго вглядывалась в здание, выстрел из которого убил Дага Джейкобса. Потом посмотрела на здание, где оборвалась его жизнь.

Рил знала, что Вэнс очень хороша в своем деле. Что она, вероятно, собрала все улики, какие только остались, на обеих точках. Что изучит их, а после возьмется искать убийцу. Которого она не найдет. Не потому, что это ей не по зубам, а потому,