Проще некуда - Кайса Ингемарсон

Закончив все дела, Анника спустилась в метро и поехала обратно в офис. Было уже два часа, а в четыре они договорились собраться в комнате отдыха, чтобы поздравить Дженет. Проходя мимо кабинета юбилярши, она спрятала пакет под куртку, а потом убрала его в ящик своего письменного стола. Остальные покупки Анника положила на стул рядом со столом. Какое-то время она пыталась заставить себя работать, но мысли о красивом белье постоянно отвлекали ее. Она ведь даже не примерила трусики, у нее не было времени. А вдруг они не подойдут? И Анника решительно направилась с пакетом в туалет. Может быть, устроить сюрприз Тому уже сегодня вечером? Улыбнувшись этой мысли, она начала переодеваться. Странное ощущение – стоять совершенно голой в туалете. Не забыла ли она запереть дверь? Анника бросила взгляд на ручку: нет, все нормально, красный полукруг на двери говорит о том, что кабинка занята.

Анника поколебалась, надеть ли ей белый или черный комплект. Поскольку на ней была темная блузка, она выбрала черный. Бюстгальтер в самом деле смотрелся очень красиво, и трусики подошли по размеру. Сзади они не слишком открывали ягодицы, так что ничего лишнего не свисало, и в то же время кружевной треугольник спереди выглядел в меру откровенно. Анника сняла ценники и оделась. Оглядев себя в зеркало, отметила, что в ее внешнем виде ничего не изменилось, но все же чувство, что на ней надето новое белье, будоражило ее. Как будто у нее появился секрет. Эротичный секрет.

Анника успела сделать не так много, как вдруг оказалось, что уже четыре и пора присоединиться к коллегам в комнате отдыха. Турд произнес небольшую речь в честь Дженет, в которой назвал тридцатилетие наивысшей точкой в жизни женщины. По его словам, в этом возрасте юная красота тела уже приправлена толикой зрелой мудрости, что делает женщину неотразимой. Договорив, он обнял Дженет, а Анника, слушая его, спрашивала себя, компенсирует ли все возрастающая мудрость неизбежно исчезающую красоту. И если нет, на что ей остается надеяться? Ведь она уже несколько лет, если верить словам Турда, как миновала высшую точку?

Дженет поблагодарила за подарок и обещала больше никогда не приходить на работу с растрепанными волосами. Все зааплодировали, а Тобиас разлил по пластиковым бокалам пенящееся вино. Турд поднял тост, и все встали и запели "Да здравствует".

В тот момент, когда Дженет начала разрезать непременный торт "Принцесса", в комнату неожиданно вошел Рикард. Анника замерла. Она не думала, что он успеет вернуться из Гётеборга до конца рабочего дня. К тому же все-таки пятница – никто бы его не упрекнул, если бы он поехал прямиком домой, прихватив этот час к выходным. Но, как бы то ни было, сейчас он стоял в дверях, все еще в пальто и с портфелем в руках. Все радостно его приветствовали, он разделся и подошел к Дженет поздравить ее с днем рождения. Тобиас вручил Рикарду бокал с шампанским, и он подсел к столу, где сидели Анника, Турд и Иенни. Непринужденно поздоровался, вкратце рассказал о поездке в Гётеборг. Они с Турдом обменялись мнениями о клиенте, с которым Рикард там встречался, оба от души посмеялись, а Анника все это время сидела как парализованная. Она силилась придумать предлог, чтобы встать и поскорее уйти домой. Но, как назло, она только что положила себе на тарелку кусок торта, и ее внезапный уход выглядел бы очень странно, надо же хотя бы доесть угощение. Тобиас обошел столы и подлил всем шампанского. Кто-то включил радио и нашел музыкальную станцию. Анника даже не знала, что это за канал, ей все они казались совершенно одинаковыми. Но музыку она, по крайней мере, узнала – хит 80-х, группа "A-ha". Рикард повернулся к ней:

– Take on me, – сказал он и улыбнулся.

Анника сначала не поняла, что он имел в виду, и смутилась. В каком смысле "дай мне шанс"? Осознав наконец, что это всего лишь название песни, она почувствовала себя очень глупо.

– Еще вина? – предложил Тобиас и поставил открытую бутылку к ним на стол. – Берите-берите, я накупил уйму, – шепнул он, так чтобы Турд не услышал.

– Я скоро уже пойду, – быстро ответила Анника.

– И я тоже, – поддержал ее Рикард.

Иенни вновь наполнила их бокалы. Вино было вкусным, не совсем таким, как настоящее французское шампанское, но с приятными свежими фруктовыми нотками. От пузырьков щипало в носу, и Анника чихнула. Рикард рассмеялся.

Вдруг Турд встал из-за стола и подхватил Дженет, которая шла положить себе еще торта.

– Танец с виновницей торжества! – громогласно объявил он, обнял свою даму и медленно закружил ее в тесной комнатке. – Сделайте кто-нибудь погромче! – крикнул он. – Разве вы не видите, мы вальсируем!

Иенни подошла к приемнику и увеличила громкость. Вдруг еще несколько пар вышли потанцевать. Иене с Гуниллой, Калле с Юханной. Рикард вопросительно посмотрел на Аннику.

– Можно тебя пригласить?

Анника колебалась. Ведь не может же всего один танец представлять собой какую-то опасность? Да еще и на работе, когда кругом полно народу. Она допила то, что оставалось в бокале, и медленно поднялась. Рикард взял ее за руку и повел на импровизированный танцпол, где было довольно тесно. Иенни выключила яркие люминесцентные лампы на потолке, поэтому свет в комнате был приглушенный. Анника едва дышала. Рикард обнял ее за талию, его голова оказалась близко-близко к ее, и на секунду Анника зажмурилась. Она чувствовала тело Рикарда, его дыхание. Вдруг музыка резко прекратилась, и Анника тут же открыла глаза. Громкий голос радостно сообщил о распродаже компьютеров и бытовой техники, куда, если верить голосу, все должны были броситься сломя голову. Анника воспользовалась паузой, чтобы выскользнуть из объятий Рикарда. Остальные танцующие тоже вернулись на свои места. Спонтанно возникшая дискотека закончилась.

Анника села, ее всю трясло. На столе они обнаружили еще бутылку вина и наполненные вновь бокалы – об этом позаботился Тобиас. У Анники пересохло во рту, и она быстро сделала несколько глотков, но это не помогло. Народ потихоньку начал расходиться. Все-таки пятница, все спешат заняться своими делами. Кого-то ждет семья, кто-то вечером идет в ресторан или еще куда-нибудь.

Анника постаралась не встретиться взглядом с Рикардом, извинилась и прошла в свой кабинет. Она закрыла за собой дверь и опустилась на маленький диванчик. Голова кружилась от выпитого на голодный желудок вина – бегая по магазинам, Анника не успела пообедать. Она пыталась дышать глубже, чтобы прийти в себя.

Она не знала, сколько так просидела, как вдруг послышался деликатный стук в дверь. Анника не отозвалась. Она знала, кто это. Гще один стук, потом ручка повернулась, и дверь открылась. В кабинет вошел Рикард.