Сфера. Гость из Главного мира - Андрей Силенгинский

А тем временем разговор становился все увлекательнее.

— У вас, Уходящих, есть весьма забавные заклинания, — отправляя в рот солидный кусок копченого глота, заметил Кипт.

— Могу поделиться, если хочешь. — Даригаш, в свою очередь, приступил к поглощению блюда из жареных кузнечиков.

Остающийся секунду подумал, потом пренебрежительно махнул рукой:

— Не стоит. У меня имеются свои методы…

— И сколько из них оставили бы трактирщика в живых? — с невинным видом поинтересовался Даригаш, едва заметно усмехаясь себе под нос.

— Примерно половина, — признался его коллега-оппонент и добавил не без ехидства: — Заклинание должно быть эффективным, а уж потом, по возможности, гуманным. Не хочешь ли ты сказать, мой друг, что вы придерживаетесь иного правила?

— И насколько эффективным оказался твой Сторож, Кипт? — не отвечая на вопрос, спросил Уходящий.

— Ручаюсь тебе, Даригаш, — Остающийся посерьезнел, — Денис и Такима не покидали Феб. Сторож в принципе не может дать сбой. А в том случае, крайне маловероятном, если бы его обнаружили, я непременно был бы оповещен.

— Я склонен поверить тебе, Кипт. Наши друзья не покидали материк… По крайней мере через Умрад. — Даригаш говорил словно сам с собой.

— Другого пути для них все равно нет, — живо откликнулся Остающийся. — Даже если этот человек из Главного мира настолько сильный маг, что справился с Ткачом… Хотя я все-таки в это не верю… Так вот, даже в таком случае он не сможет самостоятельно открыть портал туда, где никогда не был. Не так ли?

— Конечно, — согласился Даригаш. — Но на Фебе есть другие стационарные порталы.

— Ерунда! — отмахнулся Кипт. — Зачем тащиться неизвестно куда, если в двух шагах имеется то, что надо, в самом лучшем виде?

— Зачем? — Уходящий взял с большого круглого блюда яблоко, покрутил в руке и положил на место. — Возможно, путь в Умрад им заказан…

— Некроманты? — Кипт, казалось, даже оживился, высказав это предположение. — Ты думаешь, это они помешали?

— Да, предполагаю, вполне вероятно.

— Что ж, тогда, возможно, я смогу что-нибудь выяснить, — с оптимизмом заявил Кипт. — Среди них есть парочка моих знакомых…

На лице Даригаша отчетливо отпечаталась гримаса отвращения, что не могло остаться незамеченным для Кипта.

— Перестань, Даригаш. — Он сдвинул брови. — Вам, Уходящим, неприятны некроманты, я знаю. Нам почти так же не нравятся ваши любимчики инквизиторы. Мы ведь договорились на время оставить в стороне наши давние разногласия?

— Прости, Кипт. — Уходящий поднял обе руки. — Поверь, в сложившейся ситуации я рад, что у тебя есть знакомые некроманты. Ты сможешь что-нибудь выяснить, не возбуждая особых подозрений?

— Конечно, — твердо и даже с видом некоторого превосходства заверил тот. — Для меня это вроде зарядки.

— Хорошо! — Даригаш удовлетворенно вздохнул. Допил вино и поставил стакан. — Возможно, нам снова потребуются услуги твоего человека. Как, говоришь, его зовут?

— Нави. Но… — Кипт неуверенно пожал плечами, — не так просто будет его разыскать. Он чересчур сильно разворошил осиное гнездо, когда пытался узнать что-нибудь интересное у друидов, и собирался на время затаиться.

Даригаш поморщился:

— Не удивлюсь, если вреда от его деятельности окажется больше, чем пользы. Если еще друиды начнут путаться под ногами…

— Друиды, некроманты, инквизиторы… Да, ты прав, в этом спектакле становится слишком много действующих лиц.

— Ладно, посмотрим. — Даригаш встал и двинулся в сторону лестницы.

— Ты куда? — Кипт тоже поднялся из-за стола вслед за коллегой.

— Быть может, нам что-то расскажет трактирщик?

— Оставь его в живых, если тебя не затруднит, — попросил Кипт.

Даригаш недоуменно посмотрел через плечо.

— Хорошо готовит, мерзавец, — немного смущенно пояснил Остающийся. — Буду сюда время от времени наведываться.

— За кого ты меня принимаешь? — буркнул Даригаш. — За некроманта?

Лоберис с некоторым удивлением пересчитал неожиданно щедрые чаевые. Эти двое оказались хорошими клиентами. Можно ли надеяться, что они станут захаживать регулярно? Было бы неплохо… Если они живут в Умраде, очень даже может быть — им здесь явно понравилось. Особенно тому, что пониже. Лоберис нахмурился. Тот, что ниже… Как же он выглядел? Странно, его лицо напрочь пропало из памяти. Словно кто-то стер его небрежным жестом. А второй? То же самое. Что за напасть? Буквально только что их обслуживал, получал плату… Трактирщик напрягся, пытаясь припомнить. Вроде бы один седой… или нет?

Тьфу, глот их сожри! Лоберис сердито махнул рукой. С этими последними событиями… Гибель магов, потом допрос, устроенный Мастером-некромантом… Стресс сказался на нем сильнее, чем казалось поначалу.

7

Когда Такима окончательно пришла в себя, она подтвердила слова Дениса. Убивать тифона не стоило, как бы ни хотелось это сделать. Правда, Амелид для верности еще раз огрел тварь, чтобы подольше не приходила в себя. К помощи копья прибегать не стал, ограничившись кулаком. Замену, впрочем, можно было считать вполне равноценной.

К дополнительным мерам предосторожности относились: связывание рук тифона при помощи крепкой веревки и смена места дислокации. Уставшая и уже успевшая наесться кобыла к идее снова впрягаться в телегу отнеслась без восторга, продемонстрировав это недовольным фырканьем, но Ганар смог найти с ней общий язык.

Далеко перебираться не стали, тем более что сумерки к тому времени полностью завладели всей округой. Остановились, натолкнувшись на очередной ручей. Судя по всему, проблема мелиорации перед местными жителями не стояла.

Такима занялась обработкой раны Дениса. Как выяснилось, походная аптечка инквизитора кроме заживляющих заклинаний включала в себя несколько баночек с отвратительно пахнувшим содержимым. Однако запах запахом, но после наложения повязки, пропитанной ядовито-зеленой мазью, боль и жжение почти мгновенно утихли.

— Вообще когти тифона выделяют довольно сильный яд, — озабоченно сказала Такима, поправляя готовую перевязку.

— Насколько сильный? — Денис сглотнул.

— В сильной концентрации смертельный. — Такима повела плечами, показывая: мол, ничего не поделаешь.

— А… как насчет противоядия? — Денис надеялся, что голос его звучит не слишком взволнованно.

— Знаешь, всего не предусмотришь.

Такое равнодушно-философское отношение к жизни Денису не понравилось решительно. Потому что это была ЕГО жизнь.