Волков. Орден Святого Георгия - Валерий Пылаев

class="p1">— Но наш таинственный незнакомец еще старше? — догадался я. — Или, по меньшей мере, умеет убедить в этом других?

— Подозреваю, он действительно прожил очень долгую жизнь. Если уж ему известно то, о чем даже величайшие умы современности могут только гадать. — Юсупов чуть понизил голос. — Не знаю, правда это, или нет, но говорят, он точно знал, почему Прорывы снова появились спустя почти триста лет. И даже более того — откуда именно берется нечисть и как от нее избавиться.

— Весьма… весьма ценные познания, — вздохнул я. — Два года назад эти вопросы наверняка интересовали многих. Неудивительно, что к этому человеку по меньшей мере стали прислушиваться. Я ведь не ошибаюсь?

— Нет, друг мой, вы совершенно правы. Времена были непростые: страна едва оправилась после войны, и когда появились Прорывы… К подобному мы оказались не готовы. Все — полиция, армия, Государственный совет, Орден Святого Георгия — тогда на весь Петербург не набралось бы и полудюжины капелланов. — Юсупов поджал губы и шумно выдохнул. — Даже лучшие из нас искали того, кто поможет защитить свои дома и семьи — и нашли. В начале позапрошлого года он стал настолько знаменит среди столичной знати, что его величество Александр Александрович пожелал увидеться с ним лично.

Я почему-то сразу вспомнил Григория Распутина. В самом деле — старец, обладатель тайного знания, завоевавший умы сначала столичной знати, а потом и императорской семьи… Впрочем, не мог же он и в самом деле оказаться тем, кого я искал. Даже если в этом мире биография хитрого мужичка из Сибири сложилась примерно так же, как и в моем, царь Александр, в отличие от своего мягкотелого отпрыска, вряд ли стал бы терпеть такого человека.

А вот настоящий колдун его наверняка заинтересовал — и еще как.

— Его величество предложил аудиенцию неизвестному? — Я сбросил куртку с плеч, чтобы хоть немного охладиться. — Она состоялась?

— Нет, — ухмыльнулся Юсупов. — В тот же день загадочный человек исчез — и с тех самых пор я о нем не слышал.

— Но как такое вообще возможно⁈ Не мог же он просто провалиться сквозь землю?

Я мысленно отругал весь тайный сыск разом. И на всякий случай Геловани — отдельно, ведь он наверняка уже тогда занимал свой пост. Кое-кто в высоких кабинетах Зимнего дворца изрядно опростоволосился, упустив невесть откуда взявшегося сильного Владеющего, который несколько месяцев разгуливал буквально у них под носом.

— К сожалению, мог, Владимир Петрович. — Юсупов поморщился и чуть втянул голову в плечи, будто по каким-то причинам винил в случившемся и себя. — Этот человек умел скрываться. Подозреваю, на самом деле его видели немногие, вряд ли больше дюжины человек.

— А остальные? — фыркнул я. — Вы же сами говорили, что чуть ли не вся столичная знать…

— Людям всегда хочется набить себе цену. И многие ради этого способны на такие выдумки, что перед ними порой меркнет даже правда, какой бы она ни была. — Юсупов растянул губы в улыбке, но глаза его остались серьезными. — Россказней, слухов и откровенного вранья стало столько, что никто уже не мог извлечь из них даже крупицу истинных фактов. В конце концов об этом человеке забыли. Более того — многие до сих пор уверены, что его и вовсе никогда не было.

— Но вы, полагаю, так не считаете?

— И никогда не считал. Подозреваю, как раз в те несколько месяцев кто-то из столичной знати… из самых древних и могущественных родов — другие его попросту не интересовали — получил предложение, от которого едва ли можно было отказаться.

— И среди них оказался и ваш сын? — догадался я.

— Увы. Борис оказался достаточно благоразумен, чтобы распознать обман. — Юсупов шагнул вперед и коснулся каменного креста. — Но все же не настолько, чтобы себя уберечь.

Два года назад. Колдун уже тогда не слишком-то стеснял себя в средствах. И те, кто имел сомнительное удовольствие, тут же ставились перед выбором: с нами — или против нас.

И те, кто отказывался, заканчивали как Борис Юсупов.

— Как… как это случилось?

— Автомобильная авария. Но я ни единого дня не верил в трагическую случайность. Слишком многие рода за последние два года лишились наследников. — Юсупов снова сдвинул брови. — И не только. Полагаю, вам известно, какая участь постигла его сиятельство князя Петра Александровича Вяземского?

— Известно, — кивнул я. — И могу только догадываться, откуда об этом знаете вы.

— У человека моего положения достаточно источников. В том числе и тех, о которых вы едва ли сможете разузнать хоть что-то. — В голосе Юсупова прорезалось недовольство, но он тут же взял себя в руки. — Впрочем, это неважно: сейчас нас обоих в первую очередь должна интересовать та сила, что уже не первый год действует прямо здесь, в столице.

— Значит, ваш таинственный человек на самом деле никуда не делся?

— Нисколько в этом не сомневаюсь, — ответил Юсупов. — Колдун не только существует, но и действует — и с каждым днем все безжалостнее.

— Колдун? — переспросил я. — Вы действительно в это верите?

Сам я, конечно же, уже давно разобрался, откуда растут ноги у загадочных смертей среди столичной знати. Но если раньше само существование темной магии приходилось доказывать — даже тем, кто своими глазами видел следы ее разрушительной силы — то Юсупов, похоже, додумался сам. И ничуть не боялся показаться глупцом или выжившим из ума стариком.

— Я верю доводам и здравому смыслу. Тому, что видел. И верю людям, которые обладают разумом и честью, чтобы ценить каждого свое слово и не болтать лишнего. И поверьте, Владимир Петрович, оснований у меня предостаточно. — В темных глазах Юсупова снова заискрился лед. — Колдун убил моего сына. И рано или поздно я за него отомщу.

— Значит, вы хотите, чтобы я нашел этого… человека? — Я по привычке избегал слова на букву «к». — Сделал то, с чем два года назад не справились лучшие сыскари на службе его величества?

— Вы ведь уже этим занимаетесь, Владимир Петрович, не так ли? — усмехнулся Юсупов. — В сущности, я лишь предлагаю объединить усилия. На нашей стороне связи, ресурсы… почти бесконечные ресурсы, авторитет и мощь Таланта старейших и самых могущественных родов Империи. У вас есть знания, способности,