Шаморский гамбит (СИ) - Шелег Игорь Витальевич

— Давайте мы начнем наше знакомство с самого так сказать начала? — как можно добродушнее спросил я. А увидев ответный кивок дознавателя, продолжил. — Я, как вы уже заметили, служил в легионе. И пусть я был всего лишь шаманом ни как не принимавшем, основного участия в жизнедеятельности легиона, но я бился с его воинами плечо к плечу. И мне не безразлична его судьба. Не могли бы вы рассказать мне, как проходит расследование? Когда моим однополчанам окажут необходимую помощь и почему их так плохо кормят?

— Эти вопросы мало того, что сложные, но и для того что бы мне на них ответить требуется специальное разрешение. Однако! — словив, мой взгляд и повысил голос и подняв руку, остановил мое высказывание. — Я могу ответить на некоторые ваши вопросы просто для того что бы наше недоразумение осталось недоразумением.

Сомневаюсь, что эти данные такие уж секретные данные. Какая бы тавтология не получалась. Но смысла от этого меньше не становилось. Разведчик он и есть разведчик, понимая, что ничего ценного с меня не взять и с нахрапа не задушить решил свой проигранный бой свести хоть к какой-то ничьей. В принципе мне все равно, мы с ним не на поле боя он мне не враг, пусть думает что хочет.

— Конечно, я с вами полностью согласен.

— Тогда прошу простить меня, за мои манеры, может быть вина? — он наклонился и как по волшебству на столе появился поднос, скрытый под полотенцем. Наверняка, что бы пыль, не попала.

— Не откажусь.

Лицо дознавателя исказила довольная улыбка больше похожая на оскал…

Примерно через мнут сорок мы выходили из помещения. Напоследок пожав друг другу, руки и вполне довольные друг другом. По крайней мере я им был доволен, как разговором, так и вкуснейшим белым вином.

— Давай тут не долго. Два поворота и мы на месте. — Сказал Лекс. Когда мы вышли на улицу.

Он был, каким то задумчивым. В беседе никаких активных действий не принимал, был скорее наблюдателем.

— Я тут подумал, что совершенно не знаю тебя. — Неожиданно сказал Лекс.

Сказать, что он меня удивил, значит, ничего не сказать. Он все про меня знал, мой первый друг в этом мире, от него у меня не было ни каких секретов. Мы не дин раз дрались не на жизнь, а насмерть прикрывали друг друга. А тут такая фраза. Совершенно непонятно, что он хотел мне сказать, даже немного обидно. Но прежде, чем кидаться непонятными словами все же решил уточнить.

— Это ты о чем? А то я что-то не понимаю. — Спросил я его.

— Мы оба знаем, что ты не благородного происхождения. Без обид. — Поднял он руки, и показывая, чистые ладони в знак добрых намерений. — Я ничего обидного не хотел. — А после моего кивка ‘дескать понял’, продолжил. — Отец, дал нам с братьями хорошее образование, и хоть я не все помню, но тех моментов, которых не знал я, знаешь ты и можешь применить. Да и некоторые фразы и выражения абсолютно уместно вводились в разговор, а ты даже не местный. Как так?

— Как так? Да легко и просто. Ты почему то упорно считаешь, что поступив в академию, я занимался только магией. И вот тут, то ты не прав. Узнав, что я могу получить статус. Ректор отправил меня на различные курсы. Этика, эстетика, геральдика и даже танцы. Учителя были на удивление жесткими и принципиальными. Я уже не упоминаю про то, что мне постоянно приходилось общаться с различными представителями сословий. И глупцом мне выглядеть совсем не хотелось.

Я с улыбкой посмотрел на Лекса. А ведь и вправду, если посмотреть на все это с его стороны, то становилось просто дико. Я же на его глазах только стал учиться, как работать с клинком, как правильно читать, и как куртуазно общаться с дамами. И пусть для начала это было всего лишь, непонятный парень с хорошими задатками, то сейчас перед ним далеко не простой парень. Да и со стороны жителя двадцать первого века. То я имею высшее образование. Свой бизнес. Причем я сам далеко не последний специалист по своей профессии. Скорее редкий востребованный специалист узкой специализации. За счет, более развитых знаний по геометрии и алгебре, развитому воображению и пары придумок я поставил местную артефакторику, на иной принципиальный уровень. А что же было бы если бы сюда пришел, не я а какой-нибудь ботаник, он бы наверняка, тут все переделал и определенно всех бы удивил. Если бы конечно не сдох бы на пол пути. Пошел сам для себя на попятную я. Вспомнив и орков, и дворян, и ‘друзей’ из академии, и даже вампиров.

— Это все равно все очень странно, — отвлек меня от воспоминаний Лекс. — В принципе, как и ты сам. Когда к легионерам пойдешь?

— Еще даже не знаю. — Хмурясь, сказал я. Наверно только эта тема в разговоре расстроила меня. По всему остальному, мы довольно тактично все и емко обсудили на столько, что бы не, возвращаться к этому разговору.

‘Подводный дом’, как окрестили его местные, мы дали на откуп шаморцам. Вот то их разведка удивится, когда услышит нечто подобное про своих колдунов.

В подтверждение моих слов, шли две книги с заклинаниями на шаморском и два дневника колдунов естественно зашифрованные. Их спрятал и принес собой и предоставил Виктор. Как ума не приложу. Я отлично помню, что говорил ему ничего с собой не брать, ибо вещи колдунов могут быть прокляты. Сам того не зная он оказал мне неоценимую услугу, нужно будет его поощрить.

Остальное же удачное продвижение по вражеской территории приписали организованности и сплоченности легионеров.

А после этой новости пришли плохие. Связь с королевством была и там приняли решение: В связи с тем, что легионы разбиты, легионы распустить, всех кого можно вылечить и поставить в строй, остальных легионеров перевести в разряд обозного и тылового обеспечения.

Что значит для опытного и сильного воина, который отдал жизнь на самосовершенствование и бесконечные тренировки лишиться своего главного достоинства силы и нужды я знаю по себе. И пусть возможность быстро восстановиться у меня есть, но быть в таком положении мне совсем не понравилось. А им понравится еще меньше.

Выкинуты на свалку… Да пенсия у легионеров будет весьма не плоха и семья коли они ее заведут голодать точно не будет. Но как я уже узнал, легионеры даже проверяются, на идеологическую составляющую. Они настоящие патриоты Малора и им смерти подобно чувствовать себя полными сил и сидеть на месте. Почему не отправить их на восстановление к целителям? Они могли бы восстановить им конечности. Боев практически нет, только патрульные, изредка встречаются с соединениями противника. Конечно в многотысячной армии сотня солдат не является ключевой, но по мне они стоят гораздо больше обычных солдат и вообще любой дееспособный резерв не помешал бы.

Пусть только закончится война и мирное время расставит все на свои места. Несправедливости в этом мире я видел огромное множество, но как все же хочется им помочь…

— Мы пришли — говорит Лекс.

Здание к которому мы подошли ничем не отличалось от всех остальных им больше было похоже на гостиницу. О чем я не преминул сообщить Лексу.

— Так оно и есть это обычная гостиница. Для людишек попроще. Ее используют вместо холодной для благородных. — Лекс фыркнул. — Не понимаю, что здесь такого, поспать на деревянной кровати с неплохим трехразовым питанием.

— Вместо обеденного зала сделали спальную комнату. Сейчас там конечно стояли обеденные столы, но вот совсем невооруженным взглядом наблюдались топчаны разложенные один на другом вдоль стены.

Нашу бумагу дежурный встретил с облегчением. Пробормотав: — Наконец-то. — И попросив нас подождать, отправился в одну из дверей у дальней стены. Не успел он туда зайти, как оттуда мигом выскочил. Сержант в доспехах.

— Лэры, сейчас все будет сделано. — И с этими словами скрылся на лестнице ведущей вверх.

Говорить не хотелось. Видимо и Лексу также. Он стоял с непроницаемым лицом. Ровно и неподвижно, каменное лицо, на сомом краю сознания видится едва заметная презрительная гримаса. Солдат, стоящий на карауле даже дышать начинает через раз. Мда вот интересно на нас нет ни каких опознавательных знаков, никаких гербов. Как же они умудрились разобраться, что мы благородного сословия?