Моя хранимая Химари - Роман Димитров

- Следите за языком, Юрген Мёллендорф! Ещё раз назовёте меня лжецом, и я потребую дуэли чести присутствующих сильнейших из наших Семей. - с этими словами Глава Семьи фон Финстерхоф покосился на своего разъярённого сына. Следом за ним, на коммандера фон Финстерхоффов бросил взгляд Юрген и явственно взглотнул воздух, резко успокаиваясь.

Сильнейшим у Мёллендорфов официально был, как ни странно, сам Юрген, однако даже он был по факту весьма посредственным гэсселем. Мёллендорфы брали своё количеством живой силы и качеством массово закупаемых артефактов.

Тем временем мейстер мысленно был буквально на грани того, чтобы расшвырять охрану и освободить свою любовь Лизандру вместе с собственным "мечом", и по совместительству лучшим другом - Вильгельмом. Не давало это сделать только понимание того, что такое действие будет равносильно объявлению войны только-только пришедшей с его Семьёй к консенсусу Семьи Мёллендорф. И ещё то, что Лизу и Вильгельма держали под прицелом сразу несколько магов с весьма сложной артефактной защитой.

- Кто из присутствующих… может подтвердить вашу версию, Кристоф? Кто может поклясться, что эти двое не получали приказов намеренно захватить мою дочь?

- Генрих, шаг вперёд. - Глава фон Финстерхоффов бросил фразу-приказ куда-то за плечо.

Ранее закрываемый Главой для взгляда мейстера его брат делает шаг вперёд.

- Клянусь Семьёй, мой "меч" и "меч" моего брата, скованные сейчас цепями, не получали от меня или мейстера намеренный приказ захвата вашей дочери, лэр Юрген Мёллендорф, Глава Семьи Мёллендорф. Я говорю правду, иначе я умру прямо здесь и сейчас.

Слова клятвы высшего приоритета были сказаны. Никто, кроме как хозяин "меча" не может, находясь вне боя, отдать приказ "мечу", и даже в бою приказать чужому "мечу" может лишь воин или маг, старший по званию, чем хозяин упомянутого "меча". В случае с Генрихом, отдать такой приказ мог он сам, брат-коммандер… или Глава, не упомянутый в клятве.

Юрген просто выпал в осадок от такой наглейшей, в своей очевидности, "хитрости", но снова назвать Кристофа лжецом не решился - это равнозначно подписанию себе смертного приговора.

- Если вы удовлетворены, Юрген, то я приступаю к вынесению приговора своим пленникам: Согласно железным правилам, я в праве лишить их жизни за нападение во время переговоров о мире, что и собираюсь сделать. Ты, воин рядом с Гертрудой Мёллендорф. Убить пленников.

- Лэр Глава? Прямо здесь? - вопрос был вполне обоснованным: в зале переговоров протоколом прямо не запрещалось проливать кровь пленных, но традиционно этого не делали уже сотни лет, сначала выводя их из помещения и давая право последнего слова.

- Остановитесь, безумцы!!! - Юрген.

- Прямо здесь, воин! Или ты желаешь отправиться вслед за ними, за невыполнение приказа? - Кристоф.

- Слушаюсь, лэр Глава! - обер-лейтенант кивнул двоим воинам.

В зале с замершими охранниками и воинами обеих Семей прогремели выстрелы, и тела пленников фон Финстерхоффов падают на пол, орошая древнюю плитку круга переговоров своей кровью.

- Что… что вы наделали… моя дочь… - произнёс Глава Семьи Мёллендорф, визуально разом постаревший на несколько десятков лет.

- Я ухожу. Можете делать со своими пленными, что пожелаете нужным. - бросил за спину Кристоф фон Финстерхоф, уже поворачиваясь к выходу.

- Убить… убить пленников - обречённо прошептал своему магу Юрген в повисшей гробовой тишине.

- Нет!!! - очнулся как от дурного сна мейстер.

В следующую секунду зал, образно выражаясь, взорвался десятком формируемых заклинаний и буйством стихий, среди которых были магоформы коммандера, заклинания стационарной защиты готовых к подобному исходу армейских магов-операторов, и магия, брошенная силами Мёллендорфов. Прогремели первые выстрелы, пока лишь в мейстера, который, не обращая на это никакого внимания, расшвыривал, теперь уже точно вражеских воинов, моментально перегружая их защитные артефакты и неумолимо приближаясь к пленникам, игнорируя сплотившихся вокруг своего Главы магов Мёллендорфов.

Неизвестно каким образом освободившийся Вильгельм, даже будучи раненым, голыми руками рвал окружающих его воинов-людей. Лизандра сидела на полу с прожжённой в нескольких местах кожей тела. Мейстер наконец добегает и ставит барьер, моментально затрещавший от напряжения.

- За…щайте коммандера!

- …! Ли… ! … ржись!!! - пытаясь перекричать грохот разрывов и выстрелов, мейстер падает на колени и водит по телу девушки руками с активированными магоформами больших исцеляющих заклинаний. И в этот момент в защиту коммандера и рядом с ним прилетает что-то особенно мощное, разбивая барьер и моментально разрывая бедного Вильгельма в кровавые ошмётки. Личный контур защиты мейстера выдерживает удар, но в его руках, секунду назад сжимавших златовласую воительницу, теперь было… было месиво из…

- НЕТ!!! НЕТ!!! Услышь меня…

Внимание! Экстренный выход из режима выполнения процедур восстановления ментального тела из-за внешнего вмешательства. Сортировка воспоминаний на момент идеального состояния ментального тела приостановлена. Оценочное сравнение выполнено на "? "%. Сбой подсчёта состояния оценочного сравнения. Протокол "Диагност", приоритет "красный".

…

Ментальное тело, производное от физического тела Амакава Юто. Миллиарды механически-упорядоченных действий, составляющих суть основы, вдруг в определённый момент нарушают привычную работу. Если бы здесь в данный момент "был" наблюдатель вроде ментального демона, способный видеть и ощущать ментальную сферу во всех её проявлениях и многообразии, то он бы заметил, как в ментальное тело, просачиваясь из пересекающегося с ним духовного плана, постепенно вплывает сущность, похожая на бесформенный, хаотично изменяющий своё некое подобие "формы" свет. Действия основы моментально меняют направленность деятельности, формируя "уплотнения" на пути прохождения света, пытаясь его отсечь от наиболее оживлённых участков ментальной сферы. Но свет продолжает двигаться, меняя за собой структуру ментального тела, разглаживая её, и практически не встречая сильного сопротивления. Неизвестно, сколько это продолжалось, однако практически подобравшись к "центру", комок света начинает ощутимо "засасывать" обратно в духовный план - это проснулся хозяин основы и предпринял подсознательные действия, снимая ограничения и тем самым разрешая основе на некоторое время стать полновластным властителем местного ментального пространства, чтобы предпринять соответствующие контрмеры.