Ложная тревога - Вернор Виндж

Лицо Президента окаменело. Стронг понял, что северянин зашел слишком далеко.

– Разумеется. Как любой свободный народ – или, по крайней мере, как любой народ, который решил оставаться свободным. Если вы хотите сказать, что ваши орудия – или ваши агитаторы – смогут заставить наших людей дезертировать… Мой личный опыт подсказывает, что все будет с точностью до наоборот, – и Президент отвернулся, словно потерял к Брайерсону всякий интерес.

– Подкрепление прибыло, сэр.

Как только танки начали занимать позицию на дымящихся склонах холмов, из бронетранспортеров высыпала пехота. Крошечные фигурки двигались быстро, устанавливая невидимые устройства в открытые раны земли. Время от времени Стронг слышал хлопки. Неполадки в двигателе? Или неразорвавшиеся снаряды?

Тактическая эскадрилья носилась в небе, пусковые установки и орудия готовы в любой момент поддержать огнем наземные войска. На заднем плане без умолку журчал голос техника, который докладывал обстановку.

– Обнаружено три укрепленных точки, – тарахтение чего-то малокалиберного. – Две уничтожены, одна захвачена. Ультразвуковые зонды показывают наличие множества туннелей. Электрическая активность…

Люди на картинке обернулись, как по команде, словно заметили что-то невидимое камере.

В остальном картинка не изменилась. Однако радары уже заметили вторжение, и голокарта отразила данные комплексного анализа ситуации. От поверхности карты оторвалось светлое пятнышко, медленно, но верно начало набирать высоту. Пятьсот метров, шестьсот… Оно двигалось все медленнее и медленнее. Самолеты развернулись, пошли на перехват и…

Пурпурная вспышка, ослепительная, но беззвучная… Стронгу показалось, что взрыв произошел прямо у него в голове. Голокарта и дисплеи мигнули и погасли, но только на миг. Изображение Президента тоже восстановилось, но теперь оно не издавало ни звука, и было ясно, что связь не восстановится.

По всему кунгу метались клерки и аналитики. Момент замешательства прошел, и они работали как одержимые, пытаясь вернуть к жизни свое оборудование. По помещению пополз едкий дымок. На смену демонстрации, внушающей уверенность и ощущение безопасности, пришла реальность. Жестокая и неотвратимая, как смерть.

– Ядерный взрыв с высокой интенсивностью излучения, – голос, который произнес это, звучал ровно, словно принадлежал механизму.

«Высокая интенсивность излучения»… Радиационная бомба. Стронг вскочил, его переполняли гнев и ужас. Если не считать бомб, по ошибке оказавшихся в «пузырях», в Северной Америке вот уже сто лет не произошло ни одного ядерного взрыва. Даже в самые тяжелые годы Водяных Войн ни Ацтлан, ни Нью-Мексика не позволяли себе применять ядерное оружие, считая это самоубийством. И вот здесь, на плодородных землях, без предупреждения, без каких-либо достаточно веских причин…

– Вы – животные, – выплюнул он, не глядя на северян. Свенсен метнулся вперед.

– Да пошли вы! Шварц – не мой клиент!

И тут кунг накрыло ударной волной.

Стронг рухнул прямо на карту, его лицо вспыхнуло, превратившись в часть пейзажа. Мгновенье спустя он снова был на ногах. Охранника, который стоял позади пленников, отбросило к дальней стене; сейчас он на четвереньках проползал сквозь безмолвное изображение Президента Мартинеса, чтобы подобрать пистолет-станнер[51], вылетевший у него из рук.

В момент взрыва Брайерсон сидел неподвижно, пряча руки под столешницей. Внезапно его тело распрямилось, как пружина, он перелетел через стол, и через миг его по-прежнему скованные руки уже держали рукоятку станнера. Сверкнуло дуло, и Стронг почувствовал, как немеет лицо. С ужасом он наблюдал, как Брайерсон разворачивается на пятках и начинает палить, распыляя газ по проходу. Когда кунг тряхнуло, мало кто смог удержатся на ногах. Некоторые только-только начинали подниматься и стояли на четвереньках. Большинство даже не поняли, что произошло, когда осознали, что уже не в состоянии встать. Какой-то парень в дальнем конце коридора схватился за голову.

Лишь один человек, кроме Брайерсона, был готов действовать.

Билл Альварес выскочил из-за прямоугольного корпуса вычислительной машины с пятимиллиметровым пистолетом в руках. В тот же миг раздался выстрел.

Затем Особый советник Президента почувствовал, как онемение проникает в череп, наполняет мозг… и мир стал серым.

Уил окинул взглядом темный коридор, который тянулся через весь кунг. Никакого движения – лишь двое ворочались и постанывали. Офицер, который бросился на него с пистолетом, растянулся на полу, безвольно раскинув руки, его оружие лежало рядом, на расстоянии нескольких сантиметров. Над головой Уила синел кусочек неба – судя по размеру дыры в стенке кунга, парень был настроен решительно. Окажись он чуть-чуть проворнее, и…

Уил протянул станнер Большому Элу.

– Помоги Джиму встать, и пусть он заберет у того парня пистолет. Если кто-нибудь начнет рыпаться, ты знаешь, что делать.

Эл кивнул, однако в его взгляде все еще можно было заметить отголоски пережитого потрясения. За последние несколько часов его мир успел перевернуться несколько раз. Сколько его клиентов – людей, которые платили ему за защиту – убиты? Эл пытался не думать об этом; в конце концов, эти люди, хотя и не напрямую, заплатили и «Полиции Штата Мичиган». Щиколотки у него были по-прежнему скованы, однако он каким-то образом умудрился переступить через неподвижно лежащего охранника и приземлиться в ближайшее рабочее кресло, предназначенное для техников. Несмотря на то, что Нью-Мексика считалась иностранным государством, пульт управления выглядел до боли знакомо. А чего удивительного? Нью-мексиканцы активно пользовались электроникой, изготовленной Жестянщиками – правда, не особенно ей доверяли. Изначально эти приборы должны были работать гораздо лучше, однако все подозрительные детали были заменены аналогичными, уже мексиканского производства. Что ж, за паранойю тоже приходится платить.

Брайерсон подцепил гарнитуру с микрофоном для голосового управления, послал какой-то простой запрос и некоторое время изучал реакцию приборов.

– Слушай, Эл, трансляция прервалась точно в момент взрыва! – он быстро ввел еще одну команду. Изображение Мартинеса исчезло – это означало, что канал заблокирован, и возобновление передачи невозможно. Потом запросил обстановку.

Кондиционер вышел из строя, однако автономные источники питания смогут некоторое время поддерживать работу техники. Аналитические приборы, установленные в кунге, показали, что мощность взрыва составила три килотонны в тротиловом эквиваленте, семьдесят процентов приходится на излучение. Брайерсону показалось, что его желудок сделал сальто-мортале. Он знал, что такое ядерный взрыв – возможно, знал даже лучше, чем нью-мексиканцы. Хранение ядерного оружия считалось незаконным. «Сезон охоты на броненосцев» открывался всякий раз, как только выяснялось, что один из них пополнил такой игрушкой свой арсенал. Тем не менее той же «Полиции Штата Мичиган» частенько приходилось разбирать случаи, в которых фигурировало ядерное оружие. Любой, кто оказался в радиусе двух километров от места взрыва, уже мертв. В ходе своей «частной войны» Шварц успел уничтожить значительную часть сил вторжения.