Госпожа его сердца - Дженнифер Деламир

Что ж, по крайней мере Джеймс не бросил ее на растерзание волкам, вернее – волку.

Хайтауэр предложил свой стул Люсинде. Когда она садилась, платье ее зацепилось за ножку стула. Джеффри видел, как девушка смутилась, когда обнажилась ее щиколотка. Но лукавое очарование Хайтауэра сгладило неловкость. Он даже прошептал ей несколько слов, которые вызвали у нее улыбку.

– Я скажу Джеймсу, что нам нужно еще два лимонада, – предложил Хайтауэр. – Думаю, я могу оставить леди на ваше попечение, лорд Сомервилл.

– Вам не следует беспокоиться по этому поводу, – ответил Джеффри. Он не хотел скрывать, что ему не нравился Хайтауэр.

Тот насмешливо ухмыльнулся и отправился искать Джеймса.

За столом тотчас завязалась беседа; они заговорили о выставке; при этом Рия с любопытством поглядывала то на Джеффри, то на Люсинду.

«Значит, до нее уже дошли слухи», – подумал барон. Неужели Рия уже смотрела на них как на будущую пару? Как же она к этому относилась? Джеффри хотелось, чтобы ей такой вариант не нравился.

Тут он вдруг заметил, что Рия иногда бросала взгляд на фонтан. Дважды Джеффри попытался проследить за ее взглядом, но не увидел ничего необычного. Возможно, ей просто нравилось смотреть на водные струи.

Вернулись Джеймс и Хайтауэр с лимонадом.

– А вот и мы! – провозгласил Джеймс. Он передал один бокал Рие, а Хайтауэр вручил бокалы Люсинде и Джеффри.

– Но, мистер Хайтауэр, – сказала Люсинда, – вы не взяли напиток для себя.

– Не беспокойтесь, мисс Кардингтон, – ответил Фредди. – Похоже, сегодня я не могу посидеть с вами. Мне надо идти. У меня назначена встреча.

– Уверен, она может подождать, – предположил Джеймс.

– Боюсь, что нет. – Фредди взял Рию за руку. – Буду очень рад видеть вас на ужине у леди Торнборо на следующей неделе.

– И я вас тоже, – ответила Рия.

Они с Хайтауэром встретились взглядами, и у Джеффри возникло ощущение, что между ними что-то проскользнуло. Он не думал, что это влечение; что-то во внешнем облике Рии убеждало его в этом. Однако же… Какими бы посланиями они ни обменивались, Джеффри это не нравилось. Он не удержался и сказал:

– Похоже, нам всем следует быть на ужине.

Хайтауэр повернулся и оценивающе взглянул на него. Кивнув Люсинде, он сказал:

– Полагаю, вы будете с мисс Кардингтон.

Люсинда покраснела, а Джеффри произнес:

– Вся семья мисс Кардингтон будет там.

– Правда? Какая удача, – без всякого энтузиазма ответил Хайтауэр. Поклонившись, он покинул их.

Проводив Фредди взглядом, Лиззи с облегчением вздохнула. Удачное появление Джеффри, казалось, ускорило его уход. Хотя вскоре ей вновь придется увидеться с Фредди на ужине, она все равно была рада передышке.

Лиззи пыталась придумать какой-нибудь комплимент мисс Кардингтон, но в голову ничего не приходило. Джеффри ни разу не приложил усилий, чтобы встретиться с ней после той ночи на балу. Она знала, как он занят, но все же ее задевало, что он все-таки нашел время проводить мисс Кардингтон на выставку.

Как много раз Лиззи возвращалась мыслями к той ночи! Его облик, слова и прикосновения – воспоминания обо всем этом утешали ее, когда она пыталась убедить себя в том, что действовала правильно. Она очень хотела проводить как можно больше времени с Джеффри, ведь рано или поздно ей все равно придется предпринять шаги, которые изменят все.

Думал ли он вообще о той ночи? Она не могла сказать. Неужели ей только почудилось то мгновение взаимопонимания?

Тут Джеффри вдруг пристально посмотрел на нее и тут же перевел взгляд на Джеймса и Люсинду, по-прежнему увлеченно беседовавших. Он раскрыл было рот, чтобы что-то сказать, но тут появились лорд и леди Кардингтон.

– Вот вы где! – воскликнула леди Кардингтон. Мы ищем вас уже больше получаса! – Она взмахнула веером. – Такие толпы! Я думала, что столько народу во всем Лондоне не наберется.

Джеймс помог Люсинде встать, и та с улыбкой проговорила:

– Мне очень понравилась сегодняшняя прогулка. Возможно, нам с вами удастся побеседовать еще на ужине у леди Торнборо.

Джеймс с сожалением улыбнулся ей – словно ребенку, которому он вынужден был отказать в сладостях.

– Я бы тоже очень хотел продолжить нашу беседу, но боюсь, мисс Эмили пожелает вести разговор совсем о других вещах.

Упоминание о сестре, которой Джеймс был нужен «совсем для других вещей», вызвало у Люсинды гримасу раздражения.

– Эмили будет весьма огорчена, узнав, что упустила возможность встретить вас сегодня.

Джеймс наклонился к девушке и громко прошептал, как будто делясь секретом:

– Или, возможно, вам просто не следует ей об этом говорить.

– Совершенно верно, – согласилась леди Кардингтон. – Эмили от этого только расстроится и потом несколько дней будет совершенно невыносимой.

Джеффри подал Лиззи руку:

– В таком случае… до следующей недели.

Лиззи кивнула, стараясь не обращать внимания на тепло, исходившее от его руки, и подавить странную грусть, возникшую, когда он отстранился.

Джеффри взял Люсинду под руку, и они вместе с лордом и леди Кардингтон направились сквозь толпу к выходу. Лиззи почувствовала укол ревности, когда Джеффри наклонился к Люсинде – так же, как наклонялся к ней.

– Какая очаровательная интерлюдия, – заметил Джеймс.

– Да, – согласилась Лиззи, не в силах сдержать вздох. – Действительно.

Не так уж много таких «интерлюдий» осталось ей самой.

Она взглянула на фонтан. Молли все еще была там. Она улыбнулась Лиззи, но не приблизилась. Казалось, ей просто было любопытно. Лиззи почувствовала облегчение. Когда же они с Джеймсом поднялись и снова направились к экспонатам, она незаметно кивнула Молли, решив, что, возможно, ей удастся укрыться у Уэзерсов, если после разоблачения она окажется на улице.

Конечно, если она не окажется в тюрьме… или на виселице.

Глава 26

– Миссис Сомервилл, Джеймс говорил мне, что вы превосходно музицируете. – Голос Фредди Хайтауэра перекрыл негромкое журчание голосов остальных гостей. – Надеюсь, после обеда мы приобщимся к высокому искусству в вашем исполнении.

Джеффри посмотрел на Рию и заметил, что она как будто слегка смутилась – уже не в первый раз за сегодняшний вечер. Леди Торнборо посадила Хайтауэра в противоположном конце стола, но это не мешало ему постоянно бомбардировать Рию вопросами. Если он привык таким способом покорять женщин, то в данном случае явно просчитался. Рия отвечала ему весьма сдержанно.

– Вынуждена вас разочаровать, мистер Хайтауэр. – Она взяла бокал и сделала глоток вина. – Сегодня вечером я не смогу играть. Я слишком долго не садилась за фортепьяно. В Австралии у меня не было такой возможности.