Маг имперской экспедиции (СИ) - Коновалов Артём

Вопреки моим ожиданиям однорукий не побежал с катаной наперевес на медведя. Человек в два скачка достиг оконного проема и, не сбавляя ход, прыгнул. Наверное, чтобы не принимать бой и умереть он падения головой вниз с третьего этажа. Хотя я сейчас был в наполненной магией мире, в котором в порядке вещей должна быть трансформация в птицу или летучую мышь. В крайнем случае однорукий обратился в кота, который после полета с третьего этажа спокойно приземляется на лапки.

Созревает резонный вопрос: что дальше? Я остался наедине в комнате с химерой. Однажды мне пришлось сойтись в бою с таким же творением Кирсновского. Почему бы и другому существу не захотелось на меня напасть? В табличке ли тогда было дело? Может химеролог тогда попросту нашел как выкрутиться, а на самом деле его звери поехавшие убийцы, которые нападают по собственному желанию?

Хотелось бы это считать всего лишь догадками. Вот только в жизни я всегда привык верить в самое плохое развитие событий. Шансы на победу с этой тварью были явно не в мою пользу. Единственным преимуществом было только расстояние метров в шесть между нами. Вряд ли такой громила имеет оружие дальнего боя. А вот у меня был мой верный Кольт Иствуд.

Как любил шутить мой дядька гвардеец-десантник: любой КМС по боксу в сверхтяжелых проиграет тощему наркоману со стволом. Любой тяжелый кулак может быть остановлен одной пулей. А у меня в барабане их целых шесть.

Была одна небольшая загвоздка: чтобы воспользоваться в полной мере моим оружием, мне придется напасть на него первым. Если замешкаться, времени вытащить из кобуры револьвер не будет. Но тогда иллюзорный шанс избежать драки сразу испаряется.

А может Кирсновский создал генно-модифицированного суперсолдата, которого не остановят даже шесть пуль из револьвера. Вот это было бы самым неприятным сюрпризом для меня. Катана только для харакири и сгодиться.

Всегда можно попытаться последовать примеру однорукого. Мало ли я с магией ветра и летать могу. До этого никогда не пытался, конечно, но в безвыходной ситуации может и сработать.

Пока я судорожно размышлял о возможной грядущей битве, медведь с открытой пастью смотрел в сторону окна. Каким бы тот ни был бездушной машиной для убийств, а от такого ловкого побега даже он был в удивлен.

Мишутка почесал острым когтем мохнатый затылок и посмотрел на меня. Из его оскаленной пасти раздалось громкое медвежье урчание. Тяжелые измененные руки с когтями сложились в кулаки.

Если он сделает хоть шаг в мою сторону, то без раздумий нужно хвататься за револьвер. Все прочие мысли из моей головы улетучились.

Медведь немного сдвинул в мою сторону лапу. Трудно сказать, на самом деле ли это было или мне от перенапряжения просто показалось, но моя рука уже схватила револьвер.

Реакция у него была что надо, но даже с ней невозможно преодолеть шесть метров в мгновение ока. Тем более разгон для такой огромной туши занимал длительное время.

Прогремел выстрел из Кольта Иствуда. Тело мишутки было остановлено попаданием пули в грудь. Все-таки это не аккуратные современные пули, а большие шарики с другим по качеству пороховым зарядом. Останавливающий эффект у такого оружия был просто чудовищен.

Я нажал большим пальцем на курок, но сдвинуть его не смог. В недоумении нажал сильнее. Заклинило. Барабан встрял намертво, не позволяя подогнать новый заряд для выстрела.

- Черт, - выругнулся я, чем мгновенно вывел медведя из замешательства.

Пришло время поплатиться за то, что возомнил себя каким-то матерым оружейником. И ведь даже нет никаких догадок о причине неисправности. Просто взяло и заклинило.

Мишутка с ревом побежал прямо на меня с распростертыми объятиями. Если поймает мое худосочное тельце, то живым из таких тисков выйти вряд ли смогу.

В последний момент я смог кувырком убраться с его пути. Остановиться с такой тушей мишутка даже не пытался. Он прикрыл лапами голову и протаранил кирпичную стену рядом с тем местом, где секунду назад стоял я. Поднялось густое облако пыли. Слезящимися глазами мне удалось высмотреть, как медведь стоял возле пролома на добрую половину стены.

В моем мозгу всплыли слова владельце ипподрома, где в детстве часто ездил верхом Константин Любомирский. Мужчина говорил, что настоящему дворянину нужно учиться скакать на лошади нужно хотя бы для того, чтобы героически сбежать с поля боя. Во внутреннем диалоге дядька гвардеец-десантник согласился с ним. Он всегда говорил, что лучшая секция для занятий единоборствами – это легкоатлетическая. А кто я такой, чтобы спорить со старшими?

Я ловко юркнул через входную дверь в коридор. Медведь быстро очухался от столкновения и последовал за мной. Началась погоня по полуразрушенному зданию.

Каким бы ловким не был я, но расстояние между нами не увеличивалось. За одним из поворотов передо мной открылся пролом. Три квартиры с правой части коридора обрушились вместе с полом. Второго этажа в этом месте тоже не оказалось. Только груды сгнивших досок и кусков кирпича валялись на уровне земли.

За моей спиной слышались тяжелые шаги и хриплое рычащее дыхание зверя. Времени думать не было. Даже некогда создавать мостик из обломков. Медведь настигнет меня намного раньше, чем успею поднять на высоту третьего этажа хотя бы пару кирпичей.

Я постарался прыгнуть как можно выше над проломом, чтобы успеть поднять магией куски с первого этажа. В мой загривок ударил поток воздуха от пролетевших в паре метров от моей спины когтей.

Глыба с первого этажа поднималась недостаточно быстро, чтобы успеть остановиться под моими ногами до того момента, как я полечу вниз.

С гулким стуком я ударился об поднявшийся до середины второго этажа кусок стены шириной и длинной в районе метра. От стрельнувшей в боку и бедре боли мне не удалось удержать действие магии.

В отчаянии схватившись за ножны с катаной, у меня возникла решительная идея повторить трюк из битвы с Покровским. Под неприятный хруст в локтях я завис в воздухе на удерживаемой магией перекладине. Несколько маленьких кирпичиков тут же подлетели и зависли в воздухе под ступнями моих ботинок. Трюк с грехом пополам, но удался. Теперь нужно только подносить новые ступеньки к воздушной лестнице и аккуратно спуститься к земле.

Моя рука рефлекторно потянулась к ушибленному правому боку. Кобура оказалась пустой. Револьвер вылетел в момент удара и, должно быть, валялся в куче битого кирпича. От мысли остаться без верного Кольта Иствуда в груди болезненно екнуло.

Странная тревога заставила меня оглянуться на медведя. Химера как раз занесла над головой груду кирпичей. С ревом он метнул огромный снаряд.

Уворачиваться я не стал. Груда не выглядела слишком тяжелой для моей магии. И это было главной ошибкой.

Запутавшись в количестве поднятых мной объектов, я поднял тот кирпич, на котором стояла моя нога. Равновесие было потеряно.

Во время падения вниз я ударился виском об все еще висящий в воздухе кирпич. Мешком я упал вниз, приложившись спиной об широкий кусок стены наверху кучи.

Мои руки и ноги по-прежнему работали. Позвоночник был не сломан, что не могло не радовать. Я попробовал подняться на ноги, но окружающий мир тут же поплыл и покрылся темными пятнами.

Кто-то в моих глазах выкрутил яркость до минимума. Я смотрел на мир через черные очки. Очень черные. От моря мелких кирпичиков моим глазам стало очень больно.

Ладонь прошлась по волосам и ощутила теплую грязь в районе затылка. Должно быть это была кровь. Интересно, как в этом мире медицина лечит сотрясения? Сколько магических мазей и зелий? Не о том мысли.

Мишутка был сейчас на третьем этаже. Что ни говори, а спуститься вниз мне удалось. Между нами сейчас была пропасть. Пока он найдет ближайшую лестницу, пока пройдет по ней, пока выйдет ко мне…

Я поднял голову наверх. Мои надежды кардинально разбились об реальные действия химеры с головой медведя. Никакой лестницы ему не было нужно. Он ухватился за край проломанного пола и раскачивался, чтобы приземлиться на втором этаже. Для спуска на первый ему и этого не будет нужно. Просто прыжок на одну из куч кирпича и медведь передо мной.